Россия объявила, что «кардинально сократит военную активность» в районе Киева. Означает ли это коренной перелом в пользу Украины?

Короткий ответ: все сложнее, стоит ожидать обострения в Донбассе

Представитель Минобороны РФ генерал-полковник Александр Фомин 29 марта, после переговоров делегаций России и Украины в Стамбуле, сообщил, что российские войска «кардинально, в разы, сокращают военную активность на киевском и черниговском направлениях». Это решение имеет непосредственное отношение к новому российскому плану продолжения войны: командование собирается сосредоточить все силы для окружения украинских войск в Донбассе. Киевская операция российских войск, очевидно, не удалась, а победа в Донбассе теоретически может позволить Кремлю закончить войну приемлемым для него миром.

В этом тексте редакция пытается оценить боевую обстановку в Украине на основании доступных данных. «Медуза» выступает против войны и за скорейшее возвращение российских войск домой.

Подробностей того, что подразумевается под «кардинальным сокращением», генерал Фомин не сообщил, пообещав, что Генштаб сделает это позже. Объявлено лишь, что «деэскалация» не будет означать прекращения огня. Кроме того, Минобороны ожидает, что «в Киеве будут приняты соответствующие основные решения». Вероятно, имеется в виду, что и украинские войска тоже должны, по примеру российских, кардинально сократить военную активность.

При этом события последних дней на киевском и черниговском направлениях показывают, что «сокращение активности» (если к нему присоединится и Украина) трудно назвать уступкой со стороны России. Как уже писала «Медуза» 24 марта, российское наступление с целью окружения Киева с двух направлений — с северо-запада через Чернобыльскую зону отчуждения и с северо-востока через район Чернигова — было остановлено.

Почему вообще заглох «поход на Киев»? (очень подробно)

• После того как в первые дни войны российские войска заняли район аэропорта Антонов в 25 километрах к северо-западу от Киева, темпы наступления в окрестностях украинской столицы резко замедлились. Наступление велось в южном направлении, в обход Киева с запада — вдоль реки Ирпень, пойма которой была затоплена после взрыва плотины (кто именно это сделал, доподлинно неизвестно, но выгоду от этого получили украинские войска). Затопление хорошо видно на спутниковых снимках NASA. Украинская артиллерия через реку непрерывно наносила удары по флангу наступающей российской группировки.
• С другого фланга российскую группировку атаковали украинские войска со стороны Житомира. В итоге российские войска так и не смогли обеспечить безопасность флангов и тыла: ширина фронта наступления в южном направлении не превышала 30 километров, все расположение российской группировки насквозь простреливалось украинской артиллерией.
• Чем дальше на юг продвигались российские части, тем тяжелее становилась ситуация с их снабжением, взаимодействием с соседями и командованием, а также с другими родами войск. Как следует из радиоперехватов переговоров между российскими командирами в районе города Макаров и около трассы Киев — Житомир (их опубликовала The New York Times, подтвердить их подлинность невозможно), войска были лишены всего необходимого снабжения, включая топливо для танков; авиационная поддержка отсутствовала. Судя по фото и видео, снятым в этом районе, российские части понесли тяжелые потери в технике прямо на трассе и в селах по обе ее стороны.
• На четвертой неделе войны ситуация для российских войск ухудшилась. Сначала провалилась новая попытка обезопасить фланги российской группировки, наступающей к западу от Киева. Российские войска форсировали реку Ирпень, заняли село Мощун и попытались закончить блокирование Киева с севера. Это позволило бы им и защитить от атак один из флангов. На другом фланге было предпринято наступление в районе села Немешаево. Однако обе операции провалились. Мощун и Немешаево российскими войсками потеряны, равно как, вероятно, и переправа через Ирпень у Мощуна.
• Украинские войска попытались провести контрнаступление против всей российской группировки к западу от Киева: к 24 марта они заняли Макаров, что создало угрозу всей российской группировке к югу от трассы Киев — Житомир. Однако развить успех украинским войскам не удалось: они были остановлены на окраинах Макарова огнем российской артиллерии. Судя по поступающим из района боевых действий скудным фото- и видеосвидетельствам, украинским войскам не удалось продвинуться и на другом фланге — в городе Ирпень. Теперь разлив одноименной реки мешает уже их наступлению.
• К 29 марта ситуация на западе от Киева стабилизировалась. Стороны продолжают артиллерийские перестрелки; о том, где ложатся снаряды, можно судить по карте пожаров NASA. Судя по ней, российская артиллерия продолжает наносить удары южнее шоссе Киев — Житомир и в районе Макарова, украинская бьет по расположению российских частей в Ирпене и в районе аэропорта Макаров. 29 марта крупные пожары (наверняка вследствие артиллерийского огня) зафиксированы в районе села Майдановка на западном фланге российской группировки.
• В целом в этом районе российские войска уже более недели не помышляют о наступлении. Зафиксирован отвод части российских подразделений с фронта (или их ротация). Отвод части сил заметила и разведка США. Таким образом, взаимное «кардинальное сокращение активности» в этом районе вполне соответствует интересам российского командования.

К северо-востоку и востоку от Киева сложилась похожая ситуация:

• Российские войска оказались на восточных окраинах Киева — под Броварами, аэропортом Борисполь и в окрестностях трассы Киев — Харьков, — пройдя до того длинный и тяжелый путь. Часть войск дошла почти до Киева через леса Черниговской области; областной центр так и не был захвачен. Только в конце марта украинское командование сообщило, что Чернигов практически окружен. При этом российские колонны снабжения продолжали подвергаться атакам на всем пути от российской и белорусской границы до окраин Киева, что можно было фиксировать с помощью фото и видео, которые украинские военные выкладывали почти ежедневно.
• Вероятно, поэтому выйти к Киеву сразу крупными силами российским войскам не удалось. Попытка приблизиться к Броварам — важному пункту базирования украинских войск — силами двух танковых рот окончилась потерями в засадах на его окраинах. Российские войска лишь заняли село Великая Дымерка в десятке километров от Броваров, где и окопались.
• Восточнее к окраинам Киева в 10-х числах марта подошла группировка, начавшая войну под Сумами. Ей также пришлось обходить города, сыгравшие роль пунктов сопротивления украинских войск; колонны группировки также подвергались ежедневным ударам.
• В итоге войска так и не достигли трассы Киев — Харьков, а также аэропорта Борисполь.
• На четвертой неделе войны украинские войска начали контратаки и тут: была атакована Великая Дымерка. Впрочем, о захвате украинскими силами села, ставшего важной базой российских войск в этом районе, не сообщалось.

В целом на этом направлении продолжение российского наступления вряд ли возможно. Сил на то, чтобы полностью обезопасить растянутые от Чернигова, Сум и Припяти коммуникации группировок, дошедших до окраин Киева, у российской армии нет. Так что «кардинальное снижение активности», особенно если оно позволит высвободить войска, выгодно российскому командованию.

При этом важно, что остановка наступления под Киевом явно не была частью российского плана войны. Войска на севере страны были остановлены упорным украинским сопротивлением. Российская армия не смогла достичь целей сразу на всех направлениях (для этого у нее изначально не было достаточно сил), поэтому ее командование решило исправить ошибки планирования и сконцентрировать все силы в Донбассе, где есть теоретическая возможность нанести решающее поражение противнику.

Откуда мы это знаем?

Из видео и фото, которые очевидцы боев публикуют в соцсетях. Это дает возможность объективно фиксировать хотя бы часть событий любого современного конфликта. Мы нанесли большую часть полученных в первый день войны «документальных свидетельств» на карту Украины.

События последних дней — на нашей интерактивной карте

Источники для карты смотрите тут

Возможны три варианта «сокращения активности»

• Российские (и украинские) войска в целом останутся на нынешних позициях и прекратят масштабные атаки друг на друга. Этот вариант может значительно улучшить оперативную обстановку в целом для российского командования: оно сможет свободно задействовать все резервы в Донбассе на направлении, которое оно считает решающим для исхода войны.
• Другой вариант намного менее благоприятен для российского командования: «сокращение активности» будет односторонним, украинские контратаки в западу и востоку от Киева продолжатся; украинским войскам удастся как минимум остановить переброску всех резервов в Донбасс и на юг Харьковской области.
• Третий вариант мог бы быть приемлемым с военной точки зрения, но плох с политической — отвод войск из части районов на киевском и черниговском направлении. Войска, получившие опыт войны в сложных условиях (и не потерпевшие поражения), можно было бы использовать в наступлении в Донбассе; однако политически оставление позиций около столицы противника кардинально ухудшит позицию России на переговорах. Кроме того, там, где российское командование отводило войска до сих пор (под давлением украинской армии или из-за невозможности их снабжать), это сопровождалось большими потерями: так было в Николаевской области в середине марта и в Тростянце в Сумской области в конце марта. Оба раза украинская армия, занявшая бывшие российские позиции, демонстрировала десятки единиц подбитой и брошенной техники противника.

И теперь главное: чего Россия хочет добиться в Донбассе?

До сих пор войск для большого окружения в Донбассе было явно недостаточно. Но в последние дни (судя по многочисленным видео с колоннами техники) российские группировки в районах южнее Изюма (юг Харьковской области), севернее Донецка и Гуляйполя (Запорожская область) получили резервы с других направлений. Именно они должны, по озвученному Минобороны плану, окружить значительную часть украинской армии в Донбассе и тем самым решить исход войны.

Вероятно, предполагается, что украинское командование не сможет организованно отвести из Донбасса к Днепру все войска (всего от четверти до трети всех украинских сил — около 70 тысяч человек) в условиях превосходства противника в воздухе. Дело в том, что украинские военные действительно демонстрируют неожиданную для россиян устойчивость, когда обороняются на оборудованных позициях и в городах, а также наносят контрудары рядом с ними под прикрытием своей артиллерии. Однако если им придется совершать марши под нажимом противника и бомбардировками с воздуха, то они могут понести очень большие потери (так было с 59-й бригадой ВСУ в первые дни войны, когда она прорывалась из окружения под Херсоном). А окружение такой большой группировки (которой, в отличие от группировки в Мариуполе, нельзя будет пожертвовать без риска кардинально ослабить армию) заставит украинское руководство пойти на уступки.

Но в любом случае все эти попытки заморозить военные действия в одном месте с тем, чтобы нанести решающий удар в другом, имеют смысл только в том случае, если этот решающий удар будет эффективным. Однако российские войска (равно как и украинские) не показали способности преодолевать оборону, построенную на сосредоточенном огне артиллерии, который наводится и корректируется с беспилотников.

Так, российские войска, наступавшие из района Изюма и Балаклеи в тыл крупной украинской группировки в Славянске и Краматорске (там находится штаб всех войск в Донбассе), были остановлены огнем артиллерии и контратаками в районе Гусаровки и понесли большие потери. В целом бои южнее Изюма идут уже больше недели, но продвижение российских войск не превысило 10 километров. Столь же скромные успехи у сил самопровозглашенной ДНР и российских войск, которые пытаются взломать оборону украинских бригад, которую те оборудовали с 2015 года.

Между тем для того, чтобы перерезать пути снабжения украинских войск в Донбассе, российским войскам нужно преодолеть около 200 километров, притом что ВСУ наверняка будут атаковать фланги наступающей группировки как со стороны Днепра и Запорожья, так и со стороны Донбасса.