Оригинал материала
В обход Кремля
Пропаганда готовила ее к публичной казни. Вот она. Нацистка. Убийца. "Азовка". У нее руки по локоть в татуировках. Мы ее схватили, арестовали и будем судить страшным судом. И вдруг – сюрприз. "Тайру" (украинского волонтера Юлию Паевскую)... отпускают. Она возвращается из русского плена в Киев. Как? Почему?! А был обмен. Такой. Междусобойчик. Вытаскивали сына видного чеченского чиновника. Москву предупредить забыли. Кремль в ярости и в страхе перед Рамзаном одновременно.
А также: Москва угрожает Литве страшными карами за остановку транзита в Калининград санкционной продукции. Киеву опять грозят "ударами по центрам принятия решений" за подрыв буровых платформ.
Война на сто фронтов. В эфире депутат Европарламента от Литвы Раса Юкнявичене, военный аналитик Александр Коваленко и публицист Леонид Швец. Ведет программу "Лицом к событию" Елена Рыковцева.
Видеоверсия программы
Жалко мальчика. Папа в последнее время явно не дружит с головой
Елена Рыковцева: Мы наметили для обсуждения несколько событий, но последнее из них, которое мы совершенно не намечали, случилось только что. Сын Дмитрия Медведева все-таки вернулся из Соединенных Штатов и немедленно по возвращении вступил в партию "Единая Россия". Папа поддерживает решение сына вступить в партию. "Ненормально, – сказал Дмитрий Медведев (его слова передает его помощник для РИА "Новости"), – когда родные российского руководства занимают невнятную позицию". Это очень любопытное заявление.
С нами Леонид Швец. То есть Дмитрий Медведев заявляет, что родные теперь должны занять, приезжает мальчик и тут же занимает. Что вы об этом скажете?
Леонид Швец: Жалко мальчика. Папа в последнее время явно не дружит с головой, ведет себя, мягко говоря... Как бы мы ни относились к статусу президента России, но все-таки это некий исторический статус. Этот человек руководил огромной страной. Ведет себя как… Жириновский, наверное, вел себя похитрее, а этот мелет что-то такое несуразное. И тут бы детям как-то... Не хочется, чтобы это была история с Ноем, над голым папой смеяться тоже неудобно, но и вступать в партию "Единая Россия" – тоже такой поступок, который характеризует этого молодого человека как не очень умного, прямо скажем.
Светлое пятно в этой темной истории в том, что Юлия сейчас в Киеве
Елена Рыковцева: Он, наверное, хочет как-то его поддержать, но есть же другие способы лечения, как нам с вами кажется.
Тут произошла гораздо более серьезная и совершенно фантастическая история. Сейчас в госпитале в Киеве находится Юлия Паевская – это человек, у которого масса друзей в Киеве, ее очень любят. Когда она попала в плен, ее друзья встали, извините меня за выражение, просто на уши и просили всех иностранных корреспондентов включиться в то, чтобы ее освободили. Но самый тревожный звонок для них прозвучал, когда из Юлии Паевской стали делать фашистку, нацистку на федеральном телевидении. Тогда они действительно отчаялись и сказали, что, скорее всего, нам ее не видать, потому что над ней явно готовят показательный процесс. И вдруг она невероятным чудом оказывается в Киеве. Посмотрим сюжет.
Текст скопирван
width px height px
The URL has been copied to your clipboard
No media source currently available
0:00 0:03:35Елена Рыковцева: Исключительно темная история. Светлое пятно в ней в том, что Юлия сейчас в Киеве. Мы пытались с ней связаться, ей передали наше приглашение; она очень слабенькая, она истощена, она знает, что мы ее ждали. Но ее друзья абсолютно счастливы – это очень важно.
