«Путин не понимал реального положения вещей — и не ожидал такого сопротивления Украины»

Поможет ли российской армии мобилизация? А что с битвой за Донбасс? Отвечает военный аналитик Роб Ли

Российское вторжение в Украину продолжается больше двух месяцев. Все это время военные аналитики имеют возможность практически непрерывно изучать фото и видео боев, спутниковые снимки и другие сообщения о ходе конфликта. Один из самых заметных аналитиков — старший научный сотрудник Института исследований внешней политики Роб Ли — делится своими соображениями о войне в Украине в твиттере на полмиллиона подписчиков. «Медуза» обсудила с ним ход битвы за Донбасс, возможную мобилизацию в России и главные ошибки Владимира Путина.

— Как можно оценить то, что сейчас происходит на войне в Украине?

— Закончилась битва за Киев — это была самая амбициозная и недостижимая цель России. Последние две-три недели [российская армия] сфокусирована на Донбассе и отдельных частях юга Украины. Россия захватывает какие-то территории, но неясно, что будет происходить в дальнейшем. У Украины построена хорошая защита в [восточном] регионе, а Россия уже понесла серьезные потери, что осложняет наступление.

Как будет развиваться ситуация, не до конца понятно, но не думаю, что Россия сохранит значительную часть [оккупированных] территорий. А дальнейший захват может осложниться из-за поставок от НАТО [в Украину]: высокоточное оружие, барражирующие боеприпасы — все они крайне эффективны.

Сейчас любой возможный ход Путина связан с рисками. Например, при решении о мобилизации он несет большие внутриполитические риски. Также непонятно, насколько эффективными будут резервисты и новобранцы.

Но без объявления о мобилизации России будет тяжело продержать войну в текущем состоянии [даже] до осени. Российская армия понесла тяжелые потери и будет продолжать терять войска. Не думаю, что в таких условиях Украина пойдет на какие-либо серьезные компромиссы. Не факт, что она согласится на деэскалацию конфликта даже при попытке деэскалации со стороны России. На мой взгляд, в этом случае Украина, возможно, может отвоевать Донбасс — даже вместе с территориями, которые до 24 февраля были под контролем России.

Так что ни один из этих вариантов развития событий не будет хорошим [для Путина]. Но наиболее вероятная ситуация в ближайшее время — это продолжение примерно того, что происходит сейчас. На протяжении следующего месяца линия фронта не будет значительно сдвигаться, но будет вестись активный артиллерийский огонь.

— Похоже ли все это на то, что Путин решил вести длительную войну на истощение?

— Проблема России в том, что если бы она сосредоточила все свои военные силы и использовала эффект неожиданности во время первых двух недель войны, а также выжала максимум из своего командования, то, вероятно, смогла бы достичь большего успеха. Все это очень сильно ударило бы по армии Украины.

Еще одна проблема в том, что армия РФ уже страдает от сложностей с поставками. И особенно страдают подразделения, совершающие военные маневры: ВДВ, морская пехота, спецназ. Все они уже понесли большие потери.

Если Россия понесет еще больше потерь среди этих подразделений, то возникает вопрос: как Россия будет хотя бы удерживать занятые позиции при наступлении украинских сил? Наиболее вероятный сценарий — постройка оборонительных укреплений с обеих сторон и учащение артиллерийского огня. И, скорее всего, все это станет войной на истощение.

— России удалось решить хотя бы часть проблем в снабжении армии, которые были в начале вторжения?

— Главной проблемой в начале войны стало то, что большинству российских военных частей не сказали заранее, что они отправляются на войну. Решения, принятые в тот момент, не учитывали планирование поставок на столь длительный срок. Поставки частей для техобслуживания, воды, пищи обычно планируются заранее, но времени на планирование, видимо, не дали. Такой ход очень повредил логистике.

Еще один важный аспект заключается в том, что план вторжения включал в себя очень много направлений наступления, для которых тяжело поддерживать логистику одновременно. В каком-то смысле, сместив фокус на Донбасс, России удалось выправить логистику. Возможно, она стала лучше просто за счет уменьшения области военных действий, но все еще может иметь существенные недостатки.

— В сети много информации о плохом снаряжении российской армии — фотографии просроченных сухпайков и так далее. Это так?

— Российские войска не так уж хорошо снаряжены. Например, они до сих пор используют весьма устаревшие танки Т-72. Еще одна из слабостей [российской армии] в том, что у них недостаточно приборов ночного видения, особенно у личного состава. В целом могу предположить, что снаряжение российского солдата сопоставимо со снаряжением украинского.

Еще одна из обсуждаемых проблем в армии РФ — это линии коммуникации. Они не в лучшем состоянии, они не могут эффективно использовать зашифрованные радиопередачи. Кроме того, у России практически нет высокоточного оружия, так что бомбардировки происходят с использованием неуправляемых ракет. Их нужно пускать ближе к цели в сравнении с высокоточным оружием, также их применение осложняет или задерживает проведение военных маневров. Возникают вопросы, насколько современно оснащены войска РФ и насколько сильно оснащение войск НАТО их превосходит.

— Западные чиновники и СМИ говорят, что 9 мая Россия может начать мобилизацию. Может ли это изменить ход конфликта? По вашей оценке, достаточно ли у России ресурсов, чтобы обеспечить всех новобранцев оружием и обмундированием?

