Испытание гуманизмом

Какой срок все-таки получит рядовой Шишимарин — 15 лет или пожизненный?

«Апелляционную жалобу защитника частично удовлетворить. Приговор Соломенского районного суда Киева от 23 мая 2022 года в отношении Вадима Шишимарина изменить. Исключить из мотивационной части приговора ссылку на совершение преступления по предварительному сговору группы лиц и совершения преступления в отношении пожилого человека как обстоятельства, которые отягчают наказание. Смягчить наказание Вадиму Шишимарину до 15 лет лишения свободы. В другой части решение Соломенского суда от 23 мая в отношении Вадима Шишимарина оставить без изменений», — говорится в решении апелляционного суда, который состоялся 29 июля.

Полный текст вердикта опубликуют 3 августа. Но и это еще не конец дела Вадима Шишимарина, солдата ВС РФ, который 28 февраля убил в Сумской области 62-летнего местного жителя, потом сдался в плен и стал первым с начала большой войны российским подсудимым. Стороны обвинения и защиты могут обжаловать приговор апелляционного суда в кассационном порядке.

Первый процесс задает тональность. Открывает счет. Показывает украинскому обществу, которое каждый день сталкивается с новыми ужасными преступлениями со стороны агрессора, что наказание от национального правосудия будет адекватной жесткости, а дальше непременно Гаага. Пожалуй, сегодня это главное требование.

Адвокатам не позавидуешь. Им приходится выполнять свои прямые обязанности под беспрецедентным вниманием медиа и заранее скептически, чтобы не сказать резче, настроенными людьми:

«Хочет отмазать?» В то же время позиция прокуроров вызывает одобрение лишь тогда, когда сторона обвинения добивается всего по максимуму. По данному делу обвинение настаивало: Шишимарин виновен в совершенном преступлении и установленная мера наказания — пожизненное заключение — справедлива. «Пожизненную» позицию прокуроров накануне поддержала и Генпрокуратура в лице ее представителя Андрея Синюка.

Велик соблазн связать свежее решение апелляционного суда со свежим же назначением Генеральным прокурором Украины депутата от президентской партии «Слуга народа» Андрея Костина. Например, предположить, что новый руководитель на старте карьеры решил пройти испытание гуманизмом перед лицом европейских партнеров, внимательно следящих, как дела у судебной ветви власти страны-кандидата в члены ЕС. Потому обвинение отступит от своих требований. Согласится: 15 лет тоже изрядный срок.

Костин — провластный политик. Значит, умеет учитывать баланс интересов, играть в командные игры. Для Генпрокурора это минус, поскольку одна из главных его функций — представление интересов государства в судах, и человек на таком посту должен быть политически нейтральным. Зато Киеву сейчас крайне важно наращивать международную поддержку, получать по максимуму оружие и посылать сигналы: украинские суды не боятся выносить непопулярные, читай — более мягкие, но обоснованные приговоры даже в области нарушений прав и обычаев войны. Потому что Украина не «Антироссия», то есть, копия России со знаком «минус», как решили в Кремле, а цивилизованная европейская страна.

Правда, пока я не располагаю ни одним фактом, подтверждающим теорию влияния Костина на процесс Шишимарина. Новый шеф вступил в должность в среду, 27 июля, на следующий день подписал приказ о назначении своего зама — руководителя САП, Специализированной антикоррупционной прокуратуры, а с утра 29 июля Офис генпрокурора уже занимался расследованиями трагедий, которые способны неформально, но сильно аукнуться на судьбах российских военнопленных, в том числе, потенциальных. Женевская конвенция образца 1949 года об обращении с военнопленными окончательно уничтожена Российской Федерацией — как большинство других документов, регламентировавших миропорядок, который худо-бедно держался последние семьдесят лет.

Речь идет о мучительной казни украинского солдата, снятой на видео (установить обстоятельства преступления и российских военных, совершивших его, следователям успешно помогают сами фронтовики) и о досудебном расследовании гибели украинских военнопленных, скорее всего, из «Азова».

«По данным следствия, государство-оккупант нанесло удар по территории исправительной колонии номер 120 во временно оккупированном селе Еленовка Волновахского района Донецкой области. Вследствие этого погибло более 40 человек и 130 получили ранения»,

— сообщил сайт Офиса Генпрокурора.

Потому теперь я сомневаюсь, что адвокаты Шишимарина продолжат состязательный процесс с прокурорами, если последние, пользуясь законным правом, подадут на кассацию и снова потребуют пожизненного заключения. Формальной связи между делами нет никакой. Но проявить гуманизм в виде 15-летнего заключения по отношению к российскому военному преступнику потребует от судей сверхчеловеческих сил.

«ПОЖИЗНЕННОЕ — БИЛЕТ В ОДИН КОНЕЦ»
Эксперт украинской общественной организации «Медийная инициатива за права человека» (МИПЧ) Николай Киккас написал на сайте МИПЧ по поводу приговора Вадиму Шишимарину следующее:

«По моему убеждению, апелляционный суд назначил более адекватное наказание в этом деле, отменив пожизненное заключение. Прежде чем обосновать этот тезис, надо сделать одно важное предостережение: как бы иногда на эмоциональном уровне мы (и я в том числе) не хотели как можно более жестких кар для оккупантов, правосудие должно осуществляться на основе профессиональных принципов, а не эмоций».

Одна из функций уголовной ответственности, говорит эксперт, есть исправление осужденного. Пожизненное же наказание назначают только в случаях, когда отсутствуют даже малейшие смягчающие обстоятельства в деле и надежда на исправление человека. Надо при этом учитывать, что в Украине нет процедуры пересмотра пожизненного заключения через определенный срок, а перспектива помилования президентом — маловероятна.

«То есть пожизненное, по украинскому законодательству, — это, скорее всего, реальный билет в один конец. И назначать его надо очень-очень взвешенно», — пишет Киккас. Он напоминает, что у Шишимарина есть весомое смягчающее обстоятельство — он признал вину и сотрудничал со следствием. Есть и отягчающее обстоятельство: убитый был пожилым человеком. Эксперт задается вопросом: почему суд первой инстанции никак не учел смягчающее обстоятельство, а отягчающее учел настолько сильно, что наказание «прыгнуло» с 10 лет до пожизненного. «А что же тогда назначать в делах, где нет смягчающих обстоятельств, а есть несколько убитых человек, есть особая жестокость, есть изнасилование в придачу к убийству?» — задается риторическим вопросом Николай Киккас.

Для оценки пропорциональности приговора он вспоминает пример генерала Ратко Младича, который планировал геноцид боснийских мусульман, осуществлял его, а потом годами скрывался от правосудия. И получил такой же приговор, как Шишимарин в первой инстанции — пожизненное.

По мнению эксперта, кейс Шишимарина заставляет задуматься над проблемой совершенства сроков лишения свободы, что предусмотрены Уголовным кодексом Украины. Максимальный срок наказания — 15 лет, за ним сразу следует пожизненное. Достаточно реально представить себе ситуацию, особенно в делах о военных преступлениях или преступлениях против человечности, когда 15 лет может быть слишком мягким наказанием, а пожизненное — слишком тяжким. Римский устав, напоминает Николай Киккас, предусматривает срок наказания до 30 лет.

Эксперт делает вывод: общество неоднозначно воспримет решение апелляционного суда. «Но оно подтверждает, что в нашем государстве развивается профессиональное правосудие, и это не может не радовать», — заключает он.