История весьма поучительная, в первую очередь для таких российских пропагандистов, как Куксенкова и ей подобные
Вторую часть этой истории мы будем сейчас обсуждать: каким образом все это случилось и что это может означать – вот такие обмены, о которых не знает Кремль, людей, которых вообще-то предписано сделать жупелами. В сюжете еще не прозвучало, что ей вообще-то приписывали убийства этих несчастных детей. Было бы довольно странно выпускать убийцу двоих малышей, которых она, видимо, пыталась отвезти на органы. Но тем не менее сейчас военные корреспонденты, которые распространяли о ней эти страшные слухи, эти ужасные россказни, отматывают назад и говорят: да, наверное, она все-таки не такая нацистка, как нам казалось.
С нами на связи военный эксперт Александр Коваленко. Как вы видите всю эту схему? Какие выводы мы должны сделать из этой прямой чеченско-украинской схемы обмена?
Александр Коваленко: История весьма поучительная, в первую очередь для таких российских пропагандистов, как Куксенкова и ей подобные. Эта история достаточно ярко демонстрирует, каково в целом место так называемых военкоров в общей иерархии событий, точно так же, как и разных говорящих голов так называемых "ДНР" и "ЛНР".
Когда Тайру взяли в плен – с 15 на 16 марта, это было самое начало наиболее ожесточенных боевых действий. На тот момент российские оккупационные подразделения, российское командование считало, что пускай у них не получается в режиме блицкрига, но все будет достаточно успешно через определенное время, где-то в будущем. Именно из Тайры планировали сделать такого черного трансплантолога в информационном контексте.
Дело в том, что еще с 2014–15 годов СБУ достаточно серьезно занимается делом такого персонажа, как Елизавета Глинка, доктор Лиза. В СБУ на данного персонажа оформлено достаточно серьезное дело, в котором описывается, как она вывозила детей из Луганской и Донецкой областей и эти дети впоследствии пропадали на территории РФ. Именно этот человек, доктор Лиза, считается в Украине черным трансплантологом, она являлась посредником, также занималась этим еще и в Сирии с 2015 года, когда началась на официальном уровне военная операция в Сирийской Арабской Республике. То есть фактически именно Тайрой пытались компенсировать подобного рода военные преступления, которые прекрасно известны и имеют развитие в законодательной плоскости у наших силовых структур.
Однако дальше все пошло намного хуже, чем могли себе представить в российском командовании, поскольку пошли тотальные проигрыши на арене боевых действий, в Черниговской, Киевской, Сумской областях. Тотальное фиаско завершилось фактическим бегством из этих областей, кроме того, у вооруженных сил Украины стало появляться огромное количество пленных из состава российского оккупационного контингента. Среди этих пленных, которых в очень большом количестве демонстрировали в видеосюжетах, новостях, просто в социальных сетях, нет только представителей рядового состава. На сегодняшний день мы можем говорить не о десятках, не о сотнях, а о тысячах российских военнопленных, среди которых очень много офицеров не ниже майоров. Их, конечно, не показывают по телевидению, но об этом прекрасно известно российскому командованию: в каком количестве кто находится в плену у ВСУ.
С этого и начинаются самые интересные моменты – обмениваться-то надо. Рядовой на рядового – это понятно, идет обмен один на один, а когда речь заходит о высшем руководящем составе либо о среднем звене руководящего состава, офицерском составе, тут уже совсем другие фигуры. Изначально хотели сделать информационный контекст в рамках общей всероссийской пропаганды и стали приписывать убийства, трансплантации, стали приписывать ей то, что она неонацистка и тому подобное, но совершенно неожиданно все резко нивелировалось для самих же пропагандистов, которые два месяца поддерживали эти нарративы в отношении Юлии.
Елена Рыковцева: Я должна вернуться в начало вашего выступления по поводу доктора Лизы, которая давно погибла в авиакатастрофе. Скажите, пожалуйста, она до того, как погибла, знала об этих преступлениях, которые ей инкриминируют в Украине? Я, например, впервые слышу о том, что ей инкриминируют продажу органов.
