«Какой смысл думать, кто сейчас спускает курок?»

До начала российского вторжения боевые действия в Донбассе почти прекратились. Теперь Донецк обстреливают постоянно. Вот что рассказывают его жители

С 2014 года власти ЛНР и ДНР обвиняют Киев в обстрелах мирных городов и сел самопровозглашенных республик. Однако вплоть до начала полномасштабного вторжения интенсивность боевых действий в Донбассе постоянно снижалась. Если в 2014-м счет погибших гражданских шел на тысячи, то с 2017-го — на десятки. За весь 2021 год, по данным ООН, в обеих республиках погибли 36 мирных жителей, причем большинство — от мин и неосторожного обращения с неразорвавшимися снарядами (а не от обстрелов). С середины июня 2022 года взрывы происходят в Донецке постоянно. Украина либо это не комментирует, либо отчитывается об уничтожении складов с боеприпасами. Республики и Москва в ответ утверждают, что Киев намеренно обстреливает гражданских (при этом сама Россия постоянно атакует мирные цели в Украине; ее жертвами стали тысячи граждан). «Медуза» поговорила с жителями Донецка, чтобы узнать, что сейчас происходит в городе.

Обстрелы и перевозки

Анна (фамилию героиня просила не называть) уехала из родного Донецка в Россию в конце мая. По ее словам, в Куйбышевском районе города, где она жила, стало «просто невозможно находиться»:

Это были хаотичные обстрелы со стороны Песок. Они происходили всю весну с разной периодичностью. Били в основном минами и «Градами». На улицу стало опасно выходить, но есть что-то нужно было. Завод «Топаз» и «КамАЗ-центр» вдруг оказались военными объектами. Нам еще повезло. Больше всех в тот период доставалось Петровскому району. Там были регулярные прилеты.

Хотя обстрелы Донецка случались и до этого (например, в середине марта в центре города взорвалась ракета; по сообщению властей ДНР, которые обвинили в этом Украину, погибли 16 человек), с 15 июня они носят систематический характер. В этот день, как утверждали представители самопровозглашенной республики, по городу выпустили около 300 снарядов. Один из них попал в роддом; никто не погиб. Глава ДНР Денис Пушилин немедленно заявил о «нарушении правил ведения войны» со стороны противника и уточнил, что «в связи с этим будут задействованы все необходимые дополнительные силы союзнических сил, в том числе Российской Федерации» (сама Россия 9 марта обстреляла роддом в Мариуполе, погибли пять человек).

Советник мэра Мариуполя Петр Андрющенко в тот же день отверг обвинения в адрес Украины. «Донецк снова обстрелял сам себя. Ну, точнее, россияне ради призыва Пушилина „Путин, введи войска“ целый день обстреливали сами себя, не стесняясь снимать это для болванов», — написал Андрющенко в своем телеграм-канале.

С тех пор донецкие новостные паблики превратились в хронику обстрелов города и территорий вокруг него (минздрав ДНР сообщил о трех с половиной тысячах погибших мирных жителей с 24 февраля по 1 июля). Так, телеграм-канал «Типичный Донецк» ежедневно выкладывает фотографии и видео от подписчиков — с пояснениями, в какой район прилетел снаряд на этот раз. Эти сообщения идут вперемежку с объявлениями перевозчиков, в которых указаны расценки на поездки в Украину, Россию и Европу. 10 июля во время очередных обстрелов администраторы канала объявили перекличку по районам. В течение нескольких минут о звуках обстрелов сообщили жители всех девяти районов Донецка.

14 июля на автостанцию в Ворошиловском районе города упал снаряд. Два человека погибли, еще шестеро пострадали. Глава ДНР Денис Пушилин обвинил в этом Вооруженные силы Украины (ВСУ). Украина эти обвинения пока не комментировала.

Дефицит воды

Ольга (имя изменено по просьбе героини) пила кофе в центре города, когда мимо кафе, в котором она сидела, начали одна за другой проноситься машины скорой помощи. Из новостей она узнала об очередном обстреле на автостанции.

Последние несколько месяцев она живет у своего молодого человека в центральном Ворошиловском районе города. В Киевский, где у нее квартира, приезжала с февраля несколько раз — забрать вещи.

