Танец с «Калибрами»

Как коррумпированные спецслужбы и ВПК провалили план безумной «спецоперации»

История войны Путина с Украиной — это не только безумие. Но и загадка.

Как получилось, что Путин сам поверил, что у него есть армия? Что сможет завоевать Украину? Каким образом в России на государственном уровне была принята доктрина нестратегического ядерного удара, которая совершенно всерьез исходила из того, что если мы решим кого-то завоевать, а Запад будет недоволен, то мы взорвем где-нибудь ядерную бомбу и эти западные слабаки обделаются?

И вообще — как человек, который пришел к власти и попросил себе дворец и яхту, из клептократа превратился в клептофашиста, мечтающего о мировом господстве?

В этом цикле статей я постараюсь показывать, что во всем этом, помимо личных психологических особенностей Путина, сыграла огромную роль страшная историческая закономерность. Путинское военно-полицейское государство — это неэффективная социальная структура, неспособная побеждать в войне, но способная устраивать массовый террор и препятствовать модернизации российского общества.

Я уверена, что Россия будет способна сохранить себя только при условии демилитаризации и роспуска ФСБ. Точно так же, как роспуск янычар был когда-то единственным способом, которым могла спастись Османская империя.

В этом тексте мы начнем с анализа того, как коррумпированные спецслужбы, военное руководство РФ и российский ВПК провалили “спецоперацию”.

Визит Бернса и иллюзии Путина

В ноябре 2021 года директор ЦРУ Бернс посетил Москву. Сразу после его возвращения из Москвы в американских СМИ появились многочисленные утечки о том, что Путин планирует нападение на Украину.

Казалось, что ЦРУ очень крутое. Они сумели узнать планы Путина! Правда, было непонятно, почему аналитики ЦРУ при этом так переоценили российскую армию и считали, что Киев будет взят в течение нескольких суток.

Теперь мы знаем ответ на этот вопрос. 14 апреля глава ЦРУ Уильям Бернс выступил в Технологическом институте Джорджии и рассказал о содержании разговора. Как выяснилось, о том, что Путин собирается напасть на Украину, Путин проинформировал директора лично.

Путин изложил Бернсу свои резоны. Путин считал, что «окно» для того, чтобы изменить вектор развития Украины, скоро схлопнется.

Он считал, что:

• Зеленский и народ вряд ли будут эффективно сопротивляться;

• российские военные способны на то, чтобы одержать короткую решающую победу за минимальную цену;

• европейцы увлечены собственной политикой и не склонны к риску;

• зима удачное время;

• у России огромные резервы, она защищена от санкций.

Так разъяснился вопрос о необыкновенной проницательности ЦРУ. Все свои сведения американские Штирлицы имели прямо от Путина. Путин лично сказал это главе ЦРУ Бернсу. Что он будет воевать и что он победит Украину в 48 часов. И эти бесценные сведения, не привнося чего-то своего и лишнего, гиганты американской разведки слили в свои же СМИ.

Но самое важное здесь для нас другое. А именно. Слова Бернса — важное свидетельство, что война в Украине планировалась Путиным, исходя из самых фантастических вводных. Он реально верил, что его в Киеве будут встречать с цветами.

О том, что Путин верил в быструю победу, свидетельствует масса других деталей.

Наступление велось силами в 180 тыс. чел. на фронте в 3 тыс. км. Колонны шли без прикрытия с воздуха, как на парад, по главным дорогам. У наступления не было резерва.

На Харьков наступала Росгвардия с дубинками и автозаками, в багаже частей, разбитых под Гостомелем, обнаружилась парадная форма, а среди погибших оказался полковой оркестр.

Константин Немичев, один из командиров «Азова», рассказывал мне о бое, который полк на третий день войны вел на улицах Харькова против небольшой диверсионной группы человек в 150-200. В ответ на мой вопрос: «А как можно диверсионной группой в 150 чел. планировать взять город с населением в 1,5 млн?» Немичев ответил, что

пленные рассказали им, что таков был приказ российского командования: «Надо только прорваться за линию обороны ВСУ, а там в городе будут ваши сторонники».

Христо Грозев и Bellingcat называют нам и причину этой беспримерной ошибки. Путин был дезинформирован собственным ФСБ. 5-ая служба ФСБ (Служба оперативной информации и международных связей) во главе с генерал-полковником Сергеем Беседой тратила гигантские деньги на «агентурную работу», кормила Путина рассказами, что на эти деньги создана громадная сеть, вербовала агентов в «Одноклассниках», а главное тратила деньги налево.