Александр Коваленко: Это появилось еще в 2014–15 годах. Заведены уголовные дела, Службой безопасности Украины велись расследования ее деятельности на временно оккупированных территориях Луганской и Донецкой областей. Обвинения подобного рода с нее не сняты, даже несмотря на то, что она погибла. Помимо доктора Лизы в этой схеме были еще другие представители – это была целая сеть по вывозу детей, в первую очередь из детских домов. Дети-сироты из Луганской и Донецкой областей вывозились на территорию РФ и со временем попросту пропадали из вида всех надзирательных органов, их дальнейшая судьба неизвестна.
Это демонстрация того, насколько пренебрежительно относятся высокопоставленные представители силовых структур ко всем нижестоящим пешкам
Елена Рыковцева: Я не готова обсуждать эту историю, потому что мне о ней ничего неизвестно. Вернемся к Тайре. У всех шок, похоже, что у Кремля тоже, потому что в конце концов НТВ готовило ее для публики по указанию условного Громова, и вдруг она выскальзывает из рук. Как вы видите цепочку этого прямого обмена чеченцами – своего человека забрать, а эту отдать?
Александр Коваленко: Я не могу говорить о том, что в этой цепочке главную роль сыграл элемент кадыровцев. С другой стороны, я могу сказать, что в любом случае это не происходило без ведома российских структур. Какая именно силовая структура отвечала непосредственно за сам обмен, при содействии, по просьбе представителей кадыровского пула, либо при его отсутствии, либо был обмен на совершенно другого человека… Я не исключаю даже варианта, что был обмен какого-то высокопоставленного офицера, который находился в плену. Могут быть совершенно различные варианты.
Елена Рыковцева: Есть шансы, что украинская сторона объявит, кого все-таки получила Россия взамен Юлии?
Александр Коваленко: Я этого не исключаю. Со временем мы, безусловно, узнаем, кто являлся главным персонажем этого обмена с украинской стороны, кого вернули Российской Федерации. Это демонстрация того, насколько пренебрежительно относятся высокопоставленные представители силовых структур ко всем нижестоящим пешкам, начиная от так называемых военкоров и заканчивая псевдоруководством, псевдопредставителями таких псевдообразований квазиреспубликанского масштаба, как "ДНР" и "ЛНР": все решается без них. За последнее время мне довольно часто задавали вопрос относительно судьбы вышедших с "Азовстали" "азовцев", а также относительно приговоренных к смертной казни представителей других государств так называемым судом так называемых "ДНР" и "ЛНР". Собственно, не играет никакой роли, что там решил так называемый суд, решать будут совершенно другие люди, а не эти чебурашки и марионетки.
Елена Рыковцева: У меня немножко другие ощущения: что как раз не эти люди, которые якобы будут решать, в данной ситуации оказались решалами. Ирина Куксенкова, теперь уже знаменитая дама, сначала говорила, что ее надежные, как автомат, источники говорят, что Юлия сидит в тюрьме "ДНР". Потом ее абсолютно надежные источники уже после всех опровержений чеченской стороны продолжали уверять, что было вот так, что все-таки представители Чечни обменивали ребенка на Юлию. Причем абсолютно понятно, и тут я как раз не соглашусь с Александром, что никакой Кремль в известность не поставлен, потому что у них уплыла из рук пропагандистская рыба, которую раскручивали как нацистку и убийцу. Вы допускаете такую возможность, что существуют прямые, без спроса, контакты того же Кадырова с СБУ?
