Оригинал материала
Заработать на «Газпроме». Что происходит с бизнесом российских экспортеров
В первые недели после торгов на Мосбирже, остановленных с 28 февраля по 24 марта, одной из главных инвестидей стала покупка акций экспортеров, выигрывавших от ослабления рубля и роста цен на большинство товаров. Но по мере укрепления рубля и ужесточения санкций эта стратегия становилась все менее очевидной. Специально для очередного выпуска рассылки Bell.Инвестиции мы решили разобрать, как дела у главных экспортеров (подписаться на нее можно здесь).
После начала войны многие публичные российские компании с разрешения ЦБ и правительства отказались от публикации отчетности. Это осложняет анализ, поэтому мы попросили профильных аналитиков рассказать, что происходит с бизнесом отдельных эмитентов и отраслях в целом.
Нефть
Ситуация в отрасли
Цены на нефть начали расти еще в 2021 году благодаря постпандемийному восстановлению спроса. «Роснефть», к примеру, благодаря этому на днях объявила о рекордных в ее истории дивидендах. Но с началом войны многие западные компании и трейдеры отказались закупать российскую нефть или потребовали большой дисконт из-за санкционных рисков: к концу мая он вырос до 30% к ценам на мировой эталонный сорт Brent (то есть примерно на $30–35 по сравнению с историческим средним дисконтом в $1,5).
В результате в апреле, по данным МЭА, поставки России на мировой рынок снизились на 1 млн баррелей в сутки (б/с). Для сравнения: в январе российский экспорт составлял около 8 млн баррелей нефти и нефтепродуктов в сутки. Из них больше половины приходилось на страны Евросоюза.
Возросшие дисконт и издержки на доставку до сих пор компенсировались ростом цен на мировом рынке и падением рубля в феврале–марте. В результате в первые четыре месяца года Россия получала от экспорта нефти по $20 млрд в месяц — на 50% больше, чем в тот же период годом ранее, отмечал Bloomberg. Стремление западных стран отказаться от российской нефти, приверженность ОПЕК+ стратегии сдерживания добычи и низкий уровень запасов и свободных мощностей в мире поддерживали стоимость нефти, объяснялось в стратегии аналитиков «Финама».
Главная новость, которая может повлиять на отрасль в долгосрочной перспективе, пришла в начале этой недели: после долгих споров страны ЕС все-таки согласовали шестой пакет санкций, включающий нефтяное эмбарго на поставки морем в течение следующих 6 месяцев и нефтепродуктов — в течение следующих 8 месяцев. Одновременно ОПЕК+ под давлением США на этой неделе объявил об увеличении темпов роста добычи в июле–августе.
На морские перевозки приходится 75% российского нефтяного экспорта в Европу. Получать нефть из России по трубопроводу «Дружба» в виде исключения разрешат четырем странам — Венгрии, Чехии, Словакии и Болгарии. Остальные две — Германия и Польша — должны отказаться от отбора нефти из «Дружбы» до конца 2022 года. В итоге эмбарго может закрыть рынок ЕС для России почти полностью.
Как ни странно, рынок на эти события отреагировал незначительно. Акции «Лукойла» во вторник упали на 3,6%, «Роснефти» — на 1,8%. Эмбарго ЕС на поставки нефти из России уже было учтено в цене, объясняет Кирилл Комаров, руководитель департамента инвестиционной аналитики «Тинькофф Инвестиций».
В связи с эмбарго возникает два вопроса, от ответа на которые зависят долгосрочные перспективы российских нефтяных компаний:
- Смогут ли нефтяные экспортеры обойти санкции?
О том, какие возможности у российских компаний остаются для обхода санкций, мы рассказывали здесь. Целенаправленная ликвидация морского импорта российской нефти и нефтепродуктов в ближайшие 6–8 месяцев также, вероятно, окажется трудновыполнимой на практике, отмечают аналитики BCS Global Markets. По их мнению, большой объем нефти и нефтепродуктов продолжит поступать в Европу — либо открыто, либо по «серым» схемам. Но обход санкций будет стоить дорого и потребует больших усилий.
- Насколько успешно российские нефтяники смогут перенаправлять поставки в Азию?
Аналитики норвежской Rystad Energy оценили для Reuters, что Россия сможет найти покупателей в других странах только на треть выпадающего из-за эмбарго объема. Опрошенные The Bell аналитики также указывают на удорожание логистики (страны ЕС намерены ввести запрет и на страхование танкеров, перевозящих российскую нефть) и на необходимость соглашаться на условия покупателей в виде серьезных скидок.
