Эксперт Carnegie Endowment Александр Габуев о том, почему Финляндия и Швеция заторопились в НАТО

Даже средние компании, сильно завязанные на российский рынок, стоят в очереди на выход

С начала войны уже дважды был в Стокгольме, а теперь добрался и до Хельсинки. Факт, что Швеция и Финляндия засобирались в НАТО вскоре после нападения на Украину, не вызывает удивления — он в целом предсказывался заранее наряду со многими другими негативными последствиями войны для самой России. Для физической безопасности РФ мало что изменится — обе страны и так были тесно интегрированы с альянсом, что учитывалось в российском военном планировании (хотя руководство РФ теперь обещает развернуть дополнительную военную инфраструктуру на северо-западе, увеличив военные расходы). Для России было бы полезно задаться вопросом: «А почему два наших соседа, не вступавшие в НАТО ни в годы холодной войны, ни во время последовавших за развалом СССР волн расширения альянса, заторопились туда именно сейчас?» Мои собеседники из числа шведских и финских чиновников, бизнесменов и экспертов отвечают очень доступно — и удивляют схожестью своих оценок России, которые еще недавно в Стокгольме и Хельсинки весьма различались.

Суть крайне проста. 24 февраля и последовавшие события резко поменяли представления о том, насколько рационален и прагматичен Кремль при принятии решений о войне и мире: «Если все лучшие внешнеполитические умы cамой России за редкими исключениями ошибались относительно войны, не так важно, врали они сознательно, не понимали логики принятия решений в Кремле или просто хотели верить в лучшее. Для нас вывод один: порог рисков, которые Москва считает приемлемыми, и уровень цены, которую Россия готова заплатить для достижения нерациональных, на наш взгляд, целей, сместился. А значит, сейчас лучше быть внутри юридического контура, который обеспечивает защиту союзников во главе с США, а не вне его — какая бы сильная армия у тебя ни была». Возразить на это аргументами, которые многие отечественные эксперты использовали раньше («Да кому ваши страны вообще нужны, никто в Кремле и не собирается на вас нападать, оставьте эту русофобскую истерику») уже не получится. И разумеется, когда Владимир Путин на днях заговорил о возвращении «исконно русских земель» Петром I во время Северной войны, желание оказаться в НАТО поскорее у шведов и финнов только окрепло.

Отдельно интересно про бизнес. Даже средние компании, сильно завязанные на российский рынок, стоят в очереди на выход, а у крупных скандинавских корпораций доля РФ в выручке в большинстве случаев ниже 10% (и ох как по-другому говорят тут о продвигаемой Вашингтоном и Брюсселем идее decoupling с Китаем, на который приходится 40-50% продаж!). В 2021 году доля России в экспорте Финляндии — всего 5%, в импорте — 9%. Некоторые технологические компании сами просили Еврокомиссию и OFAC не делать для их секторов поблажек и исключений, а сразу включить их в санкции — чтобы списать убытки в России и больше не мучиться.

Подобные изменения в восприятии России деловой и политической элитой некоторых наших соседей — лишь малая и далеко не самая значимая часть негативных последствий войны для интересов нашей страны. Конечно, если думать о них в прагматичных категориях вроде безопасности и благосостояния россиян.

Оригинал