Псков: суд признал законными обыски у журналистов

Псковский городской суд 21 марта постфактум признал "законными и обоснованными" обыски у журналистки Светланы Прокопьевой и родителей главного редактора газеты "Псковская губерния" Дениса Камалягина. Об этом корреспонденту Север.Реалии сообщили сами журналисты.

Обыски в домах Камалягина и Прокопьевой прошли еще 18 марта, в помещении журналистки работал ОМОН, ее заставили лечь лицом в пол и заковали в наручники. В постановлении было указано, что они проводятся "в случае, не терпящем отлагательства". Им полицейские и сотрудники центра "Э" назвали пост от 10 марта в анонимном телеграм-канале "Гремячая башня". Его авторы критиковали политику губернатора Псковской области Михаила Ведерникова по отношению к независимым СМИ и писали, что считают неуместными публикации о гибели псковских военных на Украине, которые Ведерников делал в своем инстаграме.

В ходе судебного заседания стало известно, что заявление в полицию по поводу публикации "Гремячей башни" написал глава аппарата губернатора Ведерникова Сергей Дмитриев. В нем он сообщил, что видит в посте признаки клеветы (статья 128.1 УК РФ) и ложную информацию о действиях российской армии (статья 207.3 УК РФ) – под ней Дмитриев подразумевал использование слова "война".

Полицейские в суде объяснили, что проводили срочные обыски без санкции суда, потому что опасались, что журналисты "могут уничтожить доказательства причастности к преступлению".

Журналист Светлана Прокопьева заявила, что не согласна с решением суда и считает, что обыски были проведены незаконно.

"Полиция не привела ни одного убедительного аргумента в пользу срочности и безотлагательности своего нашествия сразу по 12 адресам. Они ссылаются на то, что, если бы не пришли ко всем одновременно, то первые жертвы могли бы предупредить всю остальную группу. Какую группу? О чем предупредить? Как будто этот телеграм-канал, о существовании которого мы теперь знаем, администрировался одновременно с двадцати пяти устройств в нескольких квартирах одновременно. Зачем забрали телефон пожилых родителей Дениса Камалягина? Зачем забрали рабочий комп моего мужа? Никакой реальной попытки расследовать дело о клевете на самом деле не было. Никого не опрашивали. Не пытались проверять на месте, чья техника, работает ли она. Это просто грабеж, как он есть, никак по другому не назвать", - сказала Прокопьева.

Главный редактор "Псковской губернии" Денис Камалягин добавил, что у него нет иллюзий по поводу суда после того, как в январе 2019 года тот отправил под стражу активистов Милушкиных.

"Суд просто верит на слово полиции. Та сказала: "Нужно!», суд в ответ: "Ну, значит, нужно, ждем доказательств". Мои пожилые родители вообще не при чем, а к ним пришли. Видимо, была цель подействовать мне на нервы и лишить родителей связи со мной. Сейчас мама и папа воспринимают случившееся как должное: много лет это была моя история, сейчас она стала общей. Они понимают, что это часть моей работы и гордятся" - отметил Камалягин.

Адвокат Владимир Данилов, представляющий интересы журналистов, отметил, что проведение обысков, как и само возбуждение уголовного дела, будут обжалованы.

"Хоть суд формально говорит, что все законно и обоснованно, мы так не считаем. Никаких достаточных данных для обыска у полиции не было. На деле, Центр "Э" просто предоставил черный список журналистов, политиков и активистов, которые у них проходят как "несогласные с государственным мнением". По этому списку и пошли, руководствуясь логикой в стиле "у них же есть телефоны и компьютеры, значит, они могли публиковать посты". Мы считаем, что проведенные обыски были направлены только на то, чтобы оказать физическое и психологическое воздействие, нанести им материальный ущерб (лишить компьютеров и телефонов), чтобы люди потеряли возможность публично выражать свое мнение в соцсетях. Мы не согласны с обысками, будем обжаловать их проведение, так и само возбуждение уголовного дела", - сказал представляющий интересы журналистов адвокат Владимир Данилов

Утром 18 марта полицейские пришли с обыском к журналистке Север.Реалии Светлане Прокопьевой. Они выбили дверь в ее дачном доме и надели на Прокопьеву наручники. Обыски одновременно проводились у политика и члена "Яблока" Льва Шлосберга, муниципального депутата Николая Кузьмина, родителей главного редактора газеты "Псковская губерния" Дениса Камалягина и библиотекаря Екатерины Новиковой.

Это происходило в рамках расследования уголовного дела о клевете на губернатора Псковской области Михаила Ведерникова – статья 128.1 Уголовного кодекса. Порочащими губернатора сведениями полицейские считают запись в анонимном телеграм-канале "Гремячая башня" от 10 марта. Ее авторы критиковали политику главы региона по отношению к независимым СМИ и писали, что считают неуместными публикации о гибели псковских военных на Украине, которые Ведерников делал в своем инстаграме. Светлана Прокопьева в данный момент находится в статусе свидетеля.

21 марта вызвали в прокуратуру журналистку Север.Реалии Юлию Парамонову. Надзорное ведомство объявило ей, что проверяет соблюдение закона о противодействии экстремизму при размещении информации в СМИ. Журналистку спрашивали о ее репортажах и гонорарах.

Также 21 марта был задержан сотрудничающий с Сибирь.Реалии журналист Андрей Новашов. На него возбуждено уголовное дело о "фейках в отношении Вооруженных сил РФ". В доме Новашова проводится обыск.