"Я его сразу узнала". Вместо дембеля – на войну

Война в Украине продолжается уже неделю, погибших с обеих сторон и пленных российских военнослужащих все больше. Министерство обороны РФ 2 марта впервые назвало потери российской армии: 498 убитых и 1957 раненых. Украинская сторона приводит другие данные: около 6 тысяч погибших российских военных. Точных данных о количестве пленных нет. Корреспонденты Север.Реалии поговорили с матерями и сестрами военных, которые оказались в украинском плену.

28 февраля в телеграм-канале "Ищи своих", где украинская сторона собирает информацию о погибших и пленных российских военнослужащих, появился полутораминутный ролик с Даниилом Воробьёвым, солдатом-срочником из города Сокол Вологодской области. На видео он сидит связанный на земле, спиной к деревянному забору, укрыт шерстяным армейским одеялом. На глазах повязка из каких-то тряпок, затянутых бумажным скотчем. Руки связаны несколькими слоями скотча. В руке у него почти докуренный бычок от сигареты. Одет он не в военную форму, а в какую-то старую и потрёпанную гражданскую одежду.

– Давай сейчас снимем твоё обращение к родителям, к маме, к родственникам и к жителям твоего Сокола, – обращается к Даниилу оператор. – Ты сейчас говоришь прямо с ними.

Даниил выбрасывает бычок и говорит что-то очень неразборчиво. Кажется, "что сказать, не знаю".

– Передай привет жителям России, – подсказывает ему оператор.

– Жителям России передаю привет, – повторяет Даниил. – Не надо сюда лезть, ничего хорошего тут нет.

– Как это, ничего хорошего нет? – не соглашается оператор. – Прекрасная страна. Всегда были братьями.

– Братьями. Были.

– Чего там, замполиты не промывали вам мозги? – спрашивает оператор. – А маме что передашь?

– Хочу сказать, чтобы вытащила как-нибудь меня отсюда, – тихо говорит Даниил. – Хочу, чтобы вытащила меня отсюда как-нибудь, не знаю.

– И всё? А то, чтобы вышел и громко сказал Путину, чтобы он остановил войну?

– Тоже, конечно же. Прекращайте воевать.

"Я его узнала даже с завязанными глазами"

Даниилу 21 год. Он служил в Наро-Фоминске в 423-м Ямпольском мотострелковом полку. В армию он ушёл 1 июня 2021 года. До дембеля оставалось всего три месяца. Как говорят его родственники, он считал каждый день в ожидании конца срочной службы. А после возвращения из армии планировал из Сокола переезжать в Вологду и поступать в университет.

– Вообще Даня после армии хотел переехать в Вологду, поступить на биоинженера, – рассказывает его сестра Татьяна Воробьёва. – Хотел отучиться, пойти работать. У него есть девушка, они вместе хотели создавать семью. Сейчас очень переживают за него. Он должен был вернуться уже этим летом.

Видео с обращением Даниила опубликовали ночью 28 февраля. Родные же Даниила узнали о том, что он в плену, на день раньше – 27 февраля. Его мать, Любовь Воробьёва, даже называет точное время, когда ей пришло сообщение от солдат ВСУ, – настолько этот момент въелся ей в память.

– 27 февраля в 14:41 пришла эсэмэска от них по ватсапу,– вспоминает Любовь Воробьёва. – Назвали моё имя, отчество: "Здравствуйте, знаете, где сейчас находится ваш сын? Ваш сын находится в плену в Украине. Я офицер такой-то армии". Отправили мне фотографии. Я его узнала даже с завязанными глазами. Я его узнала сразу. Они мне (в резкой форме, правда, сначала) начали объяснять, что с ним случилось и что нужно делать, чтобы его освободить. Немножечко погрубили, но я их, в общем-то, понимаю. Было видно, что Даня напуган, очень сильно напуган был. Он боится. Мне надо его оттуда забрать домой. Был бы он боевой такой парень, оторви да брось, так он ведь домашний у меня! Безобидный. Он в жизни никого не обидел.