«Недавно прилетело в дом, на который выходят окна моей квартиры. У меня вроде как вынесло стекла, но я не была там и не знаю точно. В тот день погибла соседка, шла домой из магазина. По моим ощущениям, 20–40% районов, которые обстреливают, уже разрушены. Это если не считать выбитых стекол, дверей и уничтоженной мебели от прилетов в соседние здания», — рассказывает она.

Все собеседники «Медузы» из Донецка говорят о трудностях с бомбоубежищами: их не готовили к войне и к ним нет даже указателей. Из-за обстрелов в городе возникли и проблемы с коммуникациями: часть Донецка практически полностью отрезана от воды; где-то ее дают на пару часов раз в несколько дней, рассказывают «Медузе» дончане.

«У меня в Киевском воду дают раз в четыре дня на пару часов. И с таким напором, что добивает только до первого этажа, поэтому все соседи идут в одну квартиру и набирают воду там. В Ворошиловском районе вода идет с шести вечера до десяти где-то. Газ и свет есть почти везде, где нет обстрела в конкретный отрезок времени. Иногда, когда падает близко, свет мигает», — говорит Ольга.

Сейчас ей часто приходится ездить на другой конец города к родителям, у которых нет воды. Она привозит им бутылки с технической водой, которую выкачивает из пруда машина МЧС России.

Донецкие паблики часто сообщают о раздаче бесплатной питьевой воды жителям и выкладывают видео с очередями. В одном из таких постов говорится, что при себе необходимо иметь оригинал паспорта. Ольга уверена, что эти паспортные данные в обмен на воду могут быть использованы при грядущем референдуме о присоединении ЛНР и ДНР к России в сентябре.

Донецкий предприниматель Олег (имя изменено по просьбе героя) говорит, что у половины города воды нет совсем, а у другой она есть «полтора-два часа вечером». «Наполняем все, что можно. Окраины — Петровка и Текстиль — без света, интернета, телевидения 80% времени. Некоторые улицы — постоянно». Он называет работников коммунальных служб «реально нашими героями»: «Есть погибшие коммунальщики, которые погибли в момент восстановления, ремонта газа, электричества, связи». Несмотря на серьезные разрушения жилого фонда, говорит Олег, город «не сдается»: «Все приспособились выживать, просто людей стало меньше. Многие уезжают».

В то же время, по словам дончанки Ольги, город буквально «пропитан атмосферой страха» — и из-за обстрелов, и из-за мобилизации (по разным данным, насильственному призыву в «народные милиции» ЛНР и ДНР с начала вторжения подверглись до 140 тысяч мужчин). Любой неосторожный мужчина может выйти за хлебом и уехать в Новую Каховку на фронт, утверждает Ольга.

«Последствия у войны одни»

Олег не сомневается, что обстрелы ведутся со стороны ВСУ. Он утверждает, что это происходит, потому что российские войска решили освободить север Донецкой области и окружить Авдеевку (город Донецкой области, расположенный в 13 километрах от Донецка), что и привело к обстрелам Донецка и близлежащих населенных пунктов. Аналогичного мнения придерживается и Анна. «Склоняюсь к тому, что это Украина. На это и направление [попадания] снарядов возле моего дома указывает, и бесшумные прилеты, и огромные воронки», — говорит она.

Сама Анна, которой в мае пришлось уехать из Донбасса в Россию, называет себя украинкой. Она отмечает, что родилась в независимой Украине — и о «русском мире» «никого не просила». «Единственное, что хотелось бы сказать — наверное, даже от лица большинства моих знакомых и друзей, которые прожили последние восемь лет в Донецке, — мы поняли, что у людей в Украине есть сорт. И если ты живешь на оккупированной территории, то у тебя он второй», — говорит она.

С ней согласна и Ольга, которая считает, что жителей Донбасса «предали и Украина, и Россия». Украину она называет «матерью, которая ее бросила» — но при этом говорит, что скучает по своей родине. И особенно по тем временам, которые были до 2014 года: «Я давно не думаю, кто конкретно сейчас ведет огонь. Это война, последствия у нее одни, и все они ****** [плохие]. Какой смысл думать, кто сейчас спускает курок, если руки по локоть в крови у всех?»

Глеб Голод