Генпрокуратура пообещала проверять на госизмену «каждый факт оказания помощи иностранному государству». Что теперь будет со всеми, кто выступает против войны с Украиной?

27 февраля Генпрокуратура России пообещала «давать правовую оценку» в случае, если россияне будут оказывать «помощь иностранному государству в ущерб безопасности РФ» во время войны с Украиной. В ведомстве подчеркнули, что «финансовая, материально-техническая, консультационная или иной помощь иностранному государству в деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации» будет рассматриваться как государственная измена. Наказание по этой статье — лишение свободы от 12 до 20 лет. «Медуза» попросила главу правозащитного проекта «Первый отдел», адвоката Ивана Павлова, который более двадцати лет занимается делами о госизмене, рассказать, что это значит для россиян, которые выступают против войны.

Иван Павлов

адвокат, глава «Первого отдела»

Заявление Генпрокуратуры сделано для острастки людей: чтобы снизить градус антивоенных настроений, посеять страх и напугать население, которое поддерживает или желает каким-то образом поддержать украинскую сторону конфликта. Для этого выбрана одиозная статья 275 УК РФ — «государственная измена», которая содержит в себе потенциал для ее применения в «военное» время.

В этой статье есть три формы госизмены. Первая — шпионаж. Вторая — выдача секретоносителем государственной тайны иностранцам. Третья — оказание иностранцам любой помощи в «деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации».

Причем помощь может быть любой. В статье в качестве примера приведены такие виды помощи, как финансовая, материально-техническая и консультационная, но этот список не исчерпывающий. Таким образом, сегодня оказание любой помощи в деятельности иностранцев, направленной против безопасности России, может быть квалифицирована как госизмена.

Надо отметить, что эта форма госизмены до сих пор жила в «спящем» режиме, по ней еще никто не был осужден. На слуху много дел, где людей привлекали за госизмену в других ее формах, таких как шпионаж и выдача государственной тайны. Например, большинство дел в отношении ученых, журналиста Ивана Сафронова и жительниц Сочи, которых обвиняли в направлении смс своим знакомым в Грузию, касались обвинений именно в шпионаже.

По третьей форме прецедентов до сих пор не было. Но мы всегда на нее обращали внимание, потому что то, как неконкретно сформулирована эта норма, и то, как широко сегодня трактуется понятие «безопасность Российской федерации», позволяет чекистам при желании привлекать [к ответственности] любого, кто сотрудничает с иностранцами.

При этом для того, чтобы стать обвиняемым, совершенно не обязательно финансировать вооруженные силы иностранного государства. Любая деятельность, любое позитивное действие по отношению к иностранному элементу и до войны могла повлечь за собой такую квалификацию. Здесь кроется негативный потенциал этой нормы уголовного кодекса.

Если речь идет о финансировании, то есть о перечислении денежных средств на чей-то счет, но не о секьюрных платежах с использованием криптовалюты, а именно традиционных средствах оплаты, надо внимательно смотреть, куда вы переводите свои деньги. Если обращаетесь в фонд, внимательно смотрите, на что он собирает деньги. Если речь о поддержке ВСУ, их вооружений — ясно, тут больше риск быть привлеченным за госизмену.

Но я не думаю, что есть риск, если вы переводите деньги своим родственникам или фонду, который собирает средства на гуманитарную помощь мирному населению или лечение раненых. Поэтому первоначальные действия — внимательно изучите того, кому переводите деньги. Взвесьте сами риски, с учетом этой нормы — могут ли цели сбора отождествлены с «деятельностью, направленной против безопасности России».

Не думаю, что по этой статье могут осудить за моральную поддержку — например, за посты в интернете с поддержкой Украины. Все-таки для того, чтобы можно было «натянуть» на квалификацию по 275 статье УК РФ, должна быть существенная помощь.

Также надо учитывать, что пропускная способность органов следствия ФСБ по делам о госизмене не такая высокая. Это всего 15-20 дел в год. Не думаю, что они справятся с большим количеством дел, учитывая всю ситуацию и ограниченный следственный аппарат, который есть у ФСБ. Но может быть использован избирательный подход, когда выберут пару десятков ярких кейсов и возбудят несколько уголовных дел для острастки населения.

Записала Саша Сивцова