Вражеские голоса 2.0. Как менялось иновещание в России и что его ждет

Deutsche Welle возобновляет радиовещание на русском языке на средних волнах. Жители России и Беларуси смогут слушать передачи каждый вечер с 21:00 до 21:30 мск на частоте 1386 кГц. Иностранное вещание пришло в СССР с началом холодной войны — и пользовалось бешеным спросом до ее окончания. Несмотря на все попытки властей заглушить «вражеские голоса», советские граждане ловили альтернативные новости на коротких и средних волнах. Сейчас на место «вражеских голосов» пришли независимые СМИ — иностранные агенты. Однако страна изменилась, и вряд ли им сейчас удастся повторить успех вещающих из-за рубежа радиостанций.

Все началось задолго до Russia Today; даже не так — все началось за полвека с лишним до рождения Маргариты Симоньян. Если считать вещание друг на друга своеобразной идеологической дуэлью великих держав, то начал ее именно Советский Союз: «Московское радио» (позже «Голос России», а сейчас, кстати, радио Sputnik) начало свою работу на английском и немецком языках еще в 1929 году.

А вот ответа пришлось подождать до начала холодной войны, когда железный занавес опустился «от Штеттина на Балтике до Триеста на Адриатике». Именно осознание предстоящего долгого противостояния со вчерашними союзниками подталкивало правительства западных стран начать финансирование СМИ на русском языке (и других языках СССР).

Почти одновременно с Фултонской речью Черчилля, в 1946 году, начала свою работу русская служба «Би-Би-Си». Через год к ней присоединился «Голос Америки». Еще через год, в 1948 году, «Радио Ватикана». Позже начали работать «Радио Свобода», «Немецкая волна» и другие.

Именно осознание долгого предстоящего противостояния подталкивало правительства западных стран начать финансирование СМИ на русском языке

Речь шла, прежде всего, о радиовещании — все эти «вражеские голоса» ловились на коротких и средних волнах. Несмотря на попытки их глушить, которые бывали частично успешными в крупнейших городах (Москва, Ленинград, Киев и другие), их регулярно слушали десятки миллионов человек.

По разным оценкам, количество радиоприемников, способных принимать зарубежное вещание в позднем Союзе, оценивается в 25-40 млн штук. Расшифровки заседаний Центрального комитета партии, которые стали позже доступны, показывают, что руководители Союза всерьез обсуждали, кого стоит глушить, а с кого глушение снимать — и в целом относились к этой «идеологической» угрозе с должной степенью бдительности.

Советологи и кремленологи высказывают разные оценки того, какую роль это зарубежное вещание сыграло в падении СССР. Но оценки оценками, а есть красноречивый факт, показывающий их подлинную роль в тогдашнем обществе: документально известно, что запертый в Форосе во время путча 1991 года Михаил Горбачев узнавал о том, что происходит в его стране, именно через эти «голоса».

Это лишь подтверждает очевидное наблюдение: в позднем Союзе такое вещание пользовалось бешеным спросом. Люди пробивались через глушилки, чтобы прильнуть к приемнику и услышать альтернативную информацию. Примета того времени — поговорка «Есть обычай на Руси — ночью слушать Би-Би-Си».

Запертый в Форосе во время путча 1991 года Михаил Горбачев узнавал о том, что происходит в его стране, именно через «вражеские голоса»

Уже в 1990-е эта популярность резко закончилась. Все эти организации, столкнувшись с конкуренцией молодых и дерзких независимых редакций внутри новой и демократической России, оказались на обочине медийного прогресса. Все эти тридцать лет после распада СССР они существовали как полузабытые реликты холодной войны, хоть и продолжали получать серьезные бюджеты от своих правительств и из иных источников.

И хотя за последние десять лет многие из них освоили цифровое пространство, сайты и социальные сети, а работа российских независимых СМИ последовательно осложнялась, массового спроса на зарубежное вещание больше не было. Безусловно, организации выполняли свои целевые показатели и набирали необходимые цифры просмотров — теми или иными способами, — но никогда уже не были «на хайпе» и в фокусе всеобщего внимания.

Собственные источники — «Дождь», «Медуза», «Эхо» — стали куда важнее для медийного ландшафта людей с оппозиционными взглядами. Единственное исключение составила, пожалуй, Русская служба Би-Би-Си, куда благодаря усилиям ее главреда Андрея Горянова удалось собрать целую плеяду талантливых спецкоров, многие из которых до этого работали в деловых газетах.

Иностранные организации, столкнувшись с конкуренцией молодых и дерзких независимых редакций внутри новой и демократической России, оказались на обочине медийного прогресса.

И вот сегодня, летом 2022 года, стоит спросить себя: «вражеские голоса» — это наше прошлое или наше будущее? Есть ли хоть какие-либо шансы и перспективы у подобных затей в 2020-е?

Сейчас не только крупные игроки продолжают свою работу, как, например, «Радио Свобода» и ее интернет-продукт «Настоящее время», но и небольшие страны возвращаются после долгого перерыва к иновещанию. Например, Шведское радио, как когда-то в шестидесятые годы прошлого века, начало вещать снова на русском — и даже упаковывать это в подкасты.

Впрочем, приходится признать — перспектив на то, что даже в современной реальности шведский подкаст станет хитом, практически нет. Хотя само намерение, бесспорно, заслуживает одобрения и восхищения.

Но почему так происходит? Что изменилось в российском обществе за эти 30-40 лет?

Дело в том, что мы говорим про авторитарное общество потребления. Про агрессивный социум мелкобуржуазного и одновременно имперского ресентимента. Это не страна, которая мечтала о кока-коле и «МакДоналдсе». Это страна, которая улюлюкает на прощание кока-коле и «МакДоналдсу», которые уходят сами из-за начала войны. Это шапкозакидательный ура-патриотизм малых лавочников, через который в свое время прошли почти все страны Европы.

Это не страна, которая мечтала о кока-коле и «МакДоналдсе». Это страна, которая улюлюкает на прощание кока-коле и «МакДоналдсу»

Возможно, если война затянется на годы, а изоляция и экономический упадок — на десятилетия, мы еще окажемся в точке, где люди вновь по ночам, преодолевая блокировки Роскомнадзора, будут пытаться прочитать или посмотреть альтернативные новости. Но пока до этой точки далеко. Путинский консюмеризм насытил желудки, а путинский телевизор опустошил горячие головы.

Впрочем, даже если и дойдет до этого, я бы поставил на то, что новыми «вражескими голосами» станут в первую очередь те, кого назвали «иностранными агентами» — то есть нормальные и профессиональные независимые СМИ, которые теперь в массе своей вынуждены работать из-за рубежа. Фактически они уже стали такими голосами — хотели они этого или нет.