Несложно предположить, что те из этих агентов, которые и вправду существовали, были сотрудниками СБУ. Так что когда ФСБ захотело «активировать команду по ликвидации Зеленского», о которой писала газета Times, оно на самом деле само сообщило СБУ о дате и времени проведения предполагавшейся ликвидации.

То, что мы сейчас обсуждаем, не является частью пропагандистской кампании дезинформации. Это — само-дезинформация. Вечером послал себе телеграмму, утром прочитал и поверил. Путин и его ближайшее окружение и в самом деле верили, что они уже контролируют ситуацию в Украине. Они построили на этом военную кампанию. Путин даже сумел убедить в этом главу ЦРУ.

Шок, но не трепет

В 1991 году в войне в Заливе американские военные впервые в истории использовали концепцию доктрины точечных ударов (effects-based warfare). Это стратегия, при которой атакующая сторона наносит массивные точечные удары по командным пунктам, линиям снабжения, ВПП и шоссе, уничтожая способность противника командовать, поддерживать связь и перемещать войска, и сберегая одновременно большую часть гражданской инфраструктуры. В 1991 году на высокоточное оружие (precision-guided munition,PGM) пришлось всего 9% выстрелов, но 75% пораженных целей.

Теоретиком этой войны был полковник ВВС Джон Варден. В отличие от ковровых бомбардировок Второй Мировой, точечные удары Джона Вардена полностью разрушали снабжение, коммуникации и систему управления войск, оставляя гражданскую инфраструктуру нетронутой.

В 2003-м году, в развитие этой стратегической концепции, войска коалиции в течение первых 7 часов вторжения в Ирак уничтожили 70 стратегических целей, полностью дезорганизовав иракскую армию и лишив ее способности к сопротивлению. Практически одновременно в момент воздушных ударов началось сухопутное вторжение на всем протяжении границы Ирака с Иорданией, Саудовской Аравией и Кувейтом и высадка морского и воздушного десанта в Умм-Касре, Румейле, Наджафе. Новая стратегия называлась shock and awe, — шок и трепет.

Интересно, что атака включала в себя удар непосредственно по Саддаму Хусейну, — 19 марта 2005 года, в первые минуты войны, в 5.30 утра, американские F-117 нанесли удар четырьмя высокоточными противобункерными бомбами GBU-27 по местечку аль-Дора, где, согласно данным разведки, в этот момент Саддам навещал двух своих сыновей. Все четыре бомбы промахнулись по бункеру. Они убили одного гражданского и ранили четырнадцать гражданских. Саддама Хусейна, как оказалось впоследствии, в аль-Доре не было с 1995 года. Даже самая точная война предполагает ошибки, важно, чтобы число этих ошибок не было критическим.

Как нетрудно заметить, операция Путина, которая началась в 4 утра 24 февраля 2022 года, должна была представлять из себя полную кальку с войны 2003 года.

Она тоже предусматривала высокоточные удары, которые уничтожат РЛС, самолеты и командные пункты противника, плюс высадку десанта в Гостомеле и вероятное уничтожение Владимира Зеленского в самом начале кампании. Единственное, что Зеленский должен был быть ликвидирован не умными бомбами, а «пятой колонной» при поддержке десантников.

В отличие от американской, операция не удалась.

Старые ракеты летят мимо целей

Плотность российского «точного» огня была значительно меньше американской. США в 2003-м году в течение первых четырех суток операции использовали 2000 ракет и умных бомб. Россия использовала примерно столько же — 2, 215 ракет — но за 80 суток войны.

Двумя главными типами ракет, которые использовала Россия, были крылатые ракета «Калибр» морского базирования с дальностью стрельбы около 2 тыс. км и сухопутные баллистические ракеты «Искандер» дальностью до 500 км.

Напомню, что крылатые ракеты — это, грубо говоря, маленький самолет, который летит в 10-50 метрах от земли с небольшой скоростью около 900 км/час, в отличие от ракет, которые используют баллистическую траекторию и могут развивать на самом быстром ее участке скорость до 6,4 км/сек.

Сейчас нельзя точно сказать, насколько велик был ущерб, нанесенный «Калибрами» и «Искандерами» в первые дни войны, но легко заметить, что он не был критическим. Украинская армия, в отличие от иракской от него оправилась, советник президента Зеленского Алексей Арестович утверждает, что «полный контроль над войсками был восстановлен на 3-4 день войны».

