Больше, чем в Афгане. Почему Дагестан лидирует по потерям в Украине?

Судя по доступной СМИ статистике, Дагестан сохраняет лидерство по количеству убитых в ходе боевых действий в Украине военных. Достоверность и полноту этих данных проверить невозможно: журналистам приходится высчитывать статистику самостоятельно по соболезнованиям чиновников семьям убитых контрактников.

20 апреля стало известно, что российское военное ведомство решило засекретить данные о родственниках военных, погибших в Украине.

Тем не менее Кавказ.Реалии мониторит их, а также получает информацию из собственных источников: ранее таким образом удалось выяснить, что число погибших военных из Чечни по состоянию на 13 апреля составляет не менее 60 человек, из Дагестана по состоянию на 15 марта – 130 человек.

Согласно исследованию "Медиазоны", на 22 апреля было известно минимум о 125 погибших из Дагестана – это первое место в стране по потерям в абсолютном значении и второе при расчете к числу жителей. На втором месте Бурятия (85 официально погибших), далее идут Оренбургская (61) и Челябинская (52) области, Северная Осетия (49), Краснодарский (47) и Ставропольский (46 сообщений) края. Меньше всего сообщений о погибших в южных регионах поступало из Адыгеи (2) и Чечни (3). Всего же за два месяца войны региональные СМИ сообщили о похоронах 1744 военных.

Эти цифры основаны на сообщениях местных властей и СМИ. Поэтому если, например, руководство Чечни распорядилось не афишировать эту информацию и не выражать публично соболезнования семьям погибших, журналисты об этом не узнают.

На сегодняшний день Кавказ.Реалии известны имена 123 погибших из Дагестана, и этот список пополняется ежедневно.

Попасть в контрактники – удача

Председатель "Комитета солдатских матерей" Светлана Голуб в беседе с Кавказ.Реалии перечислила несколько факторов, по которым Дагестан оказался в лидерах по числу погибших. Прежде всего это социально-экономическое положение как в республике, так и в целом на Северном Кавказе.

"Чтобы не потеряться в этой жизни, они остаются в армии от безысходности и отсутствия работы в родном селе. На самом деле в первые годы контрактники получают совсем не великие деньги, но на службе у них есть хоть какая-то перспектива", – говорит правозащитница.

Ребята остаются в армии от безысходности и отсутствия работы в родном селе

При этом, отмечает Голуб, определенную роль могут сыграть и другие факторы. Например, известны имена лишь тех, кого сослуживцы смогли вынести с поля боя и передать семьям. Может быть, в силу традиций землячества дагестанцы щепетильнее относятся к погибшим товарищам, и, пусть и с риском для себя, стараются забрать всех. Наконец, в целом "ребята с Кавказа мужественно и бесстрашно принимают бой, многие принципиально не сдаются в плен", что также ставит их под удар.

В 2016 году издание "Это Кавказ" провело опрос фокус-групп, узнав причины, по которым уроженцы республик СКФО стремятся к армейской службе. Помимо традиций и соблюдения закона юноши отметили бегство от неустроенности – возможность остаться на службе в качестве контрактника. Кроме того, военный билет часто требуют при трудоустройстве в администрацию или силовые структуры. Это одни из самых престижных вакансий из-за высокой зарплаты и полного обеспечения.

"Некоторые пытаются найти взаимосвязь социально-экономической ситуации в регионе с количеством погибших, якобы уровень безработицы и отсутствие рабочих мест и толкают молодёжь к службе по контракту", – рассуждает председатель республиканского отделения партии "Яблоко" в Дагестане Альберт Эседов.

Однако если говорить о безработице, то в Ингушетии она вдвое больше, чем в Дагестане. Близки к Дагестану ее официальные показатели в Северной Осетии, Карачаево-Черкесии, Чечне, указывает собеседник Кавказ.Реалии. Если апеллировать к соотношению численности населения, то потери среди военных из Бурятии окажутся больше, чем среди контрактников из Дагестана.

"Что же касается отношения к военной службе, оно в Дагестане особенное. Долгое время сильно были уменьшены квоты по призыву дагестанцев, даже Путину по этому поводу жаловались – если в других регионах люди готовы дать взятку, чтобы в армию не пойти, тут, наоборот, готовы платить, чтобы призвали", – напомнил Эседов. Попасть в контрактники для региона, где средняя зарплата значительно ниже зарплаты военного, это, конечно же, удача, подытожил спикер.

Такой разный Кавказ

Растущее число "грузов 200" из Украины в Дагестан можно объяснить и большим процентным соотношением дагестанцев, участвующих в конфликте. Отсутствие социальных лифтов, коррупция во всех сферах, отсутствие места на социальной, политической, экономической карте Дагестана, безработица, полное разочарование и отчаяние толкают молодых людей на такой шаг, говорит Кавказ.Реалии живущий в Москве дагестанский публицист Абдурашид Саидов.

Никто не предполагал, что их роль на войне ограничена пушечным мясом

"При этом вряд ли добровольцы и контрактники хотя бы приблизительно знают о ситуации в армии и силовых структурах – ведь и они покрыты ржавчиной коррупции. Там, где коррупция, трудно найти защиту своих прав, там нет гарантий безопасности даже в мирной жизни, – констатирует собеседник. – А тут не колоски собирать на колхозном поле и не прививочная кампания".

Саидов уверен, что большинство, скорее всего, представляли себе иную картину войны и свою роль в ней, и тем более никто не предполагал, что она ограничена пушечным мясом.

"Всего за два месяца проведения "спецоперации" в Дагестан доставлено, как подсчитали СМИ, не менее 125 "грузов 200". Сколько осталось на поле боя? Сколько убитых среди тех, чья личность не установлена? Тут уместно сравнение – за почти десять лет в Афганистане погибло 122 дагестанца. Все они пофамильно и с указанием национальности фигурируют в официальной статистике. Примечательно, что среди 122 дагестанцев числятся и два украинца. Два дагестанца украинской национальности. Были вместе. Служили вместе. Воевали вместе. Как дети одной семьи", – сопоставляет Абдурашид Саидов.

Еще один собеседник Кавказ.Реалии из Дагестана, попросивший не указывать имени, обратил внимание: в других регионах могут специально не афишировать информацию о погибших, в республике же это скрыть невозможно из-за тесных родственных связей.

Главы районов соболезнуют публично, чтобы подчеркнуть свой вклад в выполнение поставленной Верховным главнокомандующим задачи

"Возможно также, что каждый глава района соболезнует публично, чтобы подчеркнуть свой вклад в выполнение поставленной Верховным главнокомандующим задачи", – отмечает он.

Председатель Кабардино-Балкарского регионального правозащитного центра Валерий Хатажухов в беседе с Кавказ.Реалии соглашается, что ситуация на Северном Кавказе далеко не одинаковая: если из Дагестана и Северной Осетии поступает достаточно много сообщений, то в той же Кабардино-Балкарии "мы этого не ощущаем".

"Погибшие, конечно, есть. Но их всего несколько человек. Также мы не слышим призывов к массовому набору местных жителей для участия в боевых действиях, как это было в Северной Осетии", – констатирует Хатажухов.

***

Минобороны России публиковало информацию о потерях дважды: 2 марта сообщалось о гибели 498 человек, 25 марта – 1351 человека. По мнению независимых источников, эти данные сильно занижены. Украинская сторона заявляет, что российская армия потеряла уже почти 20 000 человек.

Кавказ.Реалии в Телеграме Читать Приложение Кавказ.Реалии для вашего смартфона Установить