Вечером того же дня Любовь смогла поговорить с сыном по видеосвязи. Он подтвердил ей, что с ним всё в порядке – "его кормят и не обижают".

Любовь в тот день даже не предполагала, что её сын может находиться в Украине. С ней он последний раз связывался 12 февраля. В последних сообщениях он говорил, что они на две недели уезжают на учения. Тогда это всерьёз никто не воспринял. Любовь подумала, что под учениями подразумеваются стрельбища где-нибудь в Подмосковье, возле Наро-Фоминска.

Сестра Даниила обо всей ситуации с братом тоже узнала 27 февраля. Ей новости передал друг брата, с которым тоже связались украинские военные.

– Мне позвонил друг, а ему написал человек, у которого он в плену. Скинул фотографии Даниила. Дальше я рассказала обо всём своему брату старшему. Потом мне позвонила мама, видимо, с ней уже тоже связались, – вспоминает тот день Татьяна.

Татьяна, похоже, была одной из последних, с кем Даниил общался до войны. Она говорит, что они списывалась 20 февраля.

– Он 20 февраля написал, что они поехали на границу. И написал: либо воевать будут, либо обратно поедут. После этого он не выходил на связь, – рассказывает Татьяна. – Скорее всего, ему обо всём этом сказали. Он же писал мне, что он поехал на границу, на войну. Мне кажется, он знал всё это. Он сказал, что да, они на учения на границу поехали, а потом писал: "Мы уже на границе, сейчас команду дадут либо в бой, либо обратно поедем". И всё. Дальше от него никаких новостей не было.

В следующий раз весточку про Даниила родные получили 27 февраля, уже от солдат ВСУ. Что конкретно произошло с его сослуживцами – неизвестно. По словам тех, кто держит Даниила в плену, всю его роту расстреляли, а он остался жив, потому что сдался в плен.

"Большое чудо для вас, что он никого не успел убить, и что он сам живой. А не такой как другие" – такое сообщение с фотографиями нескольких тел получила старшая сестра Даниила Анастасия Воробьёва.

"Он очень любит жизнь"

Мать Даниила до сих пор не понимает, как солдата-срочника могли отправить на боевые действия. Ранее Комитет солдатских матерей сообщал о том, что российских срочников принудительно переводили на контрактную службу и отправляли на границу с Украиной на учения. Скорее всего, это и произошло с Даниилом. Как говорит его мать, за все девять месяцев срочной службы он ни разу не проявил желания подписать контракт и остаться в армии.

– Он был срочником, – говорит Любовь. – На контракт он бы никогда не согласился. Он очень любит жизнь. Всю службу свою он хотел домой. И мне надо вернуть его домой.

Сам Даниил по видеосвязи также подтвердил, что никакой контракт не подписывал, утверждает его мать.

Никакой информации о том, что произошло с Даниилом, местные власти пока не предоставили: ни подтверждений, ни опровержений, ни информации о том, как его будут вызволять из плена и будут ли вообще. В первые дни его родные написали заявление в военную прокуратуру, звонили в военкомат. Нашли номер телефона военной части Даниила, но дозвониться туда не удалось. Любовь специально приехала в Вологду, чтобы обратиться в приёмную губернатора. Там её приняли, и вместе с секретарём она написала письмо Путину с просьбой вернуть её сына домой.

– Меня приняла секретарь, мы написали обращение на Владимира Владимировича. Я ещё до этого отправляла письмо из Комитета солдатских матерей в западный военный округ, чтобы как-то достучаться до части, где Данила служил. Как он туда попал? Как это вообще всё произошло?

Дополнительную информацию о текущем нахождении Даниила удалось получить по горячей линии Украины.

– Мы им звонили, чтобы узнать: как он, что с ним, где он. Нам отправили фото. Его переодели в чистую одежду, помыли, накормили. Он сейчас в тюрьме находится. Сказали, что подержат его там несколько дней. Его никто не трогает, он не побит, покурить дают, в общем, в нормальных условиях содержится. Продержат его несколько дней там и заберут его в какие-то специальные органы, – говорит Любовь. – Написали прошение, чтобы его вернули в Россию и чтобы комиссовали уже. Всё, домой. Наслужился. Хватит. Он напуган очень, очень напуган. С ним в тюрьме разговаривали психологи. Ужас. Просто ужас. Дай бог, чтобы вернули. Дай бог, чтобы вернули. Он у меня домашний мальчик, очень домашний. Он ведь всю службу просился домой.