Полковник ВСУ в запасе и бывший военный летчик Роман Свитан утверждает, что ущерб, который наносили «Калибры» аэродромам, был незначительный. Если вы представите себе аэродром, вы поймете, что промазать по нему трудно — он большой. Но одновременно на этом большом пространстве не так много критических объектов, которые можно поразить. Большая часть аэродрома — это земля вокруг ВПП и зданий.

По словам Свитана, российские «Калибры» очень уверенно попадали в эту землю и наделали в ней много крупных дыр, а некоторые даже попадали по бетону ВПП. По самолетам их попало мало, потому что американцы предупредили украинцев, и самолеты были рассредоточены. Свитан считает, что главным результатом этого массированного обстрела «Калибрами» было радикальное уменьшение числа «Калибров».

«Это очень хорошо, что Россия выпустила столько «Калибров» по аэродромам», — говорит Свитан, — «она их очень много израсходовала».

Украинская армия, в отличие от иракской, не разбежалась, и

быстро стало ясно, что «Калибров» и «Искандеров» у России не хватает.

Россия начала использовать гораздо более старые крылатые ракеты «Х-101», «Х-55» и даже «Х-22». Эти ракеты запускаются со стратегических бомбардировщиков Ту-160, Ту-95 и Т-22 и изначально предназначены для доставки ядерного оружия. Каждый взлет стратегического бомбардировщика и использование такой ракеты стоит огромных денег. Уже в марте военные наблюдатели стали фиксировать удивительную картину: стратегические Ту-95 появлялись над Киевским морем, залетая с Белоруссии, пускали ракеты по Киеву, разворачивались и уходили. С военной точки зрения это выглядело дико, особенно когда в осколках Х-22 находили электронику 70-х годов.

То же самое произошло и с «Искандерами». Вместо новейших «Искандеров» российские войска быстро перешли на устаревшую «Точку-У», — его древний прототип.

Теоретически целями для этих ракет должны были являться объекты инфраструктуры, как военной, так и гражданской (в отличие от операции в Ираке): подстанции, элеваторы, и особенно, начиная с апреля, железнодорожные узлы, по которым должна была идти в Украину западная техника. Однако а) ракеты постоянно промахивались, поражая вместо них жилые дома и курятники и б) цели, введенные в них, часто были устаревшими.

К примеру, 23 апреля ракета поразила в Одессе жилой дом и убила Валерию Глодан, ее мать и трехмесячную дочку. Судя по всему, ракета летела в соседний Одесский аэродром.

Однако аэродром 30 лет назад был превращен в вещевой рынок. Никаких военных целей на нем не могло быть. Все это не помешало Минобороны РФ упорно заявлять, что его ракеты поразили «логистический терминал на военном аэродроме в районе Одессы, где хранилась крупная партия поступившего от США и европейских стран иностранного вооружения».

«Ракеты «Х-22» были предназначены для нанесения ядерного удара и поэтому в принципе не могут быть высокоточными. Их проектировщикам было все равно, на триста метров левее или правее прилетит ракета», — напоминает Олег Жданов, полковник запаса ВСУ, бывший сотрудник Генштаба ВСУ и военный эксперт. Но даже точность «Калибров» оставляет желать лучшего.

В конце концов люди, которые отвечают за запуск ракет, нашли выход. 15 мая российские ракеты нанесли удар по Яворовскому полигону на границе с Польшей. Удар был, вероятно, нанесен «Калибрами», запущенными с подводных лодок на Черном море. Формально Яворовский полигон является военной целью: это самый современный полигон на территории Украины, и именно на нем канадские инструкторы перед войной тренировали украинские войска.

Однако Роман Свитан считает, что дело не в этом. «Яворовский полигон просто очень большой, — говорит он, — по нему трудно промахнуться. После каждой ракеты, которая поражает жилой дом, поднимается шум, да и ракетчики получают взбучку. Вот они и нашли выход из положения. Они стреляют по объекту, по которому невозможно промахнуться даже старой «хашкой». Начальству можно доложить, что попали, а что весь ущерб — это дырка в земле, кого это волнует?»

