У российской армии новая стратегия

Анализируем третью неделю вторжения в Украину и вспоминаем исход Советско-финляндской войны

В этом тексте редакция пытается оценить боевую обстановку в Украине на основании доступных данных. «Медуза» выступает против войны и за скорейшее возвращение российских войск домой.

Новая стратегия российской армии

Российское командование в последние дни изменило подход к ведению операций. Войска больше не пытаются достигнуть целей в глубине Украины кавалерийским наскоком — маршами в походных колоннах с открытыми флангами и без разведки, вертолетными десантами и т. д. Прежняя практика обхода городов и оставления в тылу украинских гарнизонов заменена на плотные осады и штурмы населенных пунктов.

Кроме того, похоже, изменена и стратегия. Российские войска больше не пытаются быть сильнее сразу везде и наступать на восьми-девяти направлениях одновременно. Судя по событиям последних дней, ключевыми целями на последующие недели должно стать окружение самой крупной группировки украинских войск в Донбассе, для чего начато наступление по сходящимся направлениям к западу от Донецка и югу от Харькова. Окружение должно резко увеличить потери украинской армии (в случае, если донбасскую группировку не удастся спасти, она может потерять большую часть воюющих тут 8–9 бригад или от трети до четверти всех сил). Также в российских планах явно остается блокирование Киева с запада и востока — по обе стороны Днепра; российские войска тут накапливают силы и пытаются защитить фланги и тыл своих наступающих войск.

Чем отвечает Украина?

Украинская стратегия и подход к ведению операций, похоже, остаются неизменными, да и не могут быть изменены: украинские войска не обладают достаточной мобильностью в условиях превосходства противника в воздухе (перемещение массы войск для них слишком рискованно). Из-за этого они нигде не имеют инициативы и вынуждены вести очаговую оборону с опорой на города, по возможности контратаковать в непосредственной близости от этих городов, а также устраивать засады на путях снабжения российских группировок. Цель — заставить российское командование распылять силы на штурм или блокирование этих опорных пунктов, наносить потери везде, где это возможно, и в итоге затянуть войну, превратив ее для России в череду мелких операций с расходом сил без ясной конечной цели. Это именно то, что — с российской перспективы — можно будет назвать словом «увязнуть».

Краткая сводка (в последние дни изменилось не очень много)

• К северу и западу от Киева продолжаются тяжелые бои. Российское командование накапливает силы к югу от трассы Киев — Житомир, но, похоже, не может начать решительное наступление дальше на юг — на Фастов и Васильков — с целью отрезать столицу от западных регионов. Причина — продолжающиеся столкновения на флангах и в тылу. Чтобы достигнуть района южнее трассы, российским подкреплениям и колоннам снабжения нужно миновать несколько опасных для них районов: обстрелы и засады продолжаются в Гостомеле, Буче, Ирпене, Бородянке, Макарове. При этом все снабжение по-прежнему держится на немногих дорогах Чернобыльской зоны. Неделю назад там образовалась пробка из колонн на много десятков километров: российская армия никак не могла подтянуть на фронт все наличные тут силы. Однако теперь велика вероятность того, что в ближайшие недели российские войска преодолеют несколько десятков километров, оставшиеся им до Днепра южнее Киева, и блокируют город.
• С другой стороны Днепра — к северо-востоку и востоку от Киева — российские войска вышли к окраине столицы Броварам и распространились на юг, достигнув трассы Киев — Харьков. Тут наблюдается картина, похожая на ситуацию на западных окраинах Киева: на флангах наступающих войск продолжаются тяжелые бои. 12 марта к северу от Броваров российская ротная боевая группа (около ста человек, явно следовавших без должной разведки) дважды попала в засады: один раз их атаковала мобильная группа с гранатометами и стрелковым оружием, другой — в нескольких километрах от первой засады — накрыла артиллерия. Оба эпизода в подробностях заснял украинский дрон. Впрочем, это мало повлияло на общую обстановку: попавшая в засаду рота, вероятно, обеспечивала фланг главных сил, которые прошли мимо Броваров на юг и достигли шоссе Киев — Харьков. Проблемы этой группировки усугубляются тем, что ее снабжение «висит» на длинных линиях коммуникаций, проходящих в районе осажденных Сум и Чернигова, а также не занятых Конотопа, Прилук, Ромен, и т. д. Там, судя по данным из открытых источников, ежедневно происходят засады. На то, чтобы ликвидировать сопротивление в Сумах и Чернигове (и тем более на широкой территории между ними), у российской армии, кажется, сейчас нет свободных сил.
• В районе Харькова ситуация складывается именно так, как диктует украинская стратегия: стороны ведут мелкие операции без решительных целей, изнурительный артиллерийские дуэли; все это — без решительных целей и с постоянными потерями для относительно слабых тут российских войск.
• Южнее Харькова ситуация отвечает российской стратегии: есть понятная цель — выход в тыл донбасской группировке украинской армии; есть сильная группировка в районе Балаклеи и Изюма. Оба города после тяжелых боев были заняты российскими войсками (Изюм, возможно, не полностью, хотя 13 марта было опубликовано видео российской техники в центре города). Вероятно, российская группировка, избавившись от сопротивления крупных украинских сил в Изюме, теперь будет наступать на Барвенково с целью отрезать от Днепра (в данном случае имеются в виду и река, и город) главные силы на Левобережной Украине. 13 марта начались авиационные удары по штабам этой украинской группировки в Славянске и Краматорске.
• Навстречу войскам из Изюма с юга наступают войска ДНР и российские части из района Гуляйполя и Волновахи. Под Волновахой украинская армия понесла тяжелые потери (судя по количеству подбитой и брошенной тут техники). Есть сомнения, что украинские войска смогут тут быстро восстановить фронт.
• К востоку от Славянска и Краматорска российские войска и силы ЛНР пытаются создать малый «котел» в районе Лисичанска и Северодонецка. Вероятная цель — не просто окружить донбасскую группировку, но и сразу раздробить ее на части.
• Главная опасность при таких операциях на окружение — потенциальное сопротивление украинской армии в подготовленных к осаде городах. Именно такое уже более десяти дней происходит в Мариуполе к юго-западу от Донецка. К городу уже переброшены российские подкрепления, в частности, как утверждается, несколько тысяч «кадыровцев».
• Наконец, на отдаленном от всех прочих фронтов участке, в Николаевской и Херсонской областях, боевые действия не приближаются к вероятной цели российского наступления — Одессы, — а отдаляются от нее. Российские войска, которые не смогли быстро взять Николаев и форсировать Южный Буг севернее него, теперь пытаются обеспечить свой длинный открытый в сторону Кривого Рога фланг. Бои с базирующейся в Кривом Роге украинской танковой бригадой идут на границе Херсонской и Днепропетровской областей.