Проблема в перенаправлении поставок в Индию и Китай в том, что это не «премиальные» каналы и ценообразование контрактов с этими странами не будет таким же привлекательным, как с Европой, говорит главный аналитик «Открытие Инвестиций» по нефтегазовому сектору Алексей Кокин. Кроме того, мощности трубопровода в Китай (ВСТО) и подключенных к нему месторождений не позволяют серьезно увеличить поставки, поэтому наращивание будет происходить в основном за счет морских перевозок, которые будут обходиться дороже.
Перенаправлению поставок может помешать и новый запрет на страхование морских перевозок в третьи страны, вступающий в силу с конца 2022 года. Покрытие 95% мировых танкерных перевозок обеспечивает зарегистрированная в Британии ассоциация профильных страховщиков International Group of P&I Clubs, которая должна будет соблюдать санкции ЕС.
Во второй половине года добыча в России может снизиться больше чем на 2 млн б/с (до 9 млн б/с) относительно февральского уровня. Это вполне можно описать как «управляемый сценарий» — подобное падение наблюдалось и в мае 2020 года, напоминает Кокин. Это соответствует прогнозу по снижению добычи нефти до 480–500 млн тонн в год, который 26 мая (то есть еще до введения эмбарго ЕС) дал вице-премьер и министр энергетики Александр Новак. Ситуация с добычей будет зависеть от того, насколько сильное давление окажет на российские нефтяные компании запрет страховых операций, — и исключать, что к концу года добыча упадет на 3 млн б/с, нельзя, считает он.
Но это не обязательно означает пропорциональное снижение экспортной выручки. Снижение добычи, вероятно, уменьшит избыток российских сортов нефти на рынке, что может снизить ее дисконт с аномально высоких $30–35 за баррель до более умеренных $10–15 за баррель, прогнозировали аналитики «Финама».
Ситуация с добычей нефти в России также зависит от того, какую стратегию выберут российские нефтяные компании и власти: признают ли они необходимость сокращения добычи (как в 2020 году) или сделают приоритетом поддержание производства, чтобы сохранить уровень добычи на будущее, рассуждает Кокин. Первый сценарий (к которому недавно призывал совладелец «Лукойла» Леонид Федун. — The Bell) избавит компании от мучительных попыток искать покупателей за любую цену и может повлиять на мировые цены — выпадающие 3 млн б/с ни Саудовская Аравия, ни другие страны в ближайшие месяцы компенсировать не смогут. Это даст России некую переговорную позицию, считает эксперт. Во втором сценарии российская добыча может остаться сравнительно высокой (9–10 млн б/с), но дисконт может сильно вырасти — скажем, до $50 за баррель, говорит Кокин. По его словам, вчерашнее повышение квоты ОПЕК+ (картель согласовал рост добычи в июле–августе на 648 000 б/с вместо планировавшихся 432 000) не окажет значительного влияния на рынок, однако оно поднимает вопрос: готовы ли Саудовская Аравия и другие страны к более серьезному наращиванию добычи, когда закончится срок действующих ограничений.
Среди рисков для отрасли на горизонте до конца года — возможная глобальная рецессия. Сейчас рынки, если судить по ценам на нефть, скорее закладываются на стагфляцию, отмечает Комаров.
Что с компаниями
На горизонте 6–8 месяцев пострадают все российские нефтяные компании, считает Кокин: государственные — будут решать вопросы обхода санкций, частные — стабилизации экспортных поставок в условиях, когда у них мало выходов на азиатские рынки.
Все компании нефтяной отрасли (как и многие другие) отказались от публикации отчетности за первый квартал, поэтому достоверно узнать, что происходит с их бизнесом, сложно, отмечает Комаров. В меньшей степени от эмбарго, по его словам, может пострадать «Роснефть», так как компания давно ориентируется на восток, в том числе укрепляя связи с Индией. В декабре 2021 года «Роснефть» и Indian Oil договорились о поставке в 2022 году до 2 млн тонн нефти, а в апреле издание Economic Times со ссылкой на источники написало о том, что министерство нефти и природного газа Индии просит госкорпорации рассмотреть покупку доли BP в «Роснефти».
