Уходят не прощаясь: пока Пекин и Москва изображают дружбу, китайские компании покидают Россию

С начала войны в Украине Россия пытается представить Китай как союзника и экономическую альтернативу Европе и США. Пекин действительно не присоединяется к санкциям и заявляет, что будет вести business as usual. Однако товарооборот Китая с Россией в последние месяцы заметно падает, масштабные планы сотрудничества отменяются, а ряд крупных компаний, включая Xiaomi, Huawei, Lenovo и UnionPay, резко сократили связи с Россией, а Honor и DJI вообще полностью ушли с российского рынка. Дело не только в том, что компании боятся вторичных санкций, но и в том, что китайское руководство вынуждено считаться с настроениями населения, которое не поддерживает воинственную политику России.

Содержание

• Позиция нейтралитета

• Тихий выход

• Чего боится Китай

Позиция нейтралитета

На протяжении всей войны в Украине Китай пытается открыто и настойчиво занимать позицию нейтралитета. Вместе с этим официальный Пекин последовательно выступает против любых экономических санкций и демонстративно к ним не присоединяется. Глава КНР Си Цзиньпин заявлял о «нелегитимности» антироссийских санкций и необходимости продолжения экономического сотрудничества еще 6 марта и стал защищать эту позицию практически во всех своих выступлениях и переговорах, касающихся Украины, — например, на саммите с лидерами стран ЕС 1 апреля и во время своего выступления на Боаоском паназиатском форуме. А российские СМИ активно цитируют слова официального представителя МИД Чжао Лицзяня, который заявил, что «санкционное давление — это неверный способ для решения украинского кризиса».

Такого же мнения придерживаются российские политики и прокремлевские эксперты. Чиновники уверены (но неизвестно, насколько искренне), что Китай «играет на их стороне». Глава МИД РФ Сергей Лавров 1 июня заявил: «Ощущаем поддержку Пекина в работе по отстаиванию принципиальных российских подходов к формированию архитектуры безопасности в Европе». Лавров говорит, что страны осуществляют «все утвержденные программы взаимодействия». Более того, Россия не оставляет попыток заручиться еще большей поддержкой КНР — например, напрямую передавая Китаю списки ниш рынка, освободившихся после выхода западных компаний.

Тихий выход

Несмотря на все усилия российских дипломатов и пылкие двусторонние заверения в нерушимости партнерства Москвы и Пекина, экономические отношения между странами идут совсем не гладко, и в некоторых областях КНР де-факто присоединяется к санкциям против России.

Так, 6 мая WSJ выпустили эксклюзивный доклад, в котором сообщили, что китайские компании постепенно и «тихо» покидают российский рынок. Действительно, в первые месяцы войны экспорт товаров из Китая в Россию начал заметно падать, сократившись на 27% в марте и на 25% в апреле. Заметнее всего проседает именно технологический сектор — уже на начало марта аналитики стали обращать внимание на то, что поставки китайских смартфонов в Россию уменьшились почти вдвое, в первую очередь за счет крупнейших производителей — Xiaomi, Huawei и Oppo. На сегодняшний день поставки снизились настолько, что в России товары уже заканчиваются. 8 июня РИА «Новости» сообщило, что Huawei приступил к закрытию торговых точек в России, потому что на складах не хватает продукции.

Китайские компании постепенно и «тихо» покидают российский рынок

Примерно на 40% упали и поставки ноутбуков — из-за заморозки на экспорт со стороны Lenovo, самого популярного бренда ноутбуков в России после HP.

В интервью для Financial Times один из бывших членов совета директоров Xiaomi отметил, что открыто заявлять о сокращении или приостановке продаж в России — это слишком «чувствительная» политическая позиция для китайских корпораций. «Однако с точки зрения бизнеса, имеет смысл постоять в стороне и понаблюдать за тем, что происходит», — рассуждает он. Другой собеседник FT, бывший директор Huawei, соглашается со своим коллегой: «Вести бизнес в России сейчас — это очень рискованно».

Такой же стратегии придерживаются и государственные корпорации. Например, приостановил отправку новых товаров в Россию Honor, китайский производитель смартфонов и другой потребительской техники, принадлежащий государственному предприятию под контролем муниципалитета Шеньчженя.

Отдельного упоминания стоит китайская компания SZ DJI. Это крупнейший производитель потребительских дронов в мире — тоже спонсируемый китайским правительством. 16 марта вице-премьер Украины Михайло Федоров в Twitter обратился к компании с требованием заблокировать дроны, используемые российской армией в военных целях. Несмотря на то, что DJI не пошла навстречу сразу, представители компании предложили украинскому правительству предоставить официальный запрос на установку геозон на территории Украины для отключения активных дронов, а также заявили об осуждении использования своих продуктов «во вред». И уже через месяц, 27 апреля, DJI открыто заявили о приостановке бизнеса в России и Украине для «внутренней проверки соответствия международным юрисдикциям». Это первый подобный шаг для китайских компаний.

Проблемы с поставкой не ограничиваются дронами и потребительскими товарами. 25 марта стало известно, что китайская государственная энергетическая и химическая корпорация Sinopec, занимающая второе место в Китае по добыче и переработке газа и нефти, заморозила переговоры по сотрудничеству с Россией, поставив под вопрос потенциальные инвестиции в полмиллиарда долларов.

