Оригинал материала
«Мир наблюдает и документирует, как Россия убивает мирных людей»
Суд в Гааге потребовал от России остановить войну в Украине. «Медуза» рассказывает, как шел этот исторический процесс
16 марта Международный суд ООН в Гааге потребовал от России остановить войну в Украине. Это одна из обеспечительных мер, о которых Украина просила еще с 26 февраля, когда обратилась в суд с иском против России. Предмет иска — ложные обвинения России в геноциде жителей Донбасса, которые стали основанием для проведения «специальной военной операции». Россия отвергает не только эти обвинения, но и саму идею того, что у суда есть компетенции для рассмотрения этого дела. На заседания, прошедшие 7 и 16 марта, представители страны не явились. Спецкор «Медузы» Кристина Сафонова наблюдала за ходом процесса по видеотрансляции и рассказывает, как Украина убедила суд не оставаться в стороне.
«Тот факт, что места представителей России пусты, ярко говорит сам за себя»
«Сегодня мы здесь, в здании, которое называется Дворцом мира, но дома моя страна сталкивается с агрессивной войной. Я стою здесь, в аудитории, носящей имя Большого зала правосудия, но дома мои соотечественники видят только несправедливость российских бомб и ракет, которые падают на наши города и районы. Пока я стою перед судом, украинцы подвергаются смертельным нападениям. Миллионам людей грозит неминуемая опасность».
Так утром седьмого марта начал свое выступление перед 15 судьями Международного суда ООН в Гааге Антон Кориневич.
Кориневичу 36 лет, у него темно-русые короткие, слегка вьющиеся волосы и очки в темной оправе. С 2019 года он представлял президента Украины Владимира Зеленского в Автономной Республике Крым. Теперь же Кориневич — агент (так называются представители стран) Украины в суде ООН, он первым из членов делегации говорит о сути иска страны к России.
Официально в суд Украина обратилась 26 февраля. В иске указано, что Россия ложно обвинила Киев в геноциде на «оккупированных территориях Луганской и Донецкой областей» и под предлогом спасения местных жителей, якобы руководствуясь Конвенцией о геноциде, начала «специальную военную операцию» на территории страны.
Россия, по мнению украинской делегации, не только не имела законных оснований для вторжения, но и сама планирует геноцид и уже «умышленно убивает и наносит серьезные увечья» украинцам. А потому Украина просит суд ООН срочно принять обеспечительные меры, обязав Россию, в том числе, немедленно прекратить военные действия.
Коллегию судей, рассматривающую дело «Украина против России», возглавляет 64-летняя американская адвокат Джоан Донахью, выбранная на должность председателя суда ООН в феврале прошлого года. Вице-председатель суда — выпускник МГИМО Кирилл Геворгян. Гражданина Украины среди постоянных членов суда нет, а потому страна получила возможность выбрать для этого дела одного из судей на свое усмотрение — судью ad hoc (то есть судью в конкретном деле). Им стал президент Гаагской академии международного права, почетный профессор Сорбонны Ив Доде.
Из-за коронавирусных ограничений слушание провели в «гибридном» формате — помимо личного присутствия во Дворце мира, участники могли присоединиться к заседанию по видеосвязи. Такую возможность предложили и российской стороне. Но она от участия отказалась — об этом суд письменно уведомил посол России в Нидерландах Александр Шульгин (в суде ООН Россию представляет МИД, а не Генпрокуратура, как это происходит в Европейском суде по правам человека).
«Мы не приняли участие в этом формате [устных слушаниях суда ООН], потому что эти устные слушания не предназначены для обсуждения тех вопросов, которые Украина пытается на них рассмотреть. Это тоже традиционный прием. Мы полагаем, что у суда просто отсутствует юрисдикция в рассмотрении вопроса о специальной военной операции, на чем настаивает украинская сторона», — пояснила в эфире Первого канала представитель МИД РФ Мария Захарова.
