"Если б провалилась Россия". Дмитрий Волчек – о культуре отмены

Уличная афиша в Италии: "России не существует, есть только проклятая Московия. Отменить Россию!" Код ведет на манифест Cancel Russia, призывающий повсеместно игнорировать имперскую колониальную Россию, исключить любые контакты с институциями террористического государства, а взамен поддержать Украину и её культуру. "Русская культура носит экспансионистский и империалистический характер. На протяжении столетий она лелеяла превосходство над другими народами, которые сначала были порабощены Российской империей, а затем СССР. Российская Федерация решила продолжить эту прискорбную практику. Почти вся российская культура продолжает традиции русского империализма, главным образом благодаря тому, что экспансионистская политика России никогда не осуждалась и публично не развенчивалась. Таков один из ключевых нарративов, подкрепляющих одобренное большинством россиян вторжение России в Украину".

Эта инициатива вызывает в России ожидаемое недовольство, но негодующие окрики из Москвы мало кого впечатлили. Процесс, который пропагандирует движение Cancel Russia, вовсю идет – во всяком случае в Европе. Без России обошлись почти все культурные форумы военных месяцев – россияне ничего не спели на "Евровидении", закрыт павильон РФ на Венецианской биеннале, отменяются гастроли, в последний момент из программ кинофестивалей вычеркивают российские фильмы.

Смотри также Каменная паляниця. Украина на Венецианской биеннале

Каннский фестиваль, несмотря на письма протеста, всё же решил показать "Жену Чайковского" пострадавшего от путинской власти Кирилла Серебренникова, но отказал в аккредитации представителям российских СМИ. Зальцбургскому фестивалю пришлось объяснять, почему он продолжает сотрудничество с Теодором Курентзисом и его оркестром. Рецензия в шведской газете на выставку московского художника озаглавлена: "То искусство, которое не следует бойкотировать". Оговорки и исключения лишь подчеркивают, что новая политика установилась всерьез и надолго. Да что там Зальцбургский фестиваль, если владельцы русских магазинов в европейских странах спешно переименовывают их в "украинские", а порой и в "азиатские"!

На "культуру отмены" первым пожаловался Путин, объявив, будто на Западе запрещают Чайковского, Шостаковича и Достоевского. Но с Чайковским и Шостаковичем всё в порядке, игнорируют лишь посланцев сегодняшней России. Кремль тратил миллиарды на центры православной духовности, дни российского кино, гастроли пропагандистов и подкуп иностранных знаменитостей, и всё это в одночасье пошло прахом. Времена, когда на Франкфуртской книжной ярмарке или Парижском книжном салоне привечали Захара Прилепина, будем надеяться, навсегда ушли в прошлое.

Время, когда паровоз сancel Russia ещё можно было остановить, прошло

Я говорю о культуре, потому что она на виду и громче всех возмущается. Но то же самое происходит во всех сферах, никто не хочет иметь дела с российскими чиновниками, бизнесменами и журналистами путинских СМИ. Чуть ли не единственный канал, который забанен в бесцензурном телеграме, принадлежит RT. Трагикомическая история: "член Общественной палаты, советник губернатора Курской области", именующий себя правозащитником, прорывается в Вену на совещание ОБСЕ по правам человека, но за несколько часов до начала заседаний его просто вычеркивают из списка участников – гуляй, Вася!

Предчувствия столь печального национального фиаско можно отыскать у русских писателей. "Если б провалилась Россия, то не было бы никакого ни убытка, ни волнения в человечестве", – Иван Тургенев говорил, что в этой фразе заключена главная идея романа "Дым". В 1984 году Эдуард Лимонов в "Исчезновении варваров" описал внезапную пропажу не только СССР, но и советских военных городков в Восточной Европе – все эти территории оказались покрыты странной белой субстанцией, напоминающей свежезасохший гипс, а от советских граждан не осталось и следа. Вспоминаю эту давнюю фантазию, когда смотрю на картину Павла Отдельнова "Геополитик" – портрет нелепого, полупогруженного в снег виновника российской катастрофы.