«Роснефть» является долгосрочным фаворитом за счет перспектив развития проекта «Восток Ойл» — его местоположение позволяет полностью ориентировать потоки на страны Азиатско-Тихоокеанского региона, пишут аналитики «Финама».
У «Лукойла» свои преимущества: у него высококачественная переработка и хорошая дистрибуция внутри России, поэтому компания меньше пострадала от падения экспорта нефтепродуктов в последние месяцы, говорит Кокин.
«Татнефть» экспортирует практически всю свою нефть по трубопроводам и, таким образом, сможет полностью избежать проблем с морской логистикой, отмечали аналитики Газпромбанка. Кроме того, компания не производит мазут, наиболее чувствительный в ситуации эмбарго нефтепродукт.
Газ
Ситуация в отрасли
Ограничения на поставки газа Евросоюз пока не вводит — такая мера стала бы еще более болезненной для экономики Европы, говорит Комаров. От российского газа отказываются страны, которые в небольшой степени от него зависят или имеют необходимую инфраструктуру для того, чтобы принимать СПГ. Пока «Газпром» остановил поставки газа в Финляндию, Польшу и Болгарию, на днях Дания и Нидерланды объявили о том, что они не будут покупать российский газ за рубли.
Цены на газ в Европе продолжают находиться на аномально высоких уровнях — выше $1000 за тысячу кубометров, отмечают аналитики «Финама». При этом текущие планы по снижению импорта достаточно амбициозны: МЭА полагает, что к концу года можно снизить поставки из РФ на 33–50%, а Еврокомиссия прогнозирует их снижение на 2/3. По мнению аналитиков «Финама», выполнение необходимых для этого целей за один год маловероятны. Рынок СПГ еще до «спецоперации» находился на грани дефицита во многом благодаря непрерывно растущему спросу со стороны Китая, отмечают аналитики.
В любом случае, общее направление для российской газовой отрасли — не самое оптимистичное: на горизонте пяти лет отказ Европы от российского газа выглядит реалистичным, говорит Кокин.
Что с компаниями
В январе–мае «Газпром», по предварительным данным, добыл 211,4 млрд куб. м газа, сообщила недавно компания. Это на 4,8% меньше, чем в прошлом году. При этом экспорт рухнул сразу на 27,6% год к году. Но, как отмечают аналитики ВТБ, высокие цены на газ в Европе «нивелируют» снижение объемов экспорта.
Российский рынок акций, где после блокировки нерезидентов доля частных инвесторов уже превысила 70%, характеризуется очень высоким спросом на дивидендные истории, отмечает Василий Карпунин, начальник управления информационно-аналитического контента «БКС Мир инвестиций». На прошлой неделе «Газпром» объявил о рекордных в своей истории дивидендах, доходность по которым превысила 17%. Доходы в 2022 году, вероятно, будут не ниже прошлогодних, считает Карпунин. Ключевой риск для компании — снижение высокомаржинальных поставок в ЕС, отмечает эксперт. Также есть опасения по поводу падения цен на газ в 2023 году.
«Новатэк» — одна из немногих «историй роста» на российском рынке — в большей степени может пострадать от запрета на импорт иностранного оборудования, введенного в марте. Компания сильно зависит от западных технологий, отмечали аналитики «Финама». В России существует собственная технология для производства СПГ — «арктический каскад», который был использован на 4-й очереди «Ямал СПГ». Но она оказалась проблемной — ввод очереди несколько раз переносился, а ее мощность составляет лишь 0,95 млн т в год, считают эксперты.
Запрет, скорее всего, сделает невозможным завершение второй линии «Арктик СПГ-2» (завершена на 40%) и третьей (не начата), отмечали аналитики BCS Global Markets. Реализация дальнейших проектов, таких как «Арктик СПГ-1» и «Арктик СПГ-3», крайне маловероятна.
Более 80% газа и 40% жидких углеводородов компания поставляет на внутренний рынок. Эти объемы защищены от санкций, но российский рынок — не самый маржинальный для компании, отмечали аналитики БКС. Порядка 40% выручки «Новатэка» приходится на реализацию продуктов переработки газового конденсата с высокой добавленной стоимостью. Из них чуть более 60% уходило в США и ЕС, около 36% поставлялось в страны АТР.