«Русская служба Би-би-си», со ссылкой на источники, пишет о еще одной вероятной причине отказа России от участия в слушаниях — делегацию страны в суде ООН покидают зарубежные и российские советники. Так поступил, например, французский адвокат Ален Пелле, до 23 февраля занимавший пост представителя России в суде ООН и других международных трибуналах организации. В открытом письме Пелле объяснил: «Нет оправдания использованию войны для того, чтобы навязать смену политического режима в Киеве или территориальное расчленение Украины — а возможно, и то, и другое».
«Тот факт, что места представителей России [в суде] пусты, ярко говорит сам за себя», — прокомментировал в суде решение российской стороны агент Украины Антон Кориневич.
Длинный стол справа от Кориневича заняла украинская делегация и ее адвокаты; Украину представляют 17 человек. Стол слева, с табличками на английском и французском языках с надписью «Российская Федерация», на протяжении всего заседания оставался пустым.
«Они не здесь, в этом суде, — добавил Кориневич. — Они на поле боя, ведут агрессивную войну против моей страны. Вот как Россия решает споры».
«Ничто не позволяет государству силой вторгаться на территорию другого государства»
С обвинениями со стороны России в геноциде Украина столкнулась не впервые, отметил профессор университета Париж-Нантер и генеральный секретарь Гаагской академии международного права Жан-Марк Тувенен — мужчина средних лет в черно-красной судейской мантии, выступающий как представитель Украины в суде ООН следом за Антоном Кориневичем.
Россия, по словам профессора Тувенена, озвучивала эти обвинения «непрерывно и с нарастающей настойчивостью» последние восемь лет. В доказательство этих слов профессор большую часть своей 40-минутной речи уделил цитированию российских государственных СМИ, официальных лиц и следственных органов.
В 2014 году «Независимая газета» опубликовала статью под названием «Геноцид как точка невозврата в вопросах территориальной целостности», — сказал профессор и зачитал на французском (его родной язык и один из языков, на котором проводятся слушания в суде ООН, — прим. «Медузы») отрывок из нее: «Сейчас же все отчетливее звучит слово „геноцид“, <…> России же крайне сложно будет добиться признания геноцида на востоке Украины со стороны западных стран».
Незадолго до выхода этой статьи, обратил внимание Тувенен, Следственный комитет России начал расследование геноцида русскоязычного населения в Донецкой и Луганской областях Украины. Позже, добавил профессор, в России возбудили и другие аналогичные дела, в том числе против 20 высокопоставленных украинских военных в сентябре 2017 года.
В феврале 2015 года, по словам Тувенена, мировая пресса (например, бельгийское издание Le Soir) приводила слова президента России Владимира Путина о том, что отказ украинских властей поставлять газ на восток страны «уже напоминает геноцид».
В ноябре 2021-го, перечислял дальше профессор, президент России Владимир Путин подписал указ о поддержке населения самопровозглашенных Донецкой и Луганской Народных республик. Борис Грызлов, представляющий Россию в контактной группе по урегулированию ситуации в регионе, тогда назвал президентский указ «вынужденным ответом на действия Киева, которые направлены на эскалацию конфликта и фактически подпадают под конвенцию ООН „О предотвращении проявлений геноцида“».
«То, что сейчас происходит на Донбассе, <…>. Это, конечно, очень напоминает геноцид», — сказал в декабре 2021-го Путин на заседании Совета по развитию гражданского общества и правам человека, привел еще один пример российских обвинений Тувенен. На следующий день, отметил он, зампредседателя комитета Госдумы по международным делам Алексей Чепа заявил Russia Today, что полностью согласен с президентом: «Идет откровенное уничтожение собственного народа».
В первой статье Конвенции о геноциде, напомнил коллегии судей профессор Тувенен, говорится, что страны-участницы «обязуются принимать меры предупреждения» геноцида и «карать за его совершение». При этом, заметил профессор, согласно трактовке суда ООН, для борьбы с геноцидом страна может «использовать все возможные и доступные средства», без территориального ограничения.
«В то же время ничто в Конвенции не позволяет государству силой вторгаться на территорию другого государства для предупреждения геноцида или наказания за него», — сказал профессор Тувенен. То, что «применение силы» не может использоваться для проверки или обеспечения соблюдения прав человека, по словам Тувенена, сам суд ООН указал в 1986 году во время рассмотрения дела «Никарагуа против Соединенных Штатов Америки».