Публично российские военные продолжают пускать пыль в глаза. Министр обороны Сергей Шойгу, к примеру, недавно заявил, что «любой транспорт» натовского оружия, прибывший на территорию Украины, рассматривается Россией «как законная цель для поражения». Для специалистов это заявление звучало несколько комично, потому что российские «высокоточные» ракеты также никогда не пытаются поразить движущиеся мишени. «Мне неизвестны такие случаи», — говорит Олег Жданов. Их системы наведения для этого непригодны, а невысокий уровень использования БПЛА не позволяет корректировать их полет в реальном времени.

Такая степень вранья и непрофессионализма кажется почти невероятной. Однако, как мы увидим на других примерах, для нынешней российской армии она является нормой.

Сверхсовременное оружие для парадов и выставок

Новейший российский танк «Армата» был впервые показан широкой публике на военном параде в 2015-м году. Тогда же было объявлено, что к 2020 году в войска поступит 2300 «Армат». У танка должна была быть бронированная капсула для членов экипажа и необитаемая башня. Он должен был быть невидим радару.

Однако ни одного танка «Армата» в Украине замечено не было.

Если «Армата» существует иначе, чем в картоне, то она существует в нескольких экземплярах, которые были собраны лично для Путина и предъявлены ему для дальнейшего получения денег на проект.

22 марта 2022 года российское Минобороны с гордостью отчиталось о применении новейшей российской гиперзвуковой ракеты «Кинжал».

Минобороны сообщило, что «Кинжал» не имеет аналогов, что благодаря достижению им гиперзвуковой скорости его нельзя перехватить, что он преодолел больше 1000 км за 10 минут, передвигаясь со скоростью 10М, и поразил склад боеприпасов в селе Делятин под Ивано-Франковском.

В качестве доказательства Минобороны выложило видео с ударом, нанесенным по большому промышленному курятнику на юго-востоке Харьковской области. Жители Делятина сообщили, что никаких ударов не слышали и никакого дыма не видели.

Путаница с видео — это, впрочем, еще полбеды. Куда важней один тонкий момент.

«Кинжал» действительно является гиперзвуковой ракетой в том смысле, что после сброса с самолета он летит с гиперзвуковой скоростью.

Однако, как правило, когда инженеры говорят о гиперзвуковых летательных аппаратах, они говорят о scramjet — гиперзвуковых прямоточных воздушно-реактивных двигателях. Scramjet, в отличие от обычного ракетного двигателя, не несет с собой окислителя (как и обыкновенный реактивный двигатель). А в отличие от реактивного двигателя, ему не нужен ни компрессор, ни турбина, — топливо сжигается прямо в сверхзвуковом воздушном потоке.

Но у «Кинжала» нет скрамджета. «Кинжал» — это тот же баллистический «Искандер», только подвешенный под брюхо истребителя-перехватчика МиГ-31. МиГ-31, конечно, может сообщить дополнительное ускорение ракете. Но создан МиГ-31 еще в советское время совсем для другого — он должен перехватывать стратегические бомбардировщики противника.

«Использовать МиГ как носитель для «Искандеров», — это все равно что взять гоночную машину и запрячь ее в телегу», — говорит Роман Свитан. Гоночному автомобилю в телеге неудобно, и не случайно один из первых МиГов, на котором «Кинжалы» были подвешены, потерпел аварию при попытке взлететь.

При этом использование «Кинжалов» быстро прекратилось. По чему бы они ни нанесли удар, — по складу в Ивано-Франковске или курятнику под Харьковом, «Кинжалов» у России было явно немногим больше, чем «Армат».

Это снова было выставочное оружие, произведенное в небольшом количестве экземпляров лично для Путина. А производители этого оружия морочили начальнику голову. Они называли «гиперзвуковой» обычную баллистическую ракету и для того, чтобы это сделать, использовали не по назначению хороший самолет.

Эффект «Байрактара»

Беспилотники становятся важной частью войны. Не стоит переоценивать их значение. «Основной ущерб российские войска несут от артиллерии и РСЗО, а главная польза от БПЛА — это разведка и наведение артиллерии», — напоминает известный израильский военный эксперт Давид Гендельман.

Но все-таки не будет преувеличением сказать, что одним из важных медийных, психологических и военных героев этой войны турецкий беспилотник «Байрактар».

В чем эффективность «Байрактара»?

Прежде всего в том, что его уничтожение не влечет за собой человеческих потерь.

Сбитый «Байрактар» — это все равно, что гибель в компьютерной стрелялке. Можно перезагрузить программу и начать снова.