Картина Павла Отдельнова "Геополитик"

Что же взамен? Как и предлагали идеологи Cancel Russia, внимание переключилось на Украину. Победа на "Евровидении", "площадь Украины" на Венецианской биеннале, сочинения украинских композиторов на афишах – это даже не самая впечатляющая часть триумфа страны, на которую напала "проклятая Московия". Главное – небывалое присутствие Украины в городском пространстве. Вот уже третий месяц украинские флаги везде – на балконах и билбордах, в лайтбоксах и на фонарных столбах. Это знак поддержки тех, кто нашел пристанище в Европе, – тысячи добровольцев помогают беженцам обрести жилье и работу, собирают вещи и медикаменты. Вытеснение прошло столь быстро и радикально, что теперь, когда слышишь русскую речь на улицах европейских городов, первым делом думаешь: украинцы. Российских туристов сперва вымели ограничения, связанные с непризнанием вакцин от ковида, теперь ЕС ужесточает визовую политику из-за войны, а Чехия и страны Балтии вообще не выдают визы россиянам. Это тоже существенный элемент политики сancel Russia, перед которой равны и художник, и чиновник, и турист.

Всем хочется знать, что скажет сердитый молодой человек, но никого не интересует, что скажет сердитая старуха. Украина сегодня выступает в роли сердитого молодого человека, Россия выбрала своим символом старуху. Придуманная политтехнологами и очень далекая от прототипа бабка с красным флагом, которую принялись увековечивать на зловещих муралах, выползла прямо из повести Даниила Хармса, и ее назойливый голос никто не хочет слышать.

Время, когда паровоз cancel Russia ещё можно было остановить, прошло. В конце февраля ждали, что в России появится массовое антивоенное движение, надеялись, что бизнесмены и дипломаты осудят политику Путина. Но вот уже конец мая, а счёт задержанных за антивоенные акции не превысил 15 тысяч, из крупных бизнесменов лишь Олег Тиньков решился однозначно осудить агрессию, и ни один российский дипломат не усомнился в курсе Лаврова.

Интеллигентов, осудивших войну, разумеется, гораздо больше. Но осуждение зачастую носит всё тот же колониальный характер. Это борьба не за Украину, а эгоцентрическая забота о собственных интересах. Европейцы, чтобы поддержать жертву агрессии, изучают и популяризируют её культуру. В России такие попытки можно по пальцам пересчитать. Алексей Любимов исполнил в Москве произведения киевского композитора Валентина Сильвестрова, Антон Долин написал цикл статей об украинском кино… Не сомневаюсь, что есть и иные благородные инициативы, но резонанса они не вызвали. Как российские властители дум откликнулись на известие о том, что по вине их страны сожжены музеи Марии Примаченко и Григория Сковороды? Да ровным счётом никак, печальными рожицами в фейсбуке.

Вот пространное интервью превосходного музыканта на YouTube, он против войны, но за час с лишним умудряется ни слова не сказать о бомбардировках, о миллионах беженцев, об украинском сопротивлении. Идёт разговор о том, следует ли уезжать, как говорить с оболваненной аудиторией в провинции, о метаморфозах левого дискурса и прочих любопытных вещах – любопытных, но не самых важных сейчас, когда каждый день падают бомбы. И эта уклончивость оказывается завуалированной, бессознательной формой солидарности с агрессором.

Мудрые россияне дискутируют в соцсетях о пользе и вреде эмиграции, о безумии Путина, о Киркорове и Урганте, о закрытом "Макдоналдсе", неработающих кредитных картах и репертуаре московских театров. И шокирующе мало об Украине и её трагедии. Попытка завоевания этой страны – прискорбный фон, на котором надменные хозяева дискурса обсуждают свои невзгоды. Обсуждают, не понимая, что их уже бесповоротно отменили в том числе и за эту спесь.

Дмитрий Волчек – журналист Радио Свобода

Высказанные в рубрике "Право автора" мнения могут не отражать точку зрения редакции