Никаким «Калибром» их не взять

Репортаж из южного украинского города Николаева, который Россия разбивает ракетами

Этот текст я пишу на южной окраине Николаева, в двадцати пяти километрах от оккупированной территории, на седьмом этаже панельного дома, под аккомпанемент ракетных ударов. Правда, сегодня, до обеда, их было всего три. «Всего» — потому что накануне, 22 июня, россияне поставили рекорд: от семи до девяти ракет класса «Калибр» ударило по городу. Ориентировочная стоимость одной ракеты — 6,5 миллионов долларов. То есть, весь фейерверк обошелся примерно в 50 миллионов.

Чего ради? Самый серьезный ущерб — разбили резервуары-хранилища с подсолнечным маслом. (О том, как Россия уничтожает либо ворует украинскую сельхозпродукцию «Новая газета. Европа» рассказала 21 июня в материале «Железный хлеб», — Ред.)

«Не знаю, кто нам больше помогает, Боженька или их рукожопость», — говорит Дмитро Плетенчук, пресс-офицер сил обороны Николаева.

Разрушительная сила «Калибра» огромна, достаточно вспомнить последствия удара в здание областной администрации 29 марта. Значительная часть здания обрушилась. От кабинета главы области не осталось вообще ничего. Глава области, Виталий Ким — предположительно, главная цель — уцелел только потому, что его еще не было на месте. «Русские просто забыли перевести часы на летнее время, как это сделали в Украине», — вспоминает Плетенчук. Но секретарша в приемной, которая является на работу, как положено, раньше шефа, погибла, нашли по отдельности только голову и ногу… Всего тогда смерть забрала 36 сотрудников обладминистрации.

К Виталию Киму, суперспикеру и оптимисту, любимцу телевизионщиков, чье приветствие «Доброго вечора, ми з України!» давно стало мемом, который повторяет вся страна, гражданские активисты Николаева относятся скептически. И куда больше ценят усилия генерала Марченко, которого до вторжения власть несправедливо, по их мнению, преследовала. Но именно он, утверждают, оказался «единственным взрослым» — взял на себя руководство обороной и отстоял Николаев. Хотя соглашаются: Ким — воплощение духа южного города, а его широко известные по телесюжетам ноги в ярких носках, непринужденно заброшенные на стол, и улыбка — это про николаевцев в целом. Легкость, расслабленность, жизнелюбие — типичные черты, и даже военное время над ними не властно.

Маричка Кудринская, невысокая смешливая девушка с цветными дредами, в мирной жизни доктор, а сейчас волонтерка, обеспечивает передовую медицинскими препаратами и материалами и шутит напропалую. В марте у Марички погиб на фронте под Ахтыркой, что в Сумской области, гражданский муж, с которым она была, по ее выражению, «безумно счастлива» до начала большой войны. О смерти его узнала 8 марта, а уже 9 -го занялась организацией волонтерской команды, медицинского подразделения «НИКО Волонтеры». Маричка родилась и выросла в Донецке, бежала оттуда с 2014-м. «Я не очень любила Николаев до 24 февраля. Он для меня недостаточно «урбан», что ли. Но когда на окраинах появились танки, я подумала: нет, никому его не отдам.

Детей я тоже не очень любила. А сейчас бы мне хотелось родить их как можно больше, и чтобы все они ненавидели россиян», — произносит Маричка, как обычно, смеясь.

Волонтеры тянут на себе если не все, то очень многое. По иронии судьбы, самый крупный волонтерский центр Николаева расположен в здании ДОФ (Дом офицеров флота), построенном в первой половине 19 века и служившим культурным центром для офицерского состава имперского флота. В последнее время здание обветшало, и даже заслужило название «унылого памятника былому величию». Сейчас там бурлит новая жизнь. 25 февраля в Доме офицеров флота, под руководством известного николаевского джазмена Владимира Алексеева разливали коктейли Молотова — готовились к обороне. Сейчас это место — нечто среднее между сквотом и складом. Снуют десятки людей, сортируют тонны гуманитарной помощи и при этом общаются. А после войны, говорит координатор волонтерского центра Дмитро Давиденко, в мирной жизни специалист по делопроизводству в лоцманской службе, художники планируют открыть тут филиал Центра Помпиду.

Пока же Николаев полуокружен оккупированными территориями. Херсонщина, которая снабжала его продуктами, полностью отрезана. Здесь до сих пор нет питьевой воды — после того, как в результате боевых действий была повреждена система водоснабжения, ее не смогли восстановить в полной мере. Вода из кранов течет техническая, соленая до тошноты. Некоторые жители до сих пор набирают воду в дождевых стоках…

Город под постоянными обстрелами, но умудряется не выглядеть прифронтовым. На улицах полно людей, не хмурых и сосредоточенных, а спокойных и неспешных. В среду, 22 июня, на фоне черных густых клубов дыма от пожаров можно было наблюдать сидящих в кафе, выгуливающих собак, едущих на велосипедах, идущих из магазинов, просто прогуливающихся. На улицах полно детей.

Буквально у эпицентра одного из взрывов, в считанных метрах от него, девочка-подросток вышла покормить собаку, а ее мама — развесить белье. Бабушки у подъездов, традиционно бдительные по отношению к незнакомцам, не устраивают допросы, а перешучиваются с нами. Беспечность? Скорее, уверенность: ничего в Николаеве «второй армии мира» с ее ракетами не обломится.

Николаев