Россия могла обратиться в ООН или подать иск в суд организации в Гааге, посетовал суду профессор Тувенен. Но вместо этого начала военные действия, которые, по мнению Украины, не имеют никакого законного обоснования.
«Украина сопротивляется. Украинки и украинцы страдают. Украинки и украинцы умирают, — сказал судьям в завершение речи профессор Тувенен. — Спор о толковании, применении или исполнении Конвенции 1948 года о геноциде между Украиной и Россией — это не просто обмен словами. Он выкован в железе, огне, крови, криках и слезах».
«Россия стремилась вторгнуться в Украину, но обнаружила, что у нее для этого нет никаких оснований. Поэтому она решила воспользоваться ложью»
«Россия хочет, чтобы мир поверил, что Украина развязала геноцид против собственного народа в Донбассе, — сказал суду еще один представитель Украины, член коллегии Верховного суда США и округа Колумбия Дэвид Сионтс. — Но даже базовое понимание фактов показывает, что это ложь».
Для понимания коллегией судей контекста этого дела Сионтс обратился к событиям восьмилетней давности. «В феврале 2014 года украинский народ поднялся на „Революцию достоинства“, — рассказал он. — Россия ответила на это агрессией, вторгнувшись и оккупировав Автономную республику Крым и Севастополь».
«Тогда, как и сейчас, агрессия России основывалась на лжи, — добавил Дэвид Сионтс. — Сначала Россия отрицала, что использовала своих военных. Но затем президент Путин признал это. Тогда он безосновательно утверждал, что „русскоязычное население оказалось под угрозой“».
После оккупации Крыма, по словам Сионтса, Россия надеялась применить ту же тактику в Донбассе, но не нашла там поддержки и обратилась к незаконным вооруженным формированиям — в ДНР и ЛНР — для реализации своих планов.
По словам Сионтса, с тех пор комиссии ООН неоднократно сообщали о нарушении прав человека, росте насилия и беззакония в регионе. Сионтс напомнил суду о жестоком убийстве украинского политика Владимира Рыбака и студента Юрия Поправко — их тела со следами пыток были найдены в апреле 2014 года в реке недалеко от Славянска. «Этот известный инцидент обсуждался на заседании Совета Безопасности ООН, — прокомментировал Сионтс. — Рыбака похитили, пытали и убили [силовики] ДНР за такое преступление как поднятие украинского флага».
«Резня, спровоцированная Россией на востоке Украины, усиливалась», — заявил представитель Украины в суде. И привел в пример обстрел жилого района Мариуполя в январе 2015 года, во время которого погибли 30 человек. «Мариуполь — русскоязычный город, — добавил Сионтс. — Заявление России о защите русскоязычного населения Украины не защитило Мариуполь от шквала российских ракет в 2015 году. Точно так же, как сегодня оно не защищает Мариуполь от осады российской армии, которая обстреливает город, оставляя его без электричества, воды и тепла».
«Госпожа председатель, члены суда, это обстоятельства, в которых Россия обвиняет Украину в геноциде против собственного народа, — обратился к суду Дэвид Сионтс. — Будет преуменьшением сказать, что Россия не предоставила никаких доказательств актов геноцида за время этого конфликта».
По словам Сионтса, от конфликта, который «развязала и спонсировала Россия», пострадали мирные жители Украины по обе стороны линии соприкосновения в Донбассе. «К сожалению, противники Украины не считались с жизнями мирного населения на „своей“ стороне», — сказал Сионтс и зачитал отрывок из отчета комиссии ООН по правам человека в Донбассе: «Вооруженные группировки размещают свои военные объекты в густонаселенных районах и совершают нападения из них, тем самым подвергая все гражданское население риску».
Отметил Дэвид Сионтс и тот факт, что если бы Украина действительно совершала акты геноцида на своей территории, количество жертв среди мирного населения бы возросло. Но происходит обратное: если в 2014 году погибло чуть больше двух тысяч мирных жителей, а в 2015-м — около тысячи, то во все последующие годы их было в разы меньше (например, в 2019-м — 27 человек, в 2020-м — 26, а в 2021-м — 25).