— Мобилизация позволит России продолжить войну, но непонятно, поможет ли она в наступательных операциях. Ведь для них требуются обученные военные подразделения. [После мобилизации] станет возможно удерживать захваченные территории, выполнять работу в тылу, но это не позволит выиграть войну.

При этом я уверен, что у России есть необходимое оружие. Но хватит ли хорошего снаряжения, обуви? Кроме того, вопрос не в том, как много у России танков, а как эффективно они могут их использовать. Танки готовы выехать по первому зову? Или для выезда им потребуется несколько недель? Это неясно. Также непонятно, из кого будет состоять командование [мобилизованными].

— Мобилизация уже проводилась в Луганске и Донецке. Можно ли по этому опыту сделать вывод, насколько эффективны могут быть мобилизованные солдаты?

— Среди войск [самопровозглашенной] ДНР есть существенные потери, так как они участвовали в очень напряженных боях за Мариуполь (где войска РФ тоже понесли большие потери). Сейчас актуален вопрос, насколько надежным решением будет положиться на войска ДНР в дальнейшей войне. У них нет такой хорошей подготовки, как у российских подразделений, у них не такое хорошее обмундирование. Их будущая эффективность под вопросом, особенно во время сложных наступательных операций.

[Относительно эффективности возможной мобилизации нужно отметить, что] подразделения РФ не обладают большим количеством легкой пехоты. В российских отрядах наблюдается по два пехотинца на каждое транспортное средство против положенных пяти-шести. Это значит, что когда вы попадаете на территорию города, то возникает нехватка пехоты для движения по улицам, а таким образом проводить операции в городских зонах очень непросто. Именно здесь может пригодиться ополчение — чтобы снабдить армию легкой пехотой.

— То есть пехотинцы наиболее важны во время боев в городах?

— Да, особенно в городах, но не только. Недостаток пехоты увеличивает риски для танков и другой тяжелой техники. При наступлении полезно расположить пехоту перед транспортной единицей, чтобы защищать ее. Иначе транспорт будет очень уязвим для огня «Джавелинов», NLAW, РПГ и других подобных систем.

— Как в целом продвигается операция России по окружению украинских войск в битве за Донбасс?

—Действительно, планом России было окружить силы Украины.Но нужно держать в уме, что эта [восточная] часть Украины хорошо защищена. У Украины было много лет, чтобы расположить траншеи и вырыть бункеры для развития собственных оборонительных позиций. Мы видели, как велся артиллерийский огонь по этим позициям, но пока неясно, какой он произвел эффект.

Сейчас Россия заняла какие-то территории, но это результат тяжелых, затяжных боев, которые многого ей стоят. Мне не ясно, сможет ли Россия выиграть что-то еще в этой войне, но она точно продолжит нести потери. Перевес сейчас на украинской стороне. Даже если Россия сможет удержать эти захваченные территории — это не те территории, которые она изначально планировала захватить. К тому же возникает вопрос, насколько долго России удастся их удержать.

Неизвестно, как будет выглядеть эта война через полгода-год. Непонятно, как Россия будет контролировать Донбасс в долгосрочной перспективе. Россия уже привлекла к этому огромное количество сухопутных войск, но [если исходить из текущей обстановки] не думаю, что у них получится продержаться на этой территории даже год.

Поэтому если России и удастся развить успех в наступлении, то это должно произойти в течение ближайших недель. В противном случае Украина будет снаряжаться [поставками из-за границы] все лучше и лучше, соответственно, для России будет все сложнее проводить наступательные действия.

— Как бы вы описали тактику войск России и Украины в этой войне?

— Пока невозможно подвести окончательные итоги, однако военными силами РФ были приняты некоторые сомнительные тактические решения. Проблемы в тактике появляются из-за проблем в стратегии. Возможно, большинство проблем связано с тем, что войска России не знали, что будут участвовать в войне, и не готовились к этому.

При этом действия Украины позволяют сказать о глубине планирования ее тактики. Войска Украины успешны в децентрализованном управлении и в осуществлении контроля выполнения планов. Это тоже доставляет сложности армии РФ, так как они сражаются с очень способными военными. У которых к тому же есть поддержка разведывательного сообщества США.

— Могла бы война пойти иначе, если бы Россия выбрала другую тактику?

— Думаю, да, если бы Россия сместила фокус на сокращение численности украинской армии, используя свою артиллерию и системы залпового огня. Если бы это произошло в самом начале войны, действия России имели бы больший эффект, а украинская армия понесла бы огромные потери.

Но, насколько я понимаю, примерно в течение первой недели [у российского командования] существовало мнение, что Россия не встретит сильного сопротивления. Поэтому российская армия двигалась очень быстро — легкими подразделениями, не подготовленными к тяжелым боевым условиям. И очень быстро украинские войска доказали, что они способны на сопротивление и будут сражаться. В первые неделю-две они [российские войска] позволили украинской армии найти время, чтобы перегруппироваться и дать отпор.

Если бы Россия планировала войну иначе, думаю, многое могло быть по-другому. Они могли бы сократить количество направлений наступления, а после этого, возможно, получилось бы окружить силы Украины в Донбассе. Но невозможно точно сказать, как развивалась бы война.

Мне кажется, Путин не понимал реального положения вещей и не ожидал такого сопротивления Украины. Это только усугубило множество проблем российской армии. Сейчас тяжелое положение войск РФ связано с тем, что они пытались выполнить невозможную задачу — и не имели достаточного времени для планирования.

Беседовал Андрей Каганских