При этом шесть полностью вооруженных «Байрактаров» обошлись Украине в 69 млн. дол. Для сравнения: четыре израильских Heron TP обошлись Индии в 200 млн. дол. а один американский MQ-9 Reaper стоит 100 млн. дол.

Одинокий «Байрактар» без вооружения и соответствующей станции управления стоит, по разным оценкам, от 2 до 5 млн. дол. Это, конечно, дороже компьютера, но даже не самое богатое государство может себе позволить его потерять.

Но потерять «Байрактар» довольно сложно. Его потолок — 8,2 км, что делает его недостижимым для большинства ЗРК. На этой высоте в 8,2 км он может висеть 20 часов, высматривая вражескую технику, как снайпер может днями сидеть в засаде. С этой высоты в 8,2 км «Байрактар» запускает управляемую бомбу или ракету, которая поражает сопровождающий колонну комплекс ПВО, после чего колонну можно расстреливать дальше. Как и снайпер, «Байрактар» многих не убьет, — но он убьет тех, чье поражение весьма критично. Сделан «Байрактар» из пластика, отражается на радаре очень плохо.

Самое главное в беспилотниках — это то, что они делают бесполезной существующую систему ПВО.

Все комплексы ПВО ближнего действия — «Тунгуска», «Оса», «Тор», «Стрела» и пр. против «Байрактара» бесполезны, — они просто работают ниже, чем он летает. «Буки» и «Панцири», как показывает боевой опыт, «Байрактар» не видят.

С-300 способна заметить и поразить «Байрактар», но, как показывает опыт, «Байрактар» поражает С-300 гораздо чаще, чем С-300 поражает «Байрактар», а стоимость обоих видов вооружения несопоставима. Дивизион С-300 стоит 250 млн. дол.

В России есть гигантское военное лобби, которое заинтересовано в производстве очень дорогих и становящихся на наших глазах бесполезными комплексов ПВО. Поэтому российские военные врали — в буквальном смысле. Так же, как они врали про «логистические склады, пораженные в Одесском аэропорту».

Годами они уверяли, что против российского ПВО беспилотники бесполезны. Некий военный эксперт Владислав Шурыгин договорился до того, что, цитирую «Байрактар можно сбить даже обычным ПЗРК».

Ну да. Конечно. Теоретически аппарат, который летает на высоте 8200 метров, можно сбить комплексом, который бьет на 3500 метров, если этот аппарат снизится до 3500 метров. Только это нечасто, мягко говоря, происходит.

Но бывший пресс-секретарь Минобороны России, полковник в отставке Виктор Баранец переплюнул даже эксперта Шурыгина. Он заявил, что в Сирии «Панцири» сбили 50 «Байрактаров», а в Нагорном Карабахе 15 «Байрактаров» были обезврежены российской РЭБ.

И хотя «Байрактары», конечно, сбивают (по оценкам Давида Гендельмана, Украина за эту войну могла потерять до 7 «Байрактаров», цифры Баранца — из области фантастики.

Армия без ударных беспилотников

Как обстоит дело с производством ударных беспилотников в самой России?

В 2011 году — одновременно с разработкой турекцкого «Байрактара» в России начали разрабатывать ударный беспилотник «Альтаир». Работы начались одновременно с разработкой турецкого.

В 2016 году нам объявили, что беспилотник начал летные испытания, и “Российская газета” намекнула, что на борту его может быть установлено ни более ни менее как лазерное оружие и СВЧ-пушки.

А в 2018 произошло чудесное. 22 апреля 2018 года разработчик «Альтаира», гендиректор ОКБ имени М. П. Симонова Александр Гомзин был арестован. Ему предъявили обвинение в хищении 900 миллионов рублей, выделенных на разработку беспилотника. Премьера тяжелого беспилотника с потолком до 12 км и лазерными и СВЧ-пушками не состоялась.

Другой российский ударный БПЛА назывался «Корсар». Контракт на его производство был заключен аж в 2009-м году, т.е. до того, как турки задумали «Байрактар».

Никакого сравнения с «Байрактаром» «Корсар» не выдерживает, потому что, как говорят злые языки, «Корсар» — это копия AAI RQ-7 Shadow, который состоит на вооружении США аж с 1991 года.

В 2018 году «Корсары» провезли по Красной Площади Москвы в рамках Парада Победы 9 мая. В 2019 году комплекс можно было увидеть в открытой части экспозиции Международного военно-технического форума Армия-2019. Но где они на полях сражений — неясно. Как и большая часть российских вундервафель, они существуют, по-видимому, то ли в картоне, то ли в единственном выставочном экземпляре.