Тем не менее бизнес «Новатэка» выглядит достаточно устойчиво, считают аналитики «Финама»: поставки СПГ, в отличие от трубопроводного экспорта, без проблем можно перенаправить в Китай, который на данный момент является его крупнейшим импортером. Кроме того, TotalEnergies, владеющий долей в «Ямал СПГ», сообщил, что продолжит выполнять свои контрактные обязательства, пока санкции позволяют ему делать это. Сочетание стабильных поставок и аномально высоких цен на газ позволят компании показать сильные результаты в 2022 году, считают аналитики.
Черная металлургия
Ситуация в отрасли
На основные проблемы отрасли правительству указала ассоциация «Русская сталь» (объединяет крупнейшие российские компании черной металлургии, в том числе «Северсталь», ММК, НЛМК и Evraz), сообщал на прошлой неделе РБК. Источники издания уточняли, что ассоциация отправила письма в профильные министерства. Металлурги просят уменьшить налоговую нагрузку, но пока правительство навстречу отрасли не идет.
15 марта ЕС ввел запрет на часть стальной продукции из России, исключив из-под запрета слябы и железную руду, однако из-за того, что контролирующие акционеры «Северстали» и ММК попали под санкции, доступ на европейские рынки для них сейчас ограничен. Традиционно российские сталевары экспортировали примерно половину своей продукции, причем европейский рынок являлся для них ключевым, говорит главный аналитик «Открытие Инвестиций» по российскому рынку акций Алексей Павлов.
В результате металлурги частично переориентировали экспорт в Китай и Турцию, где компаниям, как и российским нефтяникам, приходится давать большие скидки: они могут достигать 30%. Рост стоимости фрахта и укрепления рубля делает поставки в Китай нерентабельными, отмечала ассоциация. К тому же в мае цены на сталь на мировом рынке вернулись на уровни конца 2021 года после быстрого роста из-за опасений по поводу замедления темпов роста экономики Китая.
Сократившийся экспорт стали будет сложно перенаправить на другие рынки, в отличие от сырьевых товаров (нефти, газа, угля или руды), на которые есть спрос в быстрорастущих странах Юго-Восточной Азии, пишут в своей стратегии по металлургическому сектору аналитики «Финама». Китай, Индия и Япония — лидеры мировой черной металлургии. Только Китай производит более половины всей стали в мире, а весь регион, включая Южную Корею, — более 70%. Производители из этих стран уже успешно делят европейские квоты России на поставку проката, отмечают эксперты. Более вероятно, что эти объемы окажут давление на цены внутреннего рынка металлопродукции.
При этом на внутреннем рынке цены регулируются государством: еще в марте Минпромторг ограничил маржу металлургов на нем до 20–25%, обсуждаются новые меры регулирования цен. Одновременно спрос из-за падения экономики замедлится: по прогнозу Всемирной ассоциации стали, объем потребления стали в России в этом году упадет на 20%.
В результате ММК уже сократил выпуск продукции на 40%. «Северсталь» также предупредила о риске падения объемов производства на 20–40% уже в июне, заявляют в «Русской стали». В моменте такие темпы падения по сравнению с предыдущим годом могут возникать вследствие более длительных, чем планировалось изначально, ремонтов доменных печей, говорит Борис Синицын, глава аналитической группы по металлургии и горнодобывающему сектору ИК «Ренессанс Капитал». Но сокращение производства происходит при убыточных продажах. По итогам 2022 года падение производства может быть чуть меньше, так как ремонтные работы длятся не весь год и часть полуфабрикатов экспортируется на региональные рынки вне России, где прибыльность сохраняется, отмечает эксперт.
Основными драйверами роста для сектора могут стать рост экспортных цен на сталь вслед за возобновлением экономической активности в Китае и сокращением производства из-за низкой маржинальности, налоговые послабления и окончание перестройки цепочки поставок/продаж, говорит Синицын. Рост оборотного капитала, дисконт цен реализации по сравнению с бенчмарками и, как следствие, более низкие денежные потоки, чем того ожидает рынок, — главные риски для сектора в 2022 году.
Финансовые показатели металлургов в текущем году сильно просядут, дивидендов не будет либо они кратно сократятся, прогнозирует Павлов из «Открытие Инвестиций». В таких условиях их акции сложно назвать привлекательными. До какого уровня сократится маржа, пока прогнозировать трудно, отмечает он. Кроме того, еще кто-то из компаний может попасть в санкционный список (SDN list) США.