Леонид Швец: Контакты могут быть неофициальные, закулисные, какие угодно. Могут быть контакты на уровне командиров бригад и бригады, которая стоит с другой стороны. Допустим, постоянная практика обмена телами. Что касается этого случая, безусловно, условием того, что какие-то следующие необходимые обмены любой из сторон… В этом случае заинтересованность украинской стороны была просто максимальной. Тайра – действительно легендарная фигура, ее надо было вытаскивать, уж не знаю, какой ценой. Гарантии того, что следующие варианты будут удаваться, таковы: то, какой ценой и как все это проходило, останется тайной. Это специфика этой операции, она должна остаться в своих деталях загадкой, потом в мемуарах напишут. Я бы не исключал варианты, что там на самом деле были обменяны какие-то другие люди. Я бы не исключал операции, когда взвешивали на весах – допустим, бог с ним, отказаться от информационной провокации; Тайру действительно должны были сделать какой-то страшной убийцей: смотрите, она – плевок в лицо всем скрепам, перед нами совершенно продвинутая женщина, еще и с татухами.
Тайра – действительно легендарная фигура, ее надо было вытаскивать, уж не знаю, какой ценой
На другой чаше весов могла быть действительно чья-то… Попался кто-то действительно важный. В качестве прикрытия могли скормить этой российской журналистке какую-то версию, которая имела большой резонанс, на нее отвлеклось внимание, и осуществился какой-то обмен, неизвестно на кого. Но при этом надо исходить из того, что мы этого не знаем, и страшно радоваться, что Юля сейчас среди нас. Она очень эффективный организатор волонтерской помощи, прежде всего медицинской, сейчас она очень нужна нам всем, дай бог ей здоровья, пускай поправляется. Я уверен, она вернется.
Елена Рыковцева: Я только хочу отметить, что версия, которую скормили журналистке, страшно невыгодна для имиджа того же Рамзана Кадырова в глазах и Кремля, и российского народа, что как же так, он ведет такого рода переговоры. Только что к нему приезжает начальник Росгвардии Золотов, стоит с ним на сцене в Грозном, вручает ордена и награды. И тут, оказывается, военному корреспонденту Первого канала скармливают, как вы говорите, версию о том, что Рамзан в обход Кремля ведет переговоры по поводу родственников своих представителей в Крыму. Это, конечно, крайне для него невыгодно, поэтому и последовали опровержения.
Я предлагаю посмотреть опрос москвичей, которых, как вы знаете, готовят к тому, что нет, никаких обменов с этими нацистами из "Азова", должен быть военный суд, они преступники, они ответят по закону. Мы спрашивали их: нужно ли обменивать?
Елена Рыковцева: С нами Раса Юкнявичене, депутат Европарламента от Литвы. Хотелось бы получить ваш комментарий по поводу этого опроса. Все-таки людям кажется важнее, чтобы своих возвращали домой, пропаганда недоработала где-то в этом месте.
Литва только обеспечивает выполнение санкций, которые вступили в силу с 17 июня
Раса Юкнявичене: Наверное, недоработала. Я все равно верю, что в России… Вы сказали, что опрос был сделан в Москве, а там особенно много людей, которые не поддаются черной (и это еще слишком мягко сказано) пропаганде. Уже ведутся психологические операции против собственных людей. С самого начала, с 24-го я слежу, как Кремль воюет с мозгами, с мышлением россиян, что они делают, какие эксперименты с людьми. Я думаю, люди имеют свое мнение.
Елена Рыковцева: Сейчас мы посмотрим сюжет о том, что происходит уже с вами.
Елена Рыковцева: Что вы скажете по этому поводу, чего ждать теперь Литве? Грозятся разными карами. В этом диалоге, который вы увидели, было продолжение, что вообще-то надо уже брать Сувалкский коридор, даже ведущий удивился, как его брать под контроль. Так же, как Херсон, брать его под контроль, этот переход. Как они могут ответить Литве, чего вы ждете от этих угроз?