Ну и, наконец, российская суперзвезда — беспилотник «Орион», он же «Иноходец». Контракт на его производство заключили аж в 2011 году, и он отстает от своего американского аналога MQ-1 Predator на 15 лет. Он вдвое тяжелее «Байрактара», а несет столько же вооружения.

«Орион» действительно летает в Украине. Более того, — он был там сбит. Виктор Кевлюк, полковник ВСУ в запасе, который в 2014 году воевал в Луганске, а сейчас занят производством беспилотников «Посейдон», утверждает, что «Орионов» у России был один комплект. В комплект БПЛА обычно входят два или три беспилотника. Если это так, то один сбитый «Орион» означает потерю 50% российских ударных БПЛА.

Двигатель у «Ориона» — австрийский Rotax 914, так что больше двигателй «Орион» не получит. Разрабатывает «Орион» компания «Кронштадт», которая прославилась разработкой другого беспилотника, который она продемонстрировала на форуме «Армия-2021» и сообщила, что это ее новейшая разработка, но оказалось, что «новейшая разработка» незадорого была куплена на «Алиэкспресс».

«Гермес» не придет на помощь

Для полноты картины давайте приведем еще один пример.

На вооружении армии обороны Израиля состоит ракета, которая называется Spike NLOS (Non-Line Of Sight — «За пределами прямой видимости»).

Ракета была разработана концерном Rafael и принята на вооружение в 1981 году. Разработка оказалась настолько удачной, что официально о ее существовании было объявлено только в 2010 году, когда Rafael стал ее продавать, и эту ракету стали расхватывать, как горячие пирожки.

Один из главных способов использования Spike NLOS — на вертолетах. Ракета весит 75 кг, имеет длину 1,5 метра, подвешивается под вертолет в транспортно-пусковом контейнере и поражает цель на расстоянии до 25 км. Стреляют ей по принципу «выстрелил и забыл»

Самое главное в Spike NLOS — это то, что вертолетчик, использующий ее, может поражать объекты, которые находятся вне зоны его прямой видимости. Как без «спайка» работает любой вертолет? Летчик поднимается, видит цель, стреляет по ней и ведет ракету. Тем самым цель тоже видит вертолет и может его поразить. «Спайк NLOS» — это революция, которая позволяет вертолету уходить от ответного удара.

Еще с 2016 года российская патриотическая пресса была полна победными реляциями о том, что российские вертолеты Ка-52 испытают в Сирии новейший «аналоговнет» под названием «Гермес», который бьет на 30 км. То есть — российские «спайки».

Мы не знаем, что случилось в 2016 году с уникальными «Гермесами», но мы можем констатировать, что характер повреждений, наносимых российским вертолетам в Украине, необратимо свидетельствует о том, что их сбивают тогда, когда они стреляют в то, что они видят. То есть они пользуются старыми ракетами. Никаких «Гермесов» у них нет.

Если российский аналог «спайка» действительно испытывался в 2016 году в Сирии, то либо он не прошел испытания, либо это была опытная партия для втирания начальству пыли в глаза.

Провалившийся ВПК

Иначе говоря, мы видим стабильную картину, которую описывает еще в 2019 году в своем докладе о российском ВПК Владислав Иноземцев.

А именно. На Западе цикл производства любого оружия заключается в том, что государство выкатывает техническое задание, а компания после ряда доработок начинает производить это оружие. В России последовательно, на каждом этапе, для каждого рода вооружений, как стратегических, так и тактических, мы видим одинаковую картину. Путину представляют разработку, сообщают, что у нее «нет аналогов», после этого на нее выделяют деньги, после этого разработка или не производится вообще, или продолжает существовать в количестве нескольких опытных образцов.

Иначе говоря, эти разработки не предназначены для того, чтобы быть оружием. Они в принципе не предназначены для поля боя. Они предназначены для одного — для того, чтобы потешить самолюбие диктатора и получить под это деньги. Если посмотреть на российский ВПК с этой точки зрения, то он успешно функционирует.

Он функционирует, чтобы получать деньги путем втирания очков одному человеку.

Кроме этого, как обращает внимание Иноземцев, между российским и, к примеру, американским ВПК есть еще одно важное различие.