Что с компаниями
«Северсталь» больше остальных сталелитейных компаний пострадала от санкций ЕС — Европа приносила ей более трети выручки, отмечают аналитики «Финама». Попадание компании в SDN Liist Минфина США де-факто закрывает для нее экспортные рынки в принципе — очевидно, это главный пострадавший среди наших черных металлургов от санкций, говорит Павлов из «Открытие Инвестиций».
ММК, в основном ориентированный на внутренний рынок, который обеспечивает компании более 70% выручки, уже не выглядит более устойчивым, хотя компания лучше прочих защищена от прямого воздействия санкций, говорится в стратегии «Финама».
Надежнее в такой ситуации выглядит положение НЛМК, считают в «Финаме». В настоящее время ни НЛМК, ни ее основной владелец Владимир Лисин, контролирующий 79,3% акций, не попали под прямые санкции, чего нельзя полностью исключить в будущем. От введения четвертого пакета санкций ЕС номенклатура экспортной продукции группы НЛМК пострадала минимально.
В ЕС находится 23% мощностей НЛМК по производству проката (в США— 19%), на которые компания поставляет стальные слябы, а они под ограничения пока не попали. Во всяком случае менеджмент НЛМК утверждает, что поставки продукции в Европу и США идут в прежнем режиме, пишут аналитики «Финама».
Таким образом, благодаря удачной конфигурации производственных активов у НЛМК есть хорошие шансы сохранить структуру своего экспорта, в то время как на внутренний рынок РФ и СНГ приходится только чуть более 40% продаж компании. Кроме того, группа НЛМК в высокой степени обеспечена собственными ресурсами и меньше зависит от цен на сырье.
Цветная металлургия
Ситуация в отрасли
«Русал» и «Норникель» не столкнулись с прямым санкционным давлением — металлы, которые они производят, необходимы для декарбонизации и «зеленого перехода». С учетом весомой доли российских цветных металлов на глобальных рынках их риски попасть под санкционный запрет импорта выглядят незначительными, отмечают аналитики «Финама». Угроза внутренних запретов на экспорт, по их мнению, также не выглядит серьезной: Россия экспортирует более 70% производимого алюминия и меди, более 80% никеля и более 90% палладия.
Что с компаниями
«Русал» — крупный игрок на глобальном рынке алюминия. Контрольный пакет принадлежит холдингу En+, совет директоров которого на 2/3 состоит из граждан США и Великобритании, кандидатуры которых согласовываются с Минфином США — то есть компания де-факто управляется не российскими гражданами, обращает внимание Павлов. Еще в конце февраля представители США заявляли, что не рассматривают санкций против российского алюминиевого сектора.
Но компания импортирует значительную часть сырья (глинозема), и это уже вызывает проблемы, отмечают аналитики «Финама». В марте ей пришлось остановить работу своего Николаевского глиноземного завода в Украине. Затем Австралия ввела запрет на экспорт в Россию своего глинозема. Суммарно это 20% от потребностей алюминиевых заводов производителя.
С учетом возможной продажи ирландского глиноземного комбината Aughinish (об этом еще в апреле писало издание The Irish Times, но пока новостей о завершении сделки не было) компания может лишиться 40% сырья, говорит Павлов из «Открытие Инвестиций».
Впрочем, Rusal уже активно начал закупать глинозем в Китае, тогда как рекордные цены и спотовые премии на алюминий способны в перспективе компенсировать негативный эффект (средняя цена реализации алюминия компанией в прошлом году была на уровне $2553 за тонну, в текущем — превысит $3000), отмечает эксперт. В то же время на внутренний рынок, где в моменте правительством предпринимаются серьезные усилия по фиксации цен на уровнях ниже общемировых, приходится лишь четверть продаж UC Rusal, а значит, эти инициативы будут иметь ограниченно негативный эффект для компании, считает Павлов. «В результате мы ждем роста финансовых показателей UC Rusal в текущем году, кратного сокращения размера чистого долга, падения левериджа примерно до 0,5х и возвращения к выплатам дивидендов. С этой точки зрения потенциал роста акций компании на годовом горизонте представляется нам значительным», — говорит эксперт.
«Норникель» представляется наиболее устойчивым эмитентом среди всех металлургов. Это один из ведущих игроков на глобальном рынке меди и никеля, а также крупнейший в мире производитель палладия (40% мирового предложения), говорит Павлов. Внутри страны реализуется только порядка 10% продукции в денежном выражении.