Откуда мы все это знаем?

Все современные войны проходят «под наблюдением» добровольцев, собирающих и фильтрующих (в том числе на предмет «фейков» и двойного подсчета) документальные данные — видео и фото. При этом списки абсолютно прозрачные: свидетельство о каждой потере может проверить любой желающий. Один из таких списков (от авторов, «обсчитывавших» все последние войны — в Сирии, Ираке, Ливии, Карабахе, в Донбассе) можно посмотреть здесь.

События последних дней — на нашей интерактивной карте

И чем это все может закончиться?

Пока слишком рано делать предсказания. Российская армия, если она сможет изменить подход («быть сильным везде») на более прагматичный и простой («концентрация сил на ключевых направлениях»), все еще имеет шансы одержать победу над украинскими силами на Левобережье. Для этого ей придется исправлять ошибки первоначального развертывания: отказаться от решительных действий в направлении Одессы, перебросить силы на юг от Харькова и в Запорожскую область, усилить группировку, наступающую к западу от Донецка. Под Киевом придется сосредоточиться на том, чтобы наладить снабжение.

Украинскому командованию исправить собственные ошибки начального этапа сложнее: оно пропустило удар на юге страны в первые дни и теперь перебросить туда подкрепления, чтобы избежать полного окружения сил в Донбассе, будет трудно. Основным направлением для Украины останется киевское (город наиболее тщательно готовился к обороне, в том числе, как рассказывают украинские командиры, ослабляя войска на юге — за счет переброшенных в столицу средств ПВО).

Однако тот факт, что украинская армия не может перехватить инициативу, не гарантирует российской армии победу. Все зависит от того, как стороны смогут транслировать свою военную стратегию в достижение политических целей. Тут может оказаться, что Кремль критически просчитался еще на стадии планирования операции: российская армия превосходит украинскую в огневой мощи и мобильности, при всех проблемах может наращивать интенсивность авиаударов и т. д. Однако численного превосходства (его можно оценить как полуторное без учета полицейских и нерегулярных частей) может не хватить, для того чтобы в последовательных операциях (с концентрацией в них всех сил) разгромить большую часть украинской армии и надежно оккупировать значительную часть страны.

При этом российская армия пока не демонстрирует, что может брать хорошо укрепленные города теми методами, которые выбрала. А попытка штурмовать населенные пункты с сотнями тысяч жителей будут неуклонно ухудшать внешнеполитическое положение России. Нежелательность такого варианта признал сегодня и Кремль.

В этих условиях возрастает вероятность компромиссного соглашения по типу договора, окончившего Советско-финляндскую войну в 1940 году (обстоятельства начала и ход войны при этом сильно отличались). К такому соглашению Кремль явно хотел бы подойти, имея в качестве козырей крупные военные успехи — например, окруженную группировку в Донбассе.

Однако само по себе навязанное соглашение не решит проблем, которые само себе создало руководство России. Украинская армия будет восстановлена с западной помощью, любое украинское руководство будет жаждать реванша, Россия останется в изоляции. Альтернатива же «компромиссу» все та же — долгая и отнимающая и без того скудные ресурсы война за установление в стране марионеточного режима.