Другие совместные с Россией проекты тоже оказались под ударом. Платежная система UnionPay, на сотрудничество с которой рассчитывали попавшие под санкции российские банки, спустя месяц после начала переговоров заморозила их. В разговоре с РБК источники в российских банках отметили, что UnionPay не уточняли официальную причину заморозки и не упоминали санкции.

Платежная система UnionPay спустя месяц после начала переговоров заморозила их

UnionPay — не единственный игрок банковского сектора, приостановивший отношения с Россией. Практически сразу после начала боевых действий в Украине, 26 февраля, стало известно, что несколько крупнейших китайских государственных банков наложили ограничения на инвестиции в российские активы. Среди них Промышленный и коммерческий банк Китая, а также Банк Китая — первый и четвертый крупнейшие коммерческие банки мира соответственно. Последствия для России уже становятся заметны — 7 июня Сбербанк прекратил осуществлять международные переводы в юанях, не уточнив конкретные причины. При этом об этих ограничениях и их связях с войной в Украине коммерческие банки, как и технологические компании, до сих пор открыто не заявляли, предпочитая «тихий выход».

Такой подход не разделил Азиатский банк инфраструктурных инвестиций (АБИИ). Это международная финансовая организация, основанная и де-факто руководимая Китаем и конкурирующая с Международным Валютным Фондом и Всемирным банком. С 2015 года Россия участник и один из крупнейших акционеров АБИИ.

Третьего марта АБИИ опубликовал заявление о войне в Украине. Банк выразил соболезнования «всем пострадавшим» и объявил об остановке и пересмотре «всех операций, связанных с Россией и Беларусью». При этом АБИИ можно однозначно рассматривать как инструмент внешней политики и экономической дипломатии Пекина. Профессор политологии и международных отношений Принстонского Университета Джон Икенберри считает, что АБИИ создан именно для продвижения китайского влияния в международной политике. В таком случае приостановка его деятельности в России может говорить даже больше, чем шаги коммерческих банков и технологических компаний.

Чего боится Китай

Таким образом китайские компании и крупные институты, как частные, так и государственные, преимущественно придерживаются одного курса — на «тихий выход» из России. Они формально осуждают антироссийские санкции, но в то же время присоединяются к ним там, где кажется необходимым. Причин у этого может быть несколько. Например, опасение вторичных санкций. Западные ограничения, наложенные на Россию, оказались достаточно широкими для того, чтобы создать угрозу и для игроков, напрямую под них не попавших. Стив Бразье, главный директор исследовательской компании Canalys, в интервью The Wall Street Journal объясняет, что китайские технологические компании боятся, что санкции против российских организаций могут «автоматически» распространиться и на их торговых партнеров:

«Если какой-нибудь китайский производитель ноутбуков тоже отрежут от поставок полупроводников, это оказалось бы катастрофично. Можно понять, почему они стараются этого избежать».

То же самое касается и банков — Джозеф Ториджиан, специалист Американского Университета по России и Китаю, говоря о китайских финансовых институтах, отмечает, что они так же чувствительны ко вторичным санкциям — и это вынуждает их дистанцироваться от России.

Такого же мнения придерживаются и некоторые специалисты из Китая. В интервью для Financial Times Чжан Кай, юрист из East & Concord Partners, фирмы, которая консультирует китайские компании в вопросах сотрудничества с Россией, считает, что в области санкций у Вашингтона развязаны руки:

«Санкции против России до сих пор не очень конкретизированы, и очень многое зависит от правоприменения, в области которого у США много пространства для маневра».

Другая причина может крыться в политической обстановке в самом Китае. Внутри главенствующей партии КНР настроения в отношении формально пророссийской политики Си Цзиньпина, судя по всему, начинают разниться. 10 мая в Китае была опубликована статья бывшего посла в Украине Гао Юшена, в которой он крайне негативно отзывается о России, ее провалах на войне и указывает на необходимость скорейшего прекращения огня. По неназванным причинам статья была удалена, однако она успела наделать шума и вскоре была заменена другой, не менее критичной, за авторством Яня Сюэтуна, ведущего китайского профессора международных отношений. В ней он обвиняет Россию в нарушении устава ООН, предупреждает, что ей придется заплатить высокую цену, и утверждает, что война не выгодна Китаю.

Директор индийского Центра по Анализу и Стратегии Китая Джаяведа Ранаде считает, что рост количества негативных статей в отношении России говорит о недовольстве среди членов партии и неуверенности Си в его позиции.

На фоне грядущих третьих выборов в карьере Си Цзиньпина глава Китая заинтересован в массовой поддержке. Хотя сейчас он отстаивает свою позицию относительно России, нет гарантий, что у него это получится. Впрочем, даже в таком случае заметное изменение политики кажется маловероятным — в конце концов, Китай заинтересован в собственном благополучии значительно больше, чем в поддержке «друга».

На данный момент предположить можно одно: китайские «тихие санкции», скорее всего, будут продолжаться и расширяться, а их последствия для России со временем будут становиться все очевиднее.