«Россия стремилась вторгнуться в Украину, но обнаружила, что у нее для этого нет никаких оснований. Поэтому она решила воспользоваться ложью, — сказал Дэвид Сионтс. — Согласно отчету ООН, в первые шесть дней войны жертв среди мирного населения было почти столько же, сколько за пять последних лет конфликта в Донбассе — и это только подтвержденных жертв».
«Россия сегодня прибегает к тактике, напоминающей средневековые осадные войны»
Следующей место за трибуной заняла кудрявая шатенка в синем костюме — Марни Чик, член адвокатской коллегии округа Колумбия (США), также представляющая в этом суде интересы Украины.
Вслед за коллегами Чик повторила, что нет никаких доказательств того, что Украина проводит геноцид в Донбассе «или где-либо еще». «Гибель мирного населения во время вооруженного конфликта сама по себе не является геноцидом», — сказала Чик.
Россия, предположила адвокат, использовала обвинения в геноциде для оправдания своей «так называемой специальной военной операции» на территории Украины. «Россия использует слово „геноцид“ как меч, чтобы нанести большие потери жителям Харькова, Чернигова, Мариуполя, Херсона, Гостомеля, Волновахи и многих других», — сказала Чик.
«Это парадокс, — продолжила адвокат. — Парадоксально, что государство ссылается на нарушение Конвенции о геноциде для оправдания военного вторжения, чтобы наказать Украину, ее демократически избранных лидеров и людей, без каких-либо убедительных доказательств геноцида вообще».
Ложные заявления России, по мнению Чик, нарушают Конвенцию и выходят за рамки международного права. У Украины же, отмечает ее представитель, есть право требовать от России добросовестного исполнения Конвенции (в том числе, по Венской конвенции о праве международных договоров).
Суд имеет право применить обеспечительные меры к участникам Конвенции «в случае крайней необходимости», «реального и неизбежного риска нанесения непоправимого ущерба правам до того, как суд вынесет окончательное решение», — сказал коллега Марни Чик по адвокатской коллегии Колумбии, Джонатан Гимблетт — невысокий, плотный мужчина и с зачесанными набок темно-русыми волосами и мелкими чертами лица. И эти меры, убежден Гимблетт, нужно принять как можно скорее.
И вот почему, объяснил адвокат: «так называемая военная операция» России уже вызвала военный, гуманитарный и экологический кризис, «подобного которому не было в Европе с 1945 года».
Гимблетт напомнил суду, что Международный военный суд (МУС), который тоже находится в Гааге, но не относится к ООН, уже начал расследование возможных военных преступлений России. По словам генерального прокурора Украины, среди этих преступлений могут быть: умышленные убийства мирного населения, преднамеренное нанесение ударов по гражданским объектам, бомбардировка городов и сел, а также религиозных и образовательных мест.
«Боюсь, что с тех пор все изменилось к худшему. <…> Россия сегодня прибегает к тактике, напоминающей средневековые осадные войны — окружение городов, отрезание путей отхода и обстрел мирного населения из тяжелых артиллерийских орудий», — прокомментировал тактику России в войне Джонатан Гимблетт. В это время на специальных экранах по бокам от судейского стола показали фотографии разрушенных зданий и улиц Мариуполя, Харькова, Бородянки и других украинских городов и поселков.
Говоря о гуманитарном кризисе, адвокат напомнил о количестве беженцев из Украины. Если третьего марта, по данным ООН, страну покинуло чуть больше миллиона человек, то уже через день их количество возросло до полутора миллионов. К 15 марта сообщалось о более, чем 3 миллионах беженцев из Украины.
«Эти сырые статистические данные не отражают полной истории человеческих страданий: разлученные семьи, покинутые дома, которых они, возможно, больше никогда не увидят», — сказал Гимблетт.