Раса Юкнявичене: В первую очередь я хочу уточнить то, что было сказано в самом начале вашего репортажа. Литва не ввела никаких ограничений, не вводила никаких односторонних индивидуальных или дополнительных ограничений на транзит. Многие СМИ даже в Соединенных Штатах вчера и сегодня тоже начали с такого выражения, что Литва что-то ограничила. Нет, Литва не сделала ничего такого. Это санкции четвертого пакета, который был принят 15 марта и вступает в силу. Литва только обеспечивает выполнение санкций, которые вступили в силу с 17 июня. Транзит как шел, так и идет, пассажиры как ехали, так и едут, и будут ехать. Большинство грузов как ехали, так и сейчас едут. Только то, что было написано в санкциях четвертого пакета – это металлы, сталь, два вида продукции, которые нельзя вывозить из России. Под это как раз попадает и территория Литвы, мы являемся членом Европейского союза, мы должны выполнять санкции, потому что сами голосовали за это, все государства голосовали.
Если отвечать на ваш вопрос, что это такое сейчас, то я изучала и то, что кремлевские… Я бы сказала, это такой вид оружия информационной войны, они делают информационную операцию. Кстати, могу сказать, что это им как-то удалось, потому что через весь мир пошла такая волна информации, то Литва что-то сделала специально. Наоборот, Литва ничего не хочет делать.
Надо остановить войну, остановить стрельбу, не убивать украинцев, и не будет вам никаких проблем с транзитом
Елена Рыковцева: Дело в том, что у вас очень особая ситуация с Калининградом – это анклав, поэтому все сконцентрировались на вас. Ведь существовали пломбированные вагоны: люди садятся в России, едут в Калининград через территорию Литвы, их не выпускают, они не должны получать визы, они могут вообще ехать без загранпаспортов через вашу территорию. Хотя если подходить к этому формально, то в Литву нельзя попасть без загранпаспорта, но поскольку это особая ситуация, их сажают в этот вагон, закрывают окна и двери, и они проезжают через Литву. В этом случае тоже особая ситуация – эти грузы идут из России в Россию по территории Литвы, будем считать, что в пломбированных вагонах. Вы согласны, что случай прецедентный, это ситуация, которую, может быть, надо рассматривать отдельно?
Раса Юкнявичене: Может быть, это не было сделано. Потому что санкции вводятся для всей территории России, потому что Россия начала войну. Тут надо говорить не о каких-то исключениях, не о том, что мы должны волноваться за то, что Калининградская или какая-то другая область России не получит сталь или черный металл. Будет еще и пятый, и шестой пакет, там тоже есть сроки, когда они будут вступать в силу. Будет и алкоголь, кстати, на алкоголь есть санкции, они вступят в силу в августе месяце. Россия должна готовиться к этому. В первую очередь надо остановить войну, остановить стрельбу, не убивать украинцев, и не будет вам никаких проблем с транзитом. Неужели Литва должна как-то думать про то, какие исключения могут быть для Калининградской области, которая тоже участвует в войне?
Елена Рыковцева: Вы услышали просто шквал угроз: и ядерное оружие в Калининград, и войска вводить. Сумасшедшие эксперты, которые потом оказываются не такими уж сумасшедшими, потому что много чего сбывается из того, что они там несут, как нам кажется. Чем, вы считаете, может серьезно ответить Россия?
Раса Юкнявичене: У меня есть вопрос, почему они это делают сейчас, такую большую эскалацию, информационную войну из этого. Пока что нет такого ответа, но все-таки я думаю, что из самых черных сценариев может быть то, что они называют деэскалацией. Они угрожают, они хотят, чтобы все боялись. Цель, я думаю, даже не Литва, цель – те, кто принимает решения в Европейском союзе и в НАТО, другие государства, включая Литву. Потому что на этой неделе будет саммит Европейского союза насчет статуса кандидата, и другие решения будут приниматься. Еще скоро будет саммит НАТО в Мадриде. Я думаю, это они как раз придумывают такие акции, информационные войны, чтобы все испугались. И некоторые испугались, даже в Литве, конечно. У нас работает оппозиция, люди, которые сразу начали давить на правительство. Те, которые всегда смеялись: ой, Россия нападает, где эта Россия, где она нападает? Это было в комментариях. Сейчас уже об этом не говорят, но они говорят: вот, видите, Россия будет нападать, потому что вы сделали то-то и то-то.
