Региональные пиар‑войска. Что мы знаем об «именных» батальонах, которые набирают в России

С начала лета российские регионы начали создавать «именные» батальоны из местных жителей — такой набор объявили по крайней мере в 25 регионах. Местные власти не жалеют сил на рекламу батальонов и их медийное освещение, но результаты пока не впечатляют: несмотря на обещанные зарплаты и крупные выплаты из регионального бюджета, собрать хотя бы несколько сотен бойцов удается далеко не везде.

Батальоны начинаются с Башкортостана

Еще 21 мая Алик Камалетдинов, бывший начальник районного военкомата в Башкортостане, а теперь глава местной организации ветеранов морской пехоты, объявил на своей странице «ВКонтакте», что начинает «со своими ребятами формирование добровольного отдельного Башкирского батальона имени генерала ». Уже на следующий день он отчитался о первой сотне откликнувшихся, а еще через несколько рассказал, что Минобороны заинтересовалось его предложением и обещало «в короткие сроки решить все в правовом поле».

К середине июня батальон имени Шаймуратова действительно стал формироваться при поддержке Минобороны. Через три недели первые две сотни бойцов отправились на слаживание в Оренбургскую область. Вскоре туда же направились бойцы уже из второго башкирского добровольческого батальона — имени Героя России .

На торжественной церемонии в местном парке «Патриот» новобранцев благословил священник, а удачи им пожелал сам глава Башкирии Радий Хабиров. После этого Хабиров даже приезжал на слаживание в Оренбуржье. Экс-начальника военкомата Камалетдинова, который все лето разъезжает с агитацией по сабантуям республики, он назначил своим