Военная операция России, продолжил адвокат, наносит колоссальный вред окружающей среде, «описание которого заняло бы целую библиотеку». Поэтому он решил остановиться только на двух примерах:
— в первые дни вторжения российская техника ворвалась в Чернобыльскую зону отчуждения, говорил адвокат, «подняв в воздух радиоактивную пыль и спровоцировав повышение радиационного фона в этом районе»;
— а в ночь на четвертое марта, после обстрела, на Запорожской атомной электростанции — крупнейшей АЭС в Европе — начался пожар;
«Оба раза повезло, — отметил адвокат. — Но в обоих случаях военная агрессия России могла привести к новой ядерной катастрофе».
«Это проверка, кто победит: Россия или послевоенный международный правопорядок»
«Столкнувшись с таким откровенным беззаконием, этот суд совершенно бессилен в том, чтобы остановить его?» — недоумевал профессор международного права Йельского университета и еще один защитник Украины в суде ООН, Гарольд Хонджу Кох.
Ответ на этот вопрос должен быть «нет», продолжил Кох грудным, с хрипотцой голосом: «У этого суда есть уникальная возможность принять прямые меры, которые остановят кровавую бойню и сохранят возможность в законных рамках рассмотреть это дело по существу».
Эти меры, по мнению украинской стороны, должны быть следующими:
— Россия должна немедленно остановить военную операцию, начатую 24 февраля;
— необходимо обеспечить, чтобы любые военные или нерегулярные вооруженные формирования под контролем или поддержкой России не предпринимали никаких военных действий;
— Россия не должна усугублять существующий конфликт и затруднять его разрешение;
— наконец, Россия должна предоставить отчет суду ООН о предпринятых для выполнения его постановления мерах в течение недели после его принятия. А затем — на регулярной основе.
«Госпожа председатель, члены суда. Меньше, чем за две недели, это дело стало намного масштабнее, чем просто дело „Украина против России“, — обратился к суду адвокат Кох. — Это проверка, кто победит: Россия или послевоенный международный правопорядок. Трагедия, которую мы все наблюдаем на улицах Киева, Харькова, Мариуполя, Херсона, Волховахи и многих других украинских городов, — наша международно-правовая система создавалась именно для того, чтобы ее предотвратить».
* * *
Последней от украинской делегации выступала Оксана Золотарева, директор Департамента международного права МИД Украины.
Нв Золотаревой черный брючный костюм, у нее короткие светлые волосы и бледное лицо. «Украина уже одиннадцать дней сопротивляется жестокому российскому вторжению, — начинает Золотарева, выделяя каждое слово. — Многие говорили, что мы не выстоим так долго против агрессии России. Они недооценили людей Украины. Они недооценили наш дух, наше единство, нашу преданность. Украинские герои храбро защищают Украину, и мы будем защищать Украину, пока агрессор не уйдет».
Мир, продолжила Золотарева, поддерживает Украину. Но стране нужна еще помощь. «Нам нужно больше помощи от наших союзников. Больше помощи от всех учреждений в мире, — объяснила агент Украины. — В том числе, от этого суда».
Золотарева напомнила, что пока в суде проходит слушание по делу «Украина против России», ее родина и соотечественники в опасности. «Мой родной город Харьков уже несколько дней подвергается беспорядочным обстрелам, но героически сопротивляется. Церкви разрушены, больницы разрушены, университеты разрушены. Гражданская инфраструктура в руинах, — сказала Золотарева. — Ничто из этого не может считаться законными военными целями».
«Мир наблюдает и документирует, как Россия убивает мирных людей в ходе неизбирательных нападений, — продолжила агент Украины. — Мы еще точно не знаем количество украинцев, которых Россия убила за последние одиннадцать дней. Мы можем только догадываться, сколько еще будут убиты в следующие одиннадцать дней, если бессмысленная агрессия не будет остановлена».
Подняв глаза от трибуны на судей, Оксана Золотарева попросила суд принять решение как можно скорее. И добавила: «Мы в ваших руках».
«Некомпетентность суда»
Подготовиться к устным слушаниям за пять рабочих дней «сложно, если не невозможно» — так Россия объяснила отказ от участия в заседании (меморандум, авторы которого не подписались, был предоставлен 7 марта суду ООН и опубликован на его сайте).
«Правительство Российской Федерации сожалеет, что, несмотря на его возражения, слушания были назначены в такой короткий срок», — говорится также в меморандуме. Все же, «из уважения к суду» Россия решила довести до его сведения «свою позицию относительно некомпетентности суда в данном деле».