Ведется информационная война, я думаю, в первую очередь, чтобы испугались. А может быть, получится, что Европейский союз будет начинать как-то исправлять свои санкции и так далее, чтобы сделать сомнения. Они даже сравнивают с Одессой: видите, нас винят, что блокада в Одессе, а они сами делают блокаду. Это рассказывают своим людям в России тоже. Это информационная война, мы должны знать про это. Я думаю, самое главное, чтобы никто не испугался, потому что не надо нас пугать, у нас нет газа от России, у нас нет нефти из России, так что мы давно к этому подготовились. Мы являемся членами НАТО, очень внимательно смотрим, что вокруг наших границ. Они вывезли солдат из Калининградской области, не всех, но много солдат в Украину воевать. Они даже из Таджикистана уже взяли свои войска. Так про что они говорят? Конечно, у них есть бомбы, у них есть еще оружие, но НАТО ответит, они знают.
Не надо нас пугать, у нас нет газа от России, у нас нет нефти из России, мы давно к этому подготовились
Елена Рыковцева: Я поняла, что мы с вами делаем главный вывод из разговора: если не будет войны, какие тогда будут возникать проблемы? Никаких не будет возникать, по крайней мере, у Калининграда точно.
Сейчас мы увидим сюжет. Опять поступила новая порция угроз, пока что от какого-то депутата от Крыма, который сказал, что сейчас мы ударим по "центрам принятия решений" – это уже тоже такая мантра. Посмотрим, что за история.
Елена Рыковцева: Александр, как вы прокомментируете эту ситуацию с военной точки зрения? Зачем нужно было ударить по этим платформам?
К этим вышкам нужно было относиться в первую очередь как к военному объекту. К ним так и отнеслись
Александр Коваленко: Если мы говорим о платформах, которые были захвачены еще в 2014-15 годах во время гибридного вторжения России в Украину (это так называемые вышки Бойко), то из фактических газодобывающих инфраструктурных объектов они были за эти годы превращены, по сути, в военные объекты. Там с момента захвата постоянно находился контингент российских подразделений, в разное время – разных подразделений, там размещался спецназ ГРУ. Они были вооружены не только стрелковым вооружением, но также переносными зенитными ракетными комплексами и прочим вооружением.
Впоследствии, после полномасштабного вторжения в Украину, уже в 2022 году на этих вышках размещалось дополнительное оборудование, в частности, для проведения разведывательных действий. Сам контингент находящихся там спецподразделений был усилен. После уничтожения ракетного крейсера "Москва" и удара по судну "Василий Бех" противокорабельным ракетным комплексом "Гарпун" было принято решение усилить систему ПВО на данных вышках, то есть теми или иными способами разместить там подобие эшелонированного ПВО. То же самое они делали на протяжении последнего месяца на острове Змеиный, размещая там эшелонированное ПВО, фактически компенсируя нехватку морского ППО, роль которого выполнял крейсер "Москва", подобного рода островным ПВО. Поэтому к этим вышкам нужно было относиться в первую очередь как к военному объекту. К ним так и отнеслись.
Елена Рыковцева: Удар по Одессе – какой ущерб был нанесен в этот раз?
Александр Коваленко: Собственно, мы уже не удивлены ударами по территории Одессы. Единственное, что хочу отметить: сейчас удары по Одессе и Одесской области осуществляются с территории временно оккупированного Крыма, применяются береговые противокорабельные комплексы "Бастион". На сегодняшний день ПВО сбила определенную часть ракет, выпущенных по Одесской области. Почему нанесли удар именно по аэродрому? Честно говоря, я задаюсь этим вопросом. Понятно, что подобного рода военный инфраструктурный объект в случае полномасштабного конфликта уже не будет использоваться полноценно по своему назначению, поскольку является одной из основных целей для нанесения ракетных ударов. Это логично.
