"А там ведь убить могут!" Будет ли в России мобилизация?

Внимание всего мира приковано к боевым действиям на юго-востоке Украины, где российская армия ведет так называемую "битву за Донбасс". Ожидается, что это будет решающее сражение, которое окажет влияние на исход всей войны с Украиной. Но достаточно ли у России сил для победы и можно ли без мобилизации восполнить потери в живой силе? Пока решить эту проблему пытаются за счет добровольцев, обещая им на руки за первый месяц войны зарплату в 300 тысяч рублей. Проще всего уехать на украинский фронт из Чечни, выяснил корреспондент Север.Реалии, где ему посоветовали поторопиться, пока война не кончилась.

Если судить по законодательству, то Россия – очень миролюбивая страна. Состояние войны у нас может быть объявлено "в случае вооруженного нападения на Российскую Федерацию другого государства или группы государств, а также в случае необходимости выполнения международных договоров Российской Федерации", гласит федеральный закон "Об обороне". Объявление войны в случае нападения на другое государство просто не предусматривается. Более того, есть статья Уголовного кодекса, которая наказывает за "планирование, подготовку или развязывание агрессивной войны" лишением свободы на срок от семи до пятнадцати лет, а за "ведение агрессивной войны" – на срок от десяти до двадцати лет.

Поэтому официально в России – не военное время. А значит, и нет оснований объявить мобилизацию, то есть переводить экономику страны, транспортную систему и все органы управления в режим работы "в условиях военного времени", а военнообязанных призывать на службу в армию.

"Первый месяц 300 тысяч на руки"

Пока что пополнить свои ряды армия пытается за счет добровольцев. На сайтах поиска работы размещены тысячи вакансий для военнослужащих – как с упоминанием конкретных специальностей (стрелок, наводчик, механик-водитель и т. д.), так и широкого профиля ("военнослужащий по контракту"). К примеру, работодатель "Пункт отбора на военную службу по контракту" на портале superjob.ru предлагает 21 575 вакансий по всем регионам России.

Проводят набор добровольцев и российские военкоматы, причем людей ищут именно для участия в войне на территории Украины. Эту информацию Север.Реалии подтвердили в нескольких призывных пунктах в разных регионах страны.

Чтобы стать добровольцем, надо прийти в районный комиссариат своего города. Для оформления просят принести паспорт, военный билет, СНИЛС и водительские права (если есть). Берут только с опытом прохождения срочной службы и без судимостей. Возрастные ограничения – до 50 лет.

В районных комиссариатах Петербурга корреспонденту Север.Реалии по телефону не стали раскрывать подробностей оформления добровольцев, предложив прийти лично и узнать все детали на месте.

В городском комиссариате Петрозаводска корреспонденту также предложили "принимать решение на месте", заверив, что основное – это опыт службы в армии, звание не имеет значение. "Самое главное, что вы в армии были, автомат в руках держали", – сказали в комиссариате.

Глава Чечни Рамзан Кадыров в своём телеграм-канале 23 апреля написал, что из республики проводили "очередной отряд добровольцев для участия в спецоперации на Украине". Отмечалось, что желающие отправиться на войну прошли полный курс подготовки в Российском университете спецназа в Гудермесе, азам военного искусства их обучали профессиональные инструкторы.

"Сотни настоящих патриотов со всей страны в ближайшее время прибудут в зону дислокации и вступят в схватку с бандеровской и националистической нечистью", – написал Кадыров.

В военном комиссариате Грозного корреспонденту Север.Реалии подтвердили, что в Чеченскую республику может приехать доброволец из любого региона, обучение и экипировку гарантируют.

– Приезжаете сюда, подготовка, по-моему, неделя, форму получаете. Первый месяц 300 тысяч на руки, со второго, если желание будет остаться, – по 200 тысяч, – рассказали в комиссариате.

Также в призывном пункте добавили, что есть возможность подписать контакт с Минобороны РФ, в том числе и краткосрочный, от трех месяцев. В какую часть фронта отправляют добровольцев, в грозненском комиссариате не знают.

При этом в военкомате отметили, что набор добровольцев могут в дальнейшем отменить.

– В любой момент могут сказать, что больше не надо. В данный момент пока набираем, но мало ли что – вдруг война закончится, дай бог, чтобы она закончилась, и добровольцы больше не понадобятся, – сказали в комиссариате и посоветовали поторопиться с приездом.

Как правило, контракт на военную службу в Вооруженных силах России заключается на срок от двух до пяти лет. Однако закон предусматривает краткосрочный контракт в "исключительных случаях". А именно: "в период чрезвычайных обстоятельств (ликвидация последствий стихийных бедствий, выполнение мероприятий чрезвычайного положения, восстановление конституционного порядка и иные чрезвычайные ситуации), либо для участия в деятельности по поддержанию или восстановлению международного мира и безопасности, либо пресечению международной террористической деятельности за пределами территории Российской Федерации".