Эта «некомпетентность», по мнению российской стороны, заключается прежде всего в том, что суд ООН не имеет права рассматривать иск Украины против России. Так как предмет спора — основания применения силы Россией на территории Украины — не подпадает под Конвенцию о геноциде. К сфере Конвенции, утверждают авторы меморандума, не относятся и обеспечительные меры, запрошенные Украиной.
Россия в принципе не согласна с тем, что Украина ссылается на Конвенцию о геноциде. По мнению авторов меморандума, говоря о геноциде жителей ЛНР и ДНР 24 февраля, объявляя о начале «специальной военной операции», президент Владимир Путин не имел в виду определение слова «геноцид» из Конвенции, а анализировал «ужасную ситуацию в Донбассе, включая зверства и геноцид» и давал общую характеристику гуманитарной обстановке в регионе.
«Понятие геноцида существует в международном обычном праве независимо от Конвенции. Существует оно также в национальных правовых системах государств, в том числе в Российской Федерации и Украине», — уверяют авторы меморандума.
Глава международной практики «Агоры» Кирилл Коротеев замечает, что «и в Конвенции, и в международных обычаях, и в российском праве геноцид определяется одинаково».
По мнению авторов меморандума, «специальная военная операция проводится Россией на территории Украины на основании 51 статьи Устава ООН и обычного международного права», то есть в рамках самообороны. А признание Россией Донецкой и Луганской народных республик — это «суверенный политический акт», основанный на праве народов на самоопределение.
А потому Россия просит суд ООН не применять в отношении нее какие-либо обеспечительные меры и закрыть дело. Письмо же к суду неизвестные авторы закончили полным текстом обращения Владимира Путина к россиянам (на английском и русском языках), с которого 24 февраля началась война.
«Речь не идет про танки, самолеты и боеголовки»
16 марта Международный суд ООН принял решение, что Россия должна остановить военную операцию в Украине. За это проголосовали 13 из 15 судей. Против высказались судья из России Кирилл Геворгян и судья Сюэ Ханьцинь, представляющая Китай.
Так же коллегия судей проголосовала и по еще одной обеспечительной мере, запрошенной Украиной, постановив, что любые военные или нерегулярные вооруженные формирования под контролем или поддержкой России не должны предпринимать никаких военных действий.
По решению суда и Москва, и Киев должны воздержаться от шагов, которые могут обострить конфликт.
Формально, объясняет глава международной практики Агоры Кирилл Коротеев, исполнение мер, предписанных судом ООН, обязательно. И их игнорирование — это нарушение международного права. В то же время «надзирателя» за соблюдением предписаний суда, добавляет Коротеев, по большому счету нет: «Сам суд может проверять, соблюдены ли меры, которые он указал, или нет».
О мерах, предписанных России судом, будет уведомлен Совет Безопасности ООН. «В целом, он может принимать меры в рамках своей компетенции, раз осведомлен о ситуации, и если считает, что есть угроза миру и безопасности, — говорит Коротеев. — Но в отношении России и всех пяти постоянных членов [Совета] проблема в их праве вето».
До сих пор, отмечает Коротеев, Россия старалась исполнять предписания международных судов: «Мы видим, что Россия не появилась [на заседании суда], но прислала меморандум. А могла не присылать меморандум, а опубликовать пресс-релиз на сайте МИДа». В другом деле Украины против России, суд постановил не преследовать представителей Меджлиса крымскотатарского народа, который в 2016 году был объявлен в России экстремистской организацией и запрещен. «И обратите внимание, уголовных дел за членство в Меджлисе Россия не возбуждала», — говорит юрист.
Говоря о последствиях, с которыми Россия может столкнуться в случае несоблюдения постановления суда ООН, Кирилл Коротеев отмечает: «Речь не идет про танки, самолеты и боеголовки. Надо понимать, что суд может присуждать компенсацию [потерпевшей стороне]. Я думаю, что несоблюдение мер, которые он указал, может в дальнейшем сказаться на сумме компенсации [России Украине], которую он присудит».
Кристина Сафонова