Любовь Воробьева говорит, что успокоится, только когда сын вернётся домой, в Россию. Даниил – не единственный пленный из Вологодской области. На днях также стало известно о том, что в плену находится Евгений Бушуев из Вологды. Его жена подтвердила журналистам Север.Реалии, что на одном из опубликованных видео с пленными действительно он.

Обновление: Даниила Воробьев удалось вернуть в Россию в начале апреля. Об этом Север.Реалии рассказала мать военнослужащего - Любовь Воробьева. Он сам позвонил ей. По её словам, никто из родственников с ним ещё не виделся. Где он точно сейчас находится - она не знает. Ждут связи с российскими военными.

В соцсетях сегодня массово распространяется украинское обращение к родителям военнослужащих: "Принято решение отдавать пленных российских солдат их матерям, если они приедут за ними в Украину, в Киев". Чтобы вернуть сына, родители должны позвонить по номерам Министерства обороны Украины или написать в телеграм-канал "Груз 200" или по указанному адресу электронной почты. Получив подтверждение, что сын в плену, матери должны добраться до Киева. Учитывая, что небо закрыто, авторы обращения предлагают свою инструкцию: " Добирайтесь до Калининграда или Минска. Оттуда автобусами или на такси к Польской границе. Затем через территорию Польши нужно будет добраться до КПП с Украиной. Там Вас встретят и сопроводят в Киев, где передадут Вам Вашего сына".

"У него были планы учиться дальше"

За судьбу своих сыновей сегодня волнуются и родители срочников – молодых парней, которые уходили в армию в прошлом году без намерения стать профессиональным военным.

У Оксаны (имя по просьбе собеседницы изменено), жительницы одного из поселков на юге Карелии, сын тоже сейчас оказался в Украине. Он служит в ВДВ по контракту, однако его мать понятия не имеет, как так получилось: в армию на срочную службу он ушел лишь в июле прошлого года, спустя три дня после защиты диплома. "Я провожала сына в армию, а не на войну!" – возмущается Оксана.

По ее словам, сын, чье имя она просит не называть, получил среднее профессиональное образование и после службы хотел пойти в вуз. О том, что он стал профессиональным военным, Оксана узнала в конце января. Сразу после он поехал на учения в Белоруссии.

– Я сама в шоке. У нас не было разговора, что он будет подписывать контракт. У нас были планы, что ему надо дальше учиться, – говорит она. – Мы по телефону связывались, это беспрепятственно было. Сын сказал: "Я подписал контракт". Он не был грустным, сказал, что хочет съездить на учения, что ему это интересно. Откуда ж они знали, что это учения перед войной? Не думаю, что его заставили подписать контракт, он не такой. Могли мозги промыть.

Связи с сыном у Оксаны нет с 18 февраля, до этого они переписывались в мессенджере. В последних сообщениях он интересуется, о чем говорят в новостях. На вопрос матери, что будет дальше, он отвечает: "Не знаю". После этого он сообщил, что им приказали сдать телефоны.

Мать почти ничего не знает о том, что сейчас с сыном. Она не знает, где он находится, участвовал ли он в боях. И утверждает, что до самого последнего момента ей врали о происходящем.

– Я звоню командиру части, он мне говорит: "Они на учениях в Белоруссии". А я уже точно знала, что они на Украине! С трудом нашла телефон одного из полковых начальников, говорю: "Расскажите мне правду!" И только тогда он признался, что все подразделения на Украине. А командир части еще два дня назад мне про учения твердил. Какое может быть оправдание этому вранью? Я каждый час жду звонка, думаю об этом, вернется мой сын или нет. К украинцам и Украине я отношусь нормально, они такие же люди. Я считаю, что это война среди политиков и олигархов, но только жизнями наших детей.