В Америке десять главных оборонных подрядчиков занимают только 45% рынка. Т.е. меньше половины. Остальные подрядчики — это маленькие и средние компании. И оборонный заказ обеспечивает только 46% доходов этих 10 крупнейших подрядчиков. Остальные их доходы — это обычные товары, которые они продают на рынке.

Таким образом, американский военный подрядчик по определению оперирует в рамках рыночной экономики. Ему нет смысла для рынка поставлять одно, что выдерживает рыночную конкуренцию, а для государства разрабатывать что-то, что ее не выдерживает. Его оборонные разработки не хуже рыночных. Это — сообщающиеся сосуды, и, как правило, если раньше многие технологии сначала применялись в оборонке, а потом переходили на открытый рынок, то в в 21 веке мы видим другую тенденцию. Гражданские технологии, которые оказались конкурентными — переходят в оборонку.

Но в России ситуация совершенно другая.

В России еще в 2017 году десять крупнейших оборонных подрядчиков занимали 82 процента рынка. И они при этом 86 процентов своих доходов получали от продаж государству.

Более того, ситуация ухудшилась, а не улучшилась даже по сравнению со временем СССР.

Потому что в СССР конструкторские бюро конкурировали между собой, — это была единственная отрасль экономики, где конкуренция была, и была жесточайшей, а теперь все они объединены в «Объединеную Авиастроительную Компанию», или в «Объединенную судостроительую компанию», или в «Ростех».

У этих компаний нет мотивации для модернизации. Их наилучшая стратегия — это внерыночным способами сохранять свою прибыль (ну, например, рассказывая путину про военную угрозу Запада и аналоговнет), и для них, как и для всякой монополии, логично производить как можно более плохой товар по как можно более высокой цене.

В идеале их деятельность должна сводиться к тому, чтобы купить на Алиэкспресс товар за двести долларов и показать его Путину как наш «аналоговнет», разработка которого стоила миллиард.

С этой точки зрения ситуация, которую мы подробно разбирали с «Кинжалом», — когда берут «Искандер», подвешивают его под брюхом спроектированного совсем для другого истребителя-перехватчика и продают Путину и ватнику как «не имеющую аналогов» гиперзвуковую ракету, — это еще самый мягкий случай.

Есть случаи гораздо более вопиющие, — например, вся концепция российской РЭБ, радиоэлектронной борьбы, которая является настолько фантастической аферой, что мы здесь просто не будем о ней говорить, а отсылаем читателя к отдельному тексту, посвященному этой проблеме.

Люди, близкие к Путину, рассказывают, что в начале 2000-х, когда Путину на выставках выкатывали на полосу макеты нелетающих самолетов, Путин очень рассвирепел. Он понял, что его обманывают. И после этого он на всякой выставке требовал, чтобы заявленный образец летал, стрелял, или выполнял заявленный круг функций. Судя по всему, Путин искренне не понимал, что там, где речь идет о сложной военной технике, можно легко представить образец, который будет выполнять все заявленные цели, но который на самом деле будет абсолютным фейком, — как «гиперзвуковой» «Кинжал» или «опытный» образец РЭБ, который действительно будет приземлять гражданский квадрокоптер, но никогда не сможет приземлить военный БПЛА. Российские «новейшие разработки» представляли из себя индустрию по варке золота из свинца для Путина, который, похоже, искренне верил, что его стрельцы вот-вот получат самые современные царь-пушки и не имеющие аналогов мангонели и требушеты.

***

Впрочем, вы можете возразить, что наличие или отсутствие новейших вооружений было не очень важно.

«Ставка в войне в Украине вовсе не делалась на новейшие образцы вооружения, часть которых ВС РФ имеют в малом количестве, а часть реально еще не завершила разработку и имеется больше в пропаганде, чем на вооружении, — говорит Давид Гендельман, — ставка была на то, что после создания «шока и трепета» после первого удара, десантов у Киева и прорывов к нему централизованное управление страной и армией рухнет. Не в технических новинках тут проблема, а в старых добрых военных истинах: количество личного состава и техники, оперативные плотности на километр фронта, и т.д. Готовились к одной войне, а получили другую — это всегда приводит к очень большим проблемам».

Совершенно точно: то очковтирательство, которое происходило с российскими вундервафлями, было не причиной плохого состояния российской армии — а лишь симптомом. А к тому, как дело обстояло со старыми добрыми военными истинами, мы и обратимся в следующей части этого обзора.