Любые экспортные ограничения для «Норникеля» приведут к кратному росту мировых цен на металлы. А это — огромный риск для бесперебойной работы мирового автопрома и полупроводниковой промышленности. Введение таможенных пошлин на медь со стороны ЕС/США также может дорого обойтись для глобальной промышленности — «Норникель» в этом случае сможет реализовывать медный концентрат в Китай.
Вдобавок, если базовые металлы экспортируются морским транспортом, то поставки МПГ осуществляются на мировой рынок авиарейсами через дружественные страны, так что о логистических проблемах здесь речи не идет, говорит Павлов. Таким образом, санкционные риски для компании в сегодняшних условиях представляются минимальными, тогда как возможные локальные проблемы будут с лихвой компенсированы благоприятной ценовой конъюнктурой. Все это придает очень хорошую устойчивость акциям компании и делает их отличным защитным активом в сегодняшних реалиях, отмечает Павлов.
Отсутствие санкций уже учтено в котировках акций — они упали всего на 10% с начала года, говорит Синицын из «Ренессанс Капитал». Однако риск, по его словам, заключается в том, что рынок палладия граничит с профицитом из-за снижения производства автомобилей с бензиновыми двигателями в мире, что делает текущий уровень цен на палладий в 2–2,5 раза выше фундаментально обоснованных значений, отмечает эксперт.
В результате, в отличие от большинства металлургов, «Норникель» не отказался от выплаты итоговых дивидендов. Выплаты за 2022 год в абсолютном выражении могут оказаться не ниже, чем за 2021 год, — благодаря высоким ценам на производимые «Норникелем» металлы, говорит Павлов.
Уголь
Ситуация в отрасли
ЕС утвердил эмбарго на поставки угля из России в апреле, оно вступит в силу в августе 2022-го. Однако уже после начала войны потребители начали отказываться от угля из России: в марте–апреле его экспорт упал на 20%, отмечал представитель Минэнерго.
Поставки коксующегося угля в Европу были минимальны, однако перенаправление энергетического угля на восток (более 50 млн т угля в год) ухудшит пропускную способность на железной дороге и по факту уже приводит к отставанию объемов продаж от производства у всех угольщиков, отмечает Синицын.
При этом самый большой риск — это падение цен на коксующийся уголь, считает эксперт. Текущая цена ($450/т) превышает фундаментально обоснованный уровень в 2,6 раза, отмечает Синицын. Сезонная коррекция цен часто происходит вместе с нормализацией поставок из Австралии в мае–сентябре, когда сезон ураганов на этом континенте заканчивается.
Что с компаниями
Для российских угольных компаний эмбарго ЕС не выглядит смертельным: доходы от поставок в ЕС по итогам 2021 года составили всего 13% от выручки угольного дивизиона «Мечела» и 10% от продаж угольного концентрата для «Распадской», отмечали аналитики БКС. При этом аналогичная доля азиатских покупателей составила 56% и 38% соответственно.
«Мечел» долгое время испытывал финансовые проблемы, вызванные высокой долговой нагрузкой, пишут эксперты. Из-за недостаточных инвестиций производство постепенно снижалось. В прошлом году благоприятная конъюнктура на рынке угля помогла компании показать лучшие финансовые результаты с 2013 года. Если этот окажется не хуже, то «Мечел» сможет ощутимо сократить долговую нагрузку и провести модернизацию производства, отмечают аналитики БКС.
Основным риском для «Распадской», по всей видимости, является возможное расширение санкций против Evraz (пока попал только под британские санкции), являющегося ее контролирующим акционером, отмечает Павлов из «Открытие Инвестиций».
Золотодобыча
Ситуация в отрасли
Золотодобывающие компании традиционно рассматриваются инвесторами как ставка на золото с плечом, говорит Комаров из «Тинькофф Инвестиций». В отличие от нефти, потенциальное эмбарго на поставки золота из России бессмысленно — его легко переплавить, скрыв таким образом происхождение драгметалла, отмечает Комаров.
В условиях повсеместно растущих ставок ожидать от золота позитивной динамики непросто, отмечает Павлов из «Открытие Инвестиций». По его словам, даже геополитические риски и возможный повышенный спрос со стороны мировых ЦБ в лучшем случае стабилизируют, но не разгонят цены на фоне тотального ужесточения монетарной политики.
Второй фактор, который влияет на акции золотодобытчиков, — курс рубля, отмечает Павлов. Тут тоже сейчас все выглядит не слишком радужно для золотодобытчиков: рубль также выглядит сейчас очень крепко на фоне высоких экспортных доходов при резком сокращении импорта, даже несмотря на попытки регулятора изменить данный тренд.