"От 60 до 70 тысяч безвозвратных потерь"

Военный аналитик, профессор Пражского муниципального университета на пенсии Юрий Федоров сомневается, что у Вооруженных сил России сегодня достаточно средств для того, чтобы завершить т. н. "специальную военную операцию" скорой победой.

– В войне в Украине российская армия, если верить тем цифрам, которые сообщает генштаб ВСУ, потеряла на сегодняшний день 22 тысячи убитыми. Цифры эти более или менее правдоподобны, с моей точки зрения, потому что они соответствуют потерям вооружений, военной техники, и динамика этих потерь – если мы построим график и посмотрим, как они росли – примерно соответствует интенсивности боевых действий, – говорит Федоров. – Конечно, эта цифра, 22 тысяч убитых, ориентировочная, потому что подсчитать количество потерь противника – задача в военном смысле технически очень сложная.

На каждого убитого приходится, по статистике, которая почти во всех войнах работает, двое-трое тяжелораненых, которые больше не могут принимать участие в боевых действиях. Тогда получаются потери от 60 до 70 тысяч человек. Эти цифры примерно соответствуют тем утечкам, которые время от времени попадают в российскую прессу, в телеграм-каналы. Недавно телеграм-канал Readovka, близкий к Министерству обороны, случайно опубликовал на очень короткое время якобы сведения из закрытого брифинга Минобороны, что потери убитыми составляют около 13 тысяч, плюс семь тысяч пропавших без вести. Считайте, что это тоже убитые, потому что это те погибшие, тела которых были оставлены российской армией на поле боя. Значит, есть от 60 до 70 тысяч безвозвратных потерь. Их нужно кем-то заполнять, а заполнять пока некем. В призыв, который начался с 1 апреля и должен кончиться 15 июня, должны быть призваны 135 тысяч новобранцев, и соответственно 135 тысяч срочников уволены в запас. Кого-то из этих срочников постараются задержать путём перевода в контрактники. Трудно сказать, насколько это будет успешно.

Есть программа под названием "БАРС" – это "Боевой армейский резерв страны". Это программа подготовки резервистов. Резервистам платят небольшую зарплату, и они обязаны некоторое количество времени проводить на боевой подготовке. И в случае войны их могут призвать в армию. Но сейчас не война, а "специальная военная операция", юридический статус которой абсолютно непонятен. Значит, призвать в армию людей и, в том числе, заставить контрактников идти в бой, отправиться в Украину, невозможно юридически, они могут отказаться. В случае войны за отказ от участия в боевых действиях полагается трибунал со всеми вытекающими последствиями. Сейчас "войны" нет – в этом специфика нынешней ситуации.

Заполнить брешь в несколько десятков тысяч человек можно, только призывая военнообязанных первой категории: это рядовые, сержанты, ефрейторы, прапорщики в возрасте до 35 лет. Но для того, чтобы их призвать, необходимо объявить военное положение. Это должен сделать президент с согласия Федерального Собрания. Вместо специальной военной операции нужно объявлять войну со всеми вытекающими последствиями, юридическими и политическими. Нужно расписаться в том, что специальная военная операция провалилась и идёт война.

А какова будет реакция тех, кого призывают? Этого никто не знает. Потому что одно дело – сидеть на диване и смотреть по телевизору, как идёт война, другое дело – самому идти воевать, а там ведь убить могут! Кроме того, это люди уже взрослые, у них есть семьи, у них есть жизненные планы, они как-то устроены в жизни, а тут их срывают с этой жизни и отправляют на фронт. Их реакция непредсказуема. Некоторые лихие журналисты пишут, что они могут повернуть оружие против власти. Я в этом сильно сомневаюсь, но воевать они точно будут спустя рукава.

Есть сведения, что на войне в Украине солдаты и младшие командиры не горят желанием во что бы то ни стало идти в бой с песнями и барабанным боем. Потому что убивают. Первые две недели войны, пока было успешное наступление российских войск (и при этом войска несли очень большие потери, чуть не по тысяче человек в день), был драйв. Войска были готовы сражаться. Когда армия ведет наступление, это всегда поднимает боевой дух. А сейчас война с непонятным исходом, она разбилась на какие-то отдельные боестолкновения. Часто, как говорят, российская рота входит в деревню, сталкивается с сопротивлением, и командир докладывает начальству, что вот мы дальше продвигаться не можем, давайте искать другой вариант. И командиры бригад тоже не горят желанием, потому что они понимают, что, пока нет мобилизации, личного состава не хватает и может не хватить, если вдруг украинцы перейдут в контрнаступление. Тогда воевать будет некому.

– При том количестве войск, которые сейчас есть в наличии у российской армии, она может решить поставленные перед ней боевые задачи?

