Оригинал материала
Петербург пускают в расход
«Спецоперация» разрушает российское общество и позволяет сносить исторические здания
Петербург захлестнула волна незаконных сносов исторических зданий: за последние два месяца разрушены пять. В том числе два здания пушкинской эпохи, остальные — середины позапрошлого века.
Их сносят ради простой и очевидной цели: расчистки места под новое строительство.
То, что построено до 1917 года, сносить запрещено. Поэтому здания объявляют «неисторическими», подделывая даты постройки.
И вот уже Манеж лейб-гвардии Финляндского полка, построенный в 1854 году, в ловких руках чиновников и застройщиков превращается в здание 1938 года постройки.
На вопрос о том, какие полки лейб-гвардии могли быть в Ленинграде в 1938 год, Смольный не отвечает.
Госстройнадзор, главы районов, вице-губернаторы или заявляют о законности сноса, или сетуют на «отсутствие должных полномочий», или просто не реагируют на происходящее. Широко закрытыми глазами на это смотрит прокуратура. А губернатор Александр Беглов — судя по новостной ленте на сайте Смольного, — в принципе не замечает таких мелочей. Зато он чрезвычайно озабочен актуальностью военно-патриотического воспитания в «нынешних условиях».
Решения Фемиды тоже ничего не гарантируют: даже после судебного запрета на снос одного из исторических зданий (на Петроградской стороне), вандалы продолжали его крушить, наплевав на суд. А их охрана вступила в драку с приехавшими судебными приставами (!), не пуская их на площадку.
И ничего охране за это не было. И даже вызов Росгвардии не помог. Нельзя не сделать вывод о том, что показательное бессилие «силовиков» — признак полной недееспособности власти. Причем, избирательной недееспособности (то ли дело, когда к Гостиному Двору выходит девушка с антивоенным плакатом — тут сразу находятся и силы, и полномочия, а главное — желание и задор).
И результате те, кто сносит исторические здания, полностью уверены в своей безнаказанности. И лишь небольшая группа градозащитников пытается защитить исторический Петербург, наблюдая, как с каждым днем появляются все новые и новые «горячие точки».
***
Теперь к главной теме: почему это происходит именно сейчас?
Да потому, что «спецоперация все спишет».
Потому, что внимание подавляющего большинства граждан отвлечено тем, что происходит в Украине, и подавлено ужасом от наблюдаемого.
Потому, что часть тех, кто обычно активно сопротивляется, либо уехала, либо под арестом.
Потому что запрещены митинги и пикеты и невозможно провести никакую протестную акцию — а можно только ура-патриотические. Правда, не припомнить записных патриотов на защите исторических зданий. Как не припомнить депутатов-единороссов и их союзников.
И потому что именно в этих условиях чрезвычайно удобно, как говорили древние китайцы, «грабить во время пожара». Полагая, что такое наступило время, что все дозволено и никто не помешает.
Время и вправду наступило специфическое.
То, что раньше почиталось неприличным — одобрять насилие, радоваться чужому горю, доносить, — превратилось в тренд.
В советские годы считаться стукачом было стыдно. За это можно было получить по морде, или как минимум — быть изгнанным из компании.
А теперь очень многим стало не стыдно.
Напротив, все больше тех, кто готов громко демонстрировать свои «патриотические чувства», закладывая «национал-предателей».
Художницу Сашу Скочиленко отправили на полтора месяца в СИЗО за то, что она развесила самодельные антивоенные ценники в магазине.
На нее тут же донесла бдительная старушка, Сашу вычислили по камерам и арестовали по уголовной статье о «фейках о действиях российской армии».
В другом магазине другая бдительная старушка подозвала охранника и настучала на покупательницу, на рюкзаке которой она усмотрела «фашистский символ» — желтую и голубую нитки.
Примеры множатся: то студенты пишут донос на профессора за антивоенные заявления, то школьники стучат на «неблагонадежных» учителей, то депутаты от КПРФ пишут публичные доносы на парламентариев от «Яблока», посмевших сомневаться в «спецоперации».
Ну, а питерская «Единая Россия» запускает чат-бот в телеграме для удобного формирования доносов на «фейковые сообщения».
Чуть перефразируя Галича — «вот как просто попасть в стукачи».
Что дальше — чат-бот, который будет сам читать чужие сети и сам писать доносы?
На эти доносы отреагируют — вне всякого сомнения.
Зато людоедские записи одиозного питерского профессора, сообщающего, что «купит печень либерала», остаются без малейшего внимания. И те, кто травил Владимира Кара-Мурзу, никак не станут фигурантами уголовного дела — вместо этого дело возбуждают против него самого, якобы за «фейки о российской армии», и стремительно отправляют в СИЗО, успев по дороге объявить его «иностранным агентом».