Удар, который был нанесен по вышкам Бойко, есть такая информация, что по острову Змеиный, какого-то официального уточнения нет, эти удары наносились вовсе не с аэродрома, который фактически не используется по прямому назначению. Поэтому, по всей видимости, этот удар… я бы не сказал, что это от бессилия, но они пользуются достаточно устаревшими данными, какими-то устаревшими методичками именно по порядку нанесения ударов, либо для отчетности, что был нанесен удар по какому-то инфраструктурному объекту и мы там уничтожили 1500 "Байрактаров". Если верить тем отчетам, которые регулярно предоставляет Министерство обороны РФ, то они уже уничтожили в Украине больше "Байрактаров", чем в принципе в Турции выпустили данных беспилотных летательных аппаратов. На мой взгляд, сейчас ведется пропагандистская деятельность в информационном контексте, но и пропагандистская деятельность в самом формате боевых действий. Мы ударили по аэродрому –поставили галочку, господину Конашенкову можно получить новую звездочку.
Если верить отчетам Минобороны РФ, то они уже уничтожили в Украине больше "Байрактаров", чем их выпустили в Турции
Елена Рыковцева: Леонид, я бы хотела получить у вас комментарий по поводу этого прекрасного сочетания "центры принятия решений, мы по ним врежем". Вы же помните, и Маргарита Симоньян все пытала и пытала Путина, когда же мы им в челюсть, по этим центрам. Вы помните, что он уклонился. В этот раз, когда депутат от Крыма прокричал на весь мир, что мы вмажем по центрам принятия решений, никто его не поддержал. Я специально смотрела российскую пропаганду, они вообще ушли от этой темы, буровые платформы не раскручивались, месть тоже не раскручивалась. Совершенно верно сказал Александр, проходной строчкой прозвучал аэродром Школьный в Одессе, что вот мы им ответили, но назвать аэродром центром принятия решений нам с вами, конечно, сложно. Для чего все время звучит эта мантра "центры принятия решений", с какой целью она регулярно запускается в пространство?
Леонид Швец: Насколько я помню, ее запустил сам Путин. Мелкие пропагандистские шестерки и те, кто желает на этом попиариться. Может, в Кремле и не очень рады, а там по любому поводу говорят: давайте сейчас вдарим по центрам принятия решений. Да, такая возможность, наверное, есть, есть какие-то гиперзвуковые, может быть какие-то опытные образцы. Понятно, что их, наверное, слава богу, маловато. Но прилететь на Банковую или на Воздухофлотский проспект что-то очень даже может. Прежде всего, это резерв главного командования, это президентская карта.
Вопрос о ядерном оружии уже засунули куда-то подальше, этот страх скорее не оправдан, хотя об этом все равно надо помнить, а центры – это прозвучало несколько раз. Это значит, что они в принципе рассматривают этот вариант – ударить по главнокомандующему, по Генштабу. Но этот козырь будет вынут тогда, когда действительно будет что-то очень обидное. Назвать удар по вышкам или по острову Змеиный чем-то таким, красной линией, не получается.
Честно говоря, хочу откликнуться, с огромной завистью выслушал реплику уважаемой Расы, которая сказала: пускай, они-то знают, что НАТО ответит. Вы не представляете, как бы нам хотелось так сказать. Но пока приходится отвечать нам самим, нашим силам обороны. Они справляются.
Елена Рыковцева: Я думаю, Раса передаст это пожелание Леонида.
Раса Юкнявичене: Я бы тоже очень хотела, чтобы Украина была членом НАТО уже в 2008 году, не было бы той ошибки, которую сделали некоторые государства, когда не приняли такого решения. Но слава Украине, все будет хорошо.