– Опять вопрос на засыпку. Смотрите, воюют на земле военнослужащие сухопутных войск и воздушно-десантных войск. Их насчитывалось перед 24 февраля в совокупности примерно 320 тысяч человек. Из них значительную часть, примерно две трети, выделили для войны против Украины. Это около 190–200 тысяч, называли такие цифры. Это соответствует количеству батальонных тактических групп (порядка 120), которые были сконцентрированы. Плюс к этим батальонным тактическим группам нужно добавить примерно столько же, около 100 тысяч человек, сил поддержки и тылового обеспечения – это связь, разведка, радиоразведка, бригады управления и так далее, вплоть до похоронных команд и медицинских войск.

Остается где-то 100–120 тысяч человек в сухопутных войсках и ВДВ. Из них значительная часть должна быть оставлена в Западном военном округе, который противостоит НАТО по всем планам российского Генштаба. Конечно, какие-то части перебрасывались оттуда в Украину, но более или менее боеспособных, то есть полностью укомплектованных личным составом частей и подразделений там осталось ровно столько, сколько требуется, по расчётам Генштаба, для противостояния НАТО. Для того, чтобы пополнить потери, на протяжении всего прошлого месяца перебрасывались войска из Восточного военного округа, потому что войны с Китаем не будет. Можно было брать всё, что можно, и из Южного военного округа – в Абхазии, в Южной Осетии. Сейчас, по информации Генштаба Украины, для войны с Украиной выделено 85 батальонных тактических групп. Это примерно 70 тысяч человек. И примерно столько же войск обеспечения и поддержки.

Сколько боеспособных войск у Украины, мы не знаем, об этом не говорят ни в России, ни в Украине, но Христо Грозев (журналист, расследователь. – СР) называет цифру примерно 100 тысяч, будем на нее ориентироваться. Примерно сто тысяч высокомотивированных солдат и офицеров, которые ждут не дождутся оружия, поступающего из Соединённых Штатов, Великобритании, Польши. При таком соотношении сил рассчитывать на решающую победу над Украиной Россия не может. Возможны частичные успехи в Донбассе в результате окружения тех или иных группировок ВСУ, там вроде бы намечается несколько небольших "клещей" – охватов, окружений – вдоль бывшей линии соприкосновения ВСУ и "народных республик". Есть смутная информация о том, что украинцы пытаются вывести часть этих войск из Донбасса, а там была лучшая часть украинской армии, с тем чтобы они не попали в окружение – чтобы сберечь живую силу.

Следующий фактор, который нужно иметь в виду: обороняющаяся сторона всегда несёт меньшие потери, чем наступающая. Для успешного наступления нужно иметь превосходство в два с лишним раза, это из учебников военного дела, этому на первом курсе военных училищ учат курсантов. Если говорить о Донбассе, то физико-географические условия там такие: либо это лесная территория, по которой можно передвигаться по лесным дорогам, и соответственно, колонны войск весьма уязвимы для ударов сбоку, либо это городская застройка – треугольник Рубежное – Северодонецк – Лисичанск. А в городской застройке наступающим частям воевать очень сложно. Это как ситуация в Мариуполе, где сейчас около тысячи бойцов украинских вооружённых сил, а с российской стороны, по некоторым подсчётам, чуть ли не пять батальонных тактических групп, это существенно больше – порядка четырех тысяч. И взять "Азовсталь" не могут. Если говорить о юге – Херсонская область, Запорожье – там примерный паритет в силах. Там пытаются наступать и те, и другие, но в основном они сковывают войска противника, чтобы другая сторона не перебросила их в Донбасс. Так что, если брать соотношение сил по личному составу, то не похоже, чтобы Россия одержала бы ту самую решающую победу на Донбассе.

– А что могут означать многочисленные объявления, которые появились на порталах Superjob, HH.ru – о найме на работу военнослужащих?

– Это как раз и означает, что идёт вербовка добровольцев. Но видите, тут ведь тоже есть проблема: среди тех, кто откликнется, нужно отбирать тех, кого не нужно учить несколько месяцев. Должны приходить уже готовые специалисты – механик, водитель танка, наводчик артиллерийского орудия, люди, которые понимают, что такое армия, как себя вести, умеют что-то делать. Новобранцев по всем нормативам нужно учить полгода на курсе молодого бойца, потом учить каким-то военным профессиям. Значит, нужно брать людей, недавно служивших в армии, имеющих необходимые военные специальности. Но вопрос ведь в том, кто захочет пойти на фронт. Пока нет уверенности, что через объявления можно набрать то самое количество людей, необходимое для пополнения потерь.

– Чисто физически в России есть необходимое количество резервистов и потенциальных добровольцев?

– Эти цифры я не видел, и я думаю, что это военная тайна, но, конечно, физически эти люди существуют. Скажем, в армию призывают ежегодно порядка 250–300 тысяч человек. Потом кто-то пошёл на контракт, остальные демобилизовались, но считайте: за десять лет можно так набрать три миллиона военнообязанных. То есть люди в наличии есть, захотят ли они призываться – другой вопрос.