И те, кто грозил «отрезать головы» оппонентам, прекрасно себя чувствуют — думская комиссия по этике никак не найдет время собраться, чтобы обсудить тему (не говоря уже о Следственном комитете)…
Тем временем, растет интенсивность «промывки мозгов» — и вот уже четвероклассникам показывают в Петербурге (причем, в школе, где я сам учился первые шесть лет) отвратительную и ксенофобскую программу «Бесогон», разжигающую вражду и ненависть к Украине и украинцам.
Часть детей (в том числе, те, у кого в Украине погибла бабушка или брат пошел в армию) бьется в истерике от показа того, что детям вообще нельзя видеть: они еще не умеют отличать правду от лжи и приучены безоглядно доверять взрослым, совершенно недопустимо им показывать такое — это значит, искалечить их психику и наносить серьезные травмы.
Я направляю жалобы в администрацию города и детскому омбудсмену, перечисляя многочисленные нарушения закона — и тут же узнаю, что, оказывается, директор школы получила благодарность от родителей за патриотическое воспитание.
***
И почти одновременно с этим телевизионный канал «Санкт-Петербург», принадлежащий городской администрации и существующий на бюджетные деньги, вырезает из ранее записанного эфира программы «Партбюро» часть выступления члена бюро партии «Яблоко» Анатолия Голова, в которой он заявил, что для преодоления экономического кризиса нужно бороться с его причинами, а не со следствиями, и сказал, что «Яблоко» выступает за заключение соглашения о прекращении огня и мирные переговоры с Украиной.
Программа «Партбюро» организована в соответствии с законом, по которому городское телевидение обязано давать слово представителям всех партий, представленных в Законодательном Собрании, на равных условиях и без какой-либо цензуры. Показ программы финансируется за счет отдельной строки бюджета Петербурга. Раньше программа шла в прямом эфире, в последние годы — в записи.
Случаев, когда что-то сказанное представителем какой-либо партии «вырезали» из эфира, ранее не было.
Наконец, еще одна примечательная питерская деталь: вместо выставки «Геноциду — нет!», посвященной памяти жертв геноцида армян, была устроена выставка «НАТО и лидер альянса. Хроника жестокости». Конечно, жестокость НАТО — куда более политически правильная тема.
Перечень чудовищных по абсурдности и недавно еще немыслимых событий ширится ежедневно — почти не встречая сопротивления.
А параллельно с этим продолжает строчить бешеный думский принтер — вот-вот из-под него выйдут новые законы об «иностранных агентах», которым хотят еще и запретить преподавать несовершеннолетним.
Образование окончательно становится идеологической сферой, перестраиваясь на военный лад.
***
Не в феврале 2022-го началась эта милитаристская перестройка, а гораздо раньше.
Сперва подлинную, живую, трагическую память о Великой Отечественной превратили в гражданскую религию — со всеми ее признаками.
С неприкосновенными (но оперативно приспосабливающимися под текущие нужды власти) канонами, в которых запрещено сомневаться под угрозой обвинений в «фальсификации истории».
С заменой честного разговора о великой войне ура-патриотическими штампами и лубочными «реконструкциями».
С вычеркиванием «неудобных» эпизодов и лакировкой «удобных».
Со своими священниками и своими обрядами.
А затем под крики «можем повторить!» на телевизионных часах ненависти стали приучать общество, прожившее многие десятилетия под лозунгом «только бы не было войны», к прямо противоположному.
Завершающим аккордом этой «военной подготовки» стало голосование на думских выборах в 2021 году.
Прошедшее через два месяца после печально известной статьи Владимира Путина от 12 июля, где Украине прямо отказывалось в суверенитете и практически открытым текстом анонсировалось то, что в реальности произошло в феврале 2022-го.
Все было предельно откровенно сказано еще тогда — но немногие захотели это услышать.
После этого голосование на выборах превратилось в референдум об одобрении путинских тезисов — и все думские партии в этом вопросе слились в один общий милитаристский хор.
Антивоенную позицию на этих выборах заняло только «Яблоко», — но эта позиция оказалась не услышанной.
Перекрытой шумным обсуждением того, как, «умно» поддержав коммунистов или «эсеров», можно якобы насолить единороссам.
20 сентября 2021 года мы увидели результат этого референдума.
А затем увидели ровно то, что не раз было предсказано автором в «Новой газете»: как слились с единороссами в нерушимый блок по ключевым вопросам все прошедшие в Думу партии, включая партию жидкого мыла. Как они поддержали репрессивные законы, признание ЛДНР и «спецоперацию».
Да, присутствие «Яблока» не предотвратило бы это развитие событий.
Но совершенно точно в Думе было бы кому сказать «нет!» при голосовании. А сейчас — некому.
— Какова Ваша ответственность за происходящее?, — спросит 19 марта 2022 года Алексей Венедиктов у Григория Явлинского.
— Большая, — ответит Явлинский.
— В чем?
— Я не смог убедить. Я не смог...
— Кого?
— Вас, Алексей Алексеевич.