Оригинал материала
Он сказал, что гордится быть украинцем
В 109-ю школу Приморского района Петербурга на урок Геннадия Николаевича Тычины, учителя труда, пришли полицейские с автоматами.
Они увезли педагога в отдел, где продержали более 48 часов. За несколько дней до этого директор убеждал его уволиться по собственному желанию. Причина, как считает Геннадий Николаевич, всего одна — в разговоре с сотрудником школы он сказал, что гордится быть украинцем.
Геннадий Тычина пришел в 109-ю школу в августе 2019 года. За три года у него не было ни одного замечания. В начале февраля начал собирать документы на первую категорию, но отправить пакет в Центр развития образования не успел.
Геннадий Николаевич утверждает:
1 марта он сказал школьному охраннику, что гордится своим украинским происхождением. Ни слова о «спецоперации», просто — факт из паспорта.
«После этого разговора на меня стала давить администрация. Мне говорили, что [увольняться нужно, потому что] я тут детям что-то пропагандирую. Я против «спецоперации», так и сказал, когда впервые вызвали. Но как педагог в стенах школы я ни на чьей стороне. И с учениками политику не обсуждаю».
Заявление о принуждении к увольнению, написанное Геннадием Тычиной
ВРИО директора школы, бывший учитель физкультуры Алексей Татарников потребовал, чтобы Тычина уволился. Тогда Геннадий Николаевич написал заявление, в котором зафиксировал давление со стороны администрации. Документ даже завизировали в школьной канцелярии. Это было 4 марта.
На следующий день в кабинет труда пришли трое. Директор школы и два полицейских с автоматами — на задержание.
«Если директор в своем уме, он мог постучаться и сказать: «Геннадий Николаевич, выйдите в коридор». А детям уже потом объяснить, что Геннадий Николаевич занят и сейчас у них будет другой урок. Чтоб они вообще не видели, — вздыхает учитель.
— В классе были мальчишки-пятиклассники. Они сидели с квадратными глазами. А директор им: «Давайте, давайте, выходите». Будто в лагере».
Здание 109 школы Приморского района Петербурга. Фото из соцсетей
«Геннадий ко мне обратился, еще когда его стали принуждать к увольнению, — говорит юрист Сергей Булавский. — Я дал ему рекомендации. Потом он снова позвонил и объяснил, что концепция поменялась: везут в полицию, в 35-й отдел, шнурки сняли и ремень забрали, посадили в обезьянник, где деревянная лавка. Ни поспать, ничего. Разве что передачу с едой и питьем разрешили сделать. Дольше двух суток держали, хоть и не положено. Видимо, чтобы созрел, расплакался и раскаялся. В итоге отвезли в Приморский суд. После нескольких часов выяснилось: в протоколе неустранимые противоречия. Написано, что он на улице нецензурно выражался — мол, мелкое хулиганство. А задержали на рабочем месте, прямо в классе. Пришлось отпускать, пока более внятное обвинение не появится. Вот ждем повестку».
Почти все вещи Геннадия Николаевича остались в школе. В том числе ключи от квартиры — несколько дней он ночевал у друзей. Идти в школу после освобождения побоялся, вместо него туда отправился юрист. Вещи Геннадия адвокату выдали только после оформления доверенности. Предложили забрать трудовую книжку, но он отказался: увольнение будут оспаривать в суде.
На вопрос, что он хочет делать дальше, Геннадий Николаевич отвечает однозначно: преподавать. «У меня получается, дети меня любят. В этой школе вряд ли получится, я не собираюсь там маньяком каким выглядеть. Но я хочу бороться, чтобы этот приказ [об увольнении] отменили».
В кабинете Геннадия Николаевича. Фото из личного архива
Ученики до сих пор не знают, почему Геннадий Николаевич вдруг пропал. Даже пытались дозвониться ему, чтобы спросить лично. Он ответил полуправдиво — пока на больничном. Что им говорить после 23 марта, когда больничный из-за заработанной в полиции невралгии закончится, пока не знает.
Охранник, после беседы с которым у Тычины начались проблемы на работе, подтверждать или опровергать его рассказ не стал — после первого же вопроса корреспондента «Новой» вызвал администрацию. ВРИО директора школы Алексей Татарников объяснил: «У нас сейчас судебный процесс будет. Поэтому мы ничего не можем говорить».
Арина Васильчук