«Задолбали, суки, дайте жить! Но жить не дадут»

Донецк. Люди, которые остаются

Когда я звонил этим людям, я был уверен, что они в панике. Так и оказалось, только паники больше всего не из-за обстрелов, к которым они привыкли за восемь лет, а из-за новостей из России. От того, что решат тут, зависит, как они будут жить и будут ли жить вообще. А новости очень тревожные. Тревожнее, чем в Донбассе.

В Донецке все как обычно. Стреляют, но не так чтобы сильно. На улицах много людей, работают магазины. И даже военных не больше, чем всегда. Другое дело, что у людей были планы, и в эти планы никак не входило экстренное бегство в Россию и проводы мужчин в армию. Из-за обеих границ им объясняют, что у них война, кошмар, катастрофа. Нет, говорят они, это такая жизнь.

Татьяна, школьный учитель:

— Как обстановка сейчас в Донецке?

— Мы живем в Кировском районе, у нас пока тихо. Постреляли немного в конце недели, но тихонько, мы даже уроков не прерывали. В Горловке вроде посильнее, в пятницу обстреляли Трудовские (Трудовские шахты, район Донецка. — Я.Ш.) Но по сравнению с 2014-2017-м — ерунда.

— А вот конкретно сейчас что-то слышите? Вижу в официальном донецком телеграм-канале, что в Кировский был прилет.

— Нет, тихо. Я живу в таком месте, что если был бы сильный прилет, услышала бы. Не всему, что написано, стоит верить. Мы потому и не уезжаем. Да, стреляют, но за восемь лет ко всему можно привыкнуть, и сейчас точно не хуже, чем бывает обычно. Паника исходит в основном от СМИ и администрации. Это они нагнетают, а в реальности ничего нового. Если будет совсем уж громко, уедем в РФ, но своим ходом. Раньше мы в период сильных обострений выезжали к родственникам за Мелитополь, там отсиживались. А теперь из ДНР в Украину не выпускают, блокпосты закрыты. Так что не знаю, будем решать. Но пока не вижу причин.

— Много людей уехало?

— Точно не большинство. Пока ведь насильно не вывозят.

Выехали семьи военнообязанных, им приказали. Семьи работников полиции, МЧС. Плюс сумасшедшие старушки, ожидающие бандеровцев.

Беднота, которая переехала в Донецк из разбитых поселков. Им нечего терять, а тут 10 тысяч пообещали. Пока так, но боюсь, что и остальных будут принуждать к выезду. Пока только написали, что если будете выезжать, то пишите заявление на отпуск за свой счет по семейным обстоятельствам.

— А что с мобилизацией?

— Сегодня мужики от облав прятались, это что-то. Их по всему городу ловили. Мобилизационные машины ездят по улицам, высматривают людей.

— Военных стало больше на улицах?

— Не сказала бы. Было много дней десять назад, видимо, завезли, а теперь заперли в казармах. Они чуть-чуть потусовались по городу и исчезли. Когда выходят, ведут себя смирно. Это не 2014 год, когда приехали казачки, маргиналы, отрабатывающие кредит, неонацисты, чего они тут только не вытворяли. Похищали людей, пытали, грабили коттеджи, отбирали машины. А сейчас зашла уже регулярная армия. Говоришь им: «Опять навезли вас, блин». Они отворачиваются, делают вид, что не слышат. У нас не очень-то любит военных. Даже рядом в транспорте садиться не хотят. Часто он сидит, а место рядом пустует.

— Как думаете, что будет дальше?

— Никто не знает. Было ощущение, что стороны пугают друг друга, но чем больше хаоса и всякой движухи, тем больше вероятность большой войны из-за какого-то случайного срыва. Великие державы борются за газ, за зоны влияния и делают это на нашей земле. Мы живем в месте, оказавшемся между двух огней, нас уничтожают уже восьмой год. И по большому счету нам что одни, что другие. Украину ненавидят за обстрелы, но это не значит, что любят РФ. «Русский мир» дискредитировал себя неоправданными надеждами, ощущением обмана. Многие в Донецке кроют ваших последними словами.

— Что говорят?

— «Задолбали, суки, дайте жить». Но жить не дадут.

Дмитрий, программист:

Последнее время было очень тихо. Только на выходных появились признаки боевых действий. Сначала прогремело несколько взрывов, потом около часа стреляли из противотанкового орудия. В воскресенье было тише, но ночью я слышал три сильных взрыва. Три взрыва — это ни о чем, можно считать, что тихо.

После объявления эвакуации было много паники и слухов. Но на следующий день я вышел из дома, и все было на месте, люди стояли на остановках, машины на автостоянках, работали магазины.

Угрозы войны никто не ощущает, гораздо страшнее угроза мобилизации, из-за нее многие боятся выйти на улицу.

Появились сообщения о призыве персонала ресторанов. Мобильный оператор рассылает смс о призыве и мужчинам, и женщинам. На дверях развешены объявления о местах эвакуации, но без времени и дат.

Почти все знакомые, с которыми я общаюсь, сказали, что остаются. Ехать особо некуда и не на что. Мы говорили с бабушкой об эвакуации, но она болеет ковидом и бросить меня не согласна. И мы же не оставим кота, это как ребенка выкинуть, а как взять его с собой, непонятно.

Я тоже заболел. В субботу пытался уснуть под выстрелы и в полусне увидел фонарь за окном. В темноте я принял его за летящий снаряд и стал кричать бабушке, чтобы она убегала. Раньше я не пугался, даже когда по нам стреляли. А тут то ли из-за температуры, то ли из-за этой истерии с эвакуацией и войной, но впервые я закричал.

Павел, актер:

На выходных в театре отменили спектакли, объявлена эвакуация. Я написал другу в Подмосковье с вопросом, можно ли нам с женой у него перекантоваться, пока я найду работу, но непонятно, смогу ли я вообще выехать. Мужчин ссаживают с эвакуационных автобусов.

Товарищ смог на машине вывезти семью в Таганрог. И сам выехал. У него изымали паспорт на КПП, но он подвёз семью к границе, вернулся за паспортом, тупо его забрал и поехал не в Донецк, а в Россию. Никто не стал его догонять. Это хорошая новость, но у меня нет машины и я не умею водить.

Если мы будем уезжать, с нами будет теща, а она после двух операций по удалению раковых опухолей и именно сейчас проходит очередную химию. Есть ещё мои родители, но я сомневаюсь, что даже в случае адового обстрела их удастся сорвать с места.

Куда не кинь, всюду клин. Отправлять тёщу одну нельзя, как она доедет? Да и что с ней будет в России — с онкологией, без денег, без документов? Жена морально не готова уезжать без меня, а со мной нельзя, меня скорее всего не выпустят. И оставаться нельзя, опасно, в любой момент могут мобилизовать в армию. Ситуация патовая, я не знаю, как поступить, но чувствую, что с каждым днем времени остается все меньше.

Все имена героев изменены по соображениям безопасности