Что с компаниями
В случае введения санкций «Полюс» представляется более устойчивой компанией, чем «Полиметалл»: практически все добываемое золото он реализует на внутреннем рынке, говорит Комаров.
Основной драйвер для акций «Полиметалла» — принятие решения по разделению компании, говорит Синицын из «Ренессанс Капитал». В зависимости от формы сделки по разделению это позволит акционерам получить оценку российского бизнеса, которая сейчас, судя по цене акции на Лондонской бирже, равна нулю (и это несмотря на то, что он приносит 60% прибыли всей компании).
Возможность разделения бизнеса компании, вероятно, не является оптимальным решением с точки зрения сохранения акционерной стоимости для сегодняшних акционеров, не согласен Павлов.
Для инвесторов ситуация с акциями «Полиметалла» осложняется тем фактом, что головная структура находится в британской юрисдикции — это, к примеру, делает невозможной выплату дивидендов всем акционерам в сегодняшних реалиях, говорит Павлов. «На наш взгляд, акции „Полюса“ адекватно оценены рынком, тогда как бумаги „Полиметалла“ дешевы из-за упомянутых рисков», — отмечает эксперт.
Электроэнергетика
Ситуация в отрасли
Сектор зачастую считается защитным, потому что спрос на электроэнергию — относительно стабилен. Во-первых, потребление электроэнергии в России характеризуется умеренной зависимостью от динамики ВВП, отмечают аналитики Газпромбанка. Во-вторых, не менее половины выручки электрогенерирующих компаний приходится на квазирегулируемые компоненты, где цены не имеют непосредственной зависимости от рыночной конъюнктуры.
Пока сектор действительно демонстрирует относительную устойчивость, отмечает ведущий аналитик «Открытие Инвестиций» по электроэнергетике Тимур Хайруллин. За январь–май энергопотребление в РФ увеличилось на 2,5% год к году, при этом ВВП уже в апреле стал демонстрировать снижение (-3%). На весь год прогнозируется снижение ВВП порядка 10%, тогда снижение энергопотребления может составить около 3–7%, говорит эксперт.
В целом можно ожидать различных финансовых показателей компаний исходя из географии их деятельности и состояния потребителей, но драматического падения выручки ждать не стоит, так как рост тарифов и цен на рынке может поддержать финансовое состояние компаний, отмечает Хайруллин. Долгосрочным риском для отрасли являются возможные сложности с импортным оборудованием, говорит эксперт.
Что с компаниями
В мае «Интер РАО» (единственный оператор экспорта и импорта электроэнергии в РФ) лишился ключевого для себя рынка сбыта за рубежом — Финляндии. Также прекращен импорт российского электричества в Литву. Отказ европейских стран от импорта электроэнергии «Интер-РАО» может привести к дополнительным потерям выручки на 5–8% и не окажет критического воздействия на устойчивость бизнес-модели компании, отмечает Хайруллин. Общий объем внешнеторговых операций компании составляет около 10%, причем около половины этого экспорта продолжится, так как он осуществлялся в неевропейские регионы, говорит эксперт.
Дополнительная возможность для «Интер РАО» — покупка активов уходящих из России зарубежных энергетических компаний. Слухи о том, что компания может приобрести доли иностранных инвесторов в «Enel Россия» и «Юнипро», на рынке ведут уже несколько лет. У компании огромная финансовая подушка: на ее счетах — больше $3 млрд, отмечали недавно аналитики ВТБ.
При этом текущая суммарная капитализация «Enel Россия» и «Юнипро» не превышает 100 млрд рублей, что даже меньше, чем годовая EBITDA «Интер РАО», обращает внимание Хайруллин. По его мнению, с учетом вынужденной продажи условия сделки могут быть привлекательными для покупателя, а дополнительная EBITDA позволит пережить увеличение долговой нагрузки.
По его мнению, в секторе наибольший интерес для инвестора могут представлять акции с повышенной дивидендной доходностью: ОГК-2, «Мосэнерго», префы «Ленэнерго», «Русгидро», ТГК-1, «Россети Урала», «Россети — Центра и Приволжья». Ориентиром может служить уровень в 10% (по прогнозу «Открытие Инвестиций», в ближайшем году ключевая ставка может опуститься ниже этого уровня).