Конфликты со временем. Наталья Геворкян – о Макроне и Ле Пен

"Но она всё же про людей думает. Она все время говорила: "Я разговариваю с людьми". А он так на неё смотрел, свысока..." – "Ну да, только она не про всех людей. Вот ты ей точно не понравишься" (тот, который "точно не понравится", – явно "не местный", с документами или без). Мужчина переводит взгляд на меня, видя, что я прислушиваюсь. Я говорю, что не голосую. Он: "Тогда вы ей тоже не понравитесь". – "Это у нас взаимно".

Такой обмен репликами сегодня утром в булочной довольно точно отражает распределение ролей в теледебатах Эммануэль Макрон – Марин Ле Пен накануне второго тура выборов. Мадам Ле Пен играла роль добросердечной мамаши, заботящейся о благополучии французов (главным образом, настоящих, а не всяких пришлых). Макрон оставался самим собой – технократом, не демонстрирующим эмоций открыто. Судя по первым после дебатов опросам, симпатии большинства аудитории на его стороне. 53% сочли, что Макрон в большей степени обладает качествами, необходимыми для президента, чем Ле Пен. 19% еще не решили, кто им милее. В 2017 году победа Макрона в дебатах была столь очевидной, что даже не требовала социологии. Сейчас всё же хотелось посмотреть цифры. Несмотря на то что французы сочли действующего президента более энергичным, искренним, способным объединить французов, тем не менее половина зрителей считают его высокомерным, а также более далеким от избирателей, чем Ле Пен.

Стартовые позиции Макрона и Ле Пен в 2017 году были одинаковыми: никто из них не пришел на те дебаты в статусе президента. Оба были равно свободны в своих суждениях, критике, обещаниях, поведении, эмоциях. Сейчас Ле Пен осталась в той же позиции, с той же лёгкостью могла позволить себе популизм и любые обещания, что вовсе не означает, что все её замечания или критика в ходе дебатов были бессмысленными или неверными. А Макрон в его статусе вынужден был учитывать такую скучную материю, как бюджет, например, или то, что президент не имеет права давать пустых обещаний.

Перспектива получить в президентском кресле Франции человека, который должен Путину миллионы, мне лично представляется весьма скверной, как и Макрону

Некоторые французские наблюдатели грустно шутили, что Макрон въедет во второй срок на русских танках, что агрессия России против Украины электорально работает на него. Возможно. Единство Европы, санкции, помощь украинским беженцам – это всё учитывается. Хотя в то же время частые разговоры Макрона с Владимиром Путиным стали предметом шуток и мемов и во Франции. Марин Ле Пен похвалила соперника за желание поддерживать диалог с Москвой, тем самым перехватив частично "украинскую" повестку. И Украина не стала нервом этих дебатов, как и отношения самой Ле Пен с Путиным, "Крым наш" в её исполнении и полученный её партией от Кремля и всё еще не закрытый полностью кредит в 9 миллионов евро. Макрон совершенно справедливо напомнил об этом. И в общем, должна признаться, что перспектива получить в президентском кресле Франции человека, который должен Путину миллионы, мне лично представляется весьма скверной, как и Макрону. Но не уверена, что французских избирателей так уж волнуют отношения Ле Пен с Путиным. Скорее всего, их этот вопрос беспокоит значительно меньше, чем инфляция, рост цен на энергоносители, безработица, налоги, образование и весь остальной набор внутренних проблем.

Всё время приходится себе напоминать, что внешний наблюдатель и француз воспринимают эту предвыборную дуэль по-разному. Для меня Марин Ле Пен – это смесь Жириновского с Путиным. Как и Путин, Марин Ле Пен из прошлого времени с её недоверием или непониманием роли высоких технологий, возобновляемых источников энергии, глобального мира – всего, что с прицелом на будущее. Она несколько раз ностальгически апеллировала к Шарлю Де Голлю и его методам управления страной.

Макрон, действительно, технократ, он почти не демонстрирует открыто эмпатии, он рационален, а не эмоционален, он, наверное, не очень умело общается с людьми. Но он, в моем представлении, про будущее. Волнует ли это французских избирателей, чувствуют ли они этот весьма существенный диссонанс между двумя кандидатами, этот конфликт между человеком и временем, который так дорого сейчас обходится России? Готовы ли они рискнуть будущим с человеком из прошлого? Я не берусь прогнозировать.

Ещё и потому, что никогда не могла себе представить, что почти 55 процентов французов могут проголосовать не просто за оппозицию, а за яростных левых и правых радикалов, оставив вообще без внимания классическую оппозицию (социалистов и республиканцев), партии которых набрали в первом туре ничтожный процент. Выбор есть выбор, это демократическая страна. И ещё одно доказательство того, что война, развязанная Россией в Украине, не стала фактором, влияющим на выбор французских избирателей. Как верно заметила французский политолог Мари Мендрас, "шокирует то, что порядка 22 миллионов французов не просто проголосовали за тех, кто давно аплодирует Путину, но сделали это в разгар войны и террора в Украине".

Результаты второго тура на этот раз менее предсказуемы, чем в 2017 году. Можно лишь более или менее уверенно сказать, что разрыв между победителем и побеждённым не будет столь значительным, как на прошлых выборах, когда Макрон набрал в два раза больше голосов, чем Ле Пен. Я знаю французов, которые не хотят голосовать за Макрона, потому что считают, что при первом же серьезном испытании, которое выпало на его президентство, – пандемии ковида – он пожертвовал демократическими свободами граждан и нарушил Конституцию, а также не выполнил некоторые существенные обещания, за которые они голосовали в 2017 году. А голосовали они, например, за конституционную реформу. При этом со многим в программе Макрона избиратели согласны и вполне признают, что экономический рост 7% в 2021 году – это хорошо. Они также не готовы голосовать за Ле Пен, потому что не согласны с ее взглядами, хотя с чем-то, что она говорит, согласны. Такие французы не будут голосовать вовсе.

Те из них, кого я знаю лично, никогда не были в числе электората Ле Пен. А пять лет назад дружно пошли голосовать за Макрона, лишь бы не Ле Пен. Теперь такого "дружно" я не ожидаю. Социология говорит, что и значительная часть молодого электората воздержится от голосования. Частично это был электорат выбывшего из президентской гонки левого политика Жана-Люка Меланшона, частично это политически активная молодежь, участвовавшая в манифестациях и недовольная жесткими мерами полиции при Макроне.

По последним опросам, 28% избирателей не намерены голосовать во втором туре. Если Макрон второй раз получит так называемый "негативный мандат", то есть мандат, основанный на голосовании не за него, а против крайне правого кандидата, то он выиграет, но де-факто такая победа ослабит его позицию и осложнит управление страной. Потому что многие из тех, кто за него в такой ситуации всё же голосуют, уходят с участков с ощущением, что им выкрутили руки. И вполне возможно, говорят себе: "Это в последний раз". Макрон обещал вернуться к конституционной реформе. Не знаю, как далеко он готов пойти, но для меня кризис президентской республики как модели для Франции очевиден.

Наталья Геворкян – журналист

Высказанные в рубрике "Право автора" мнения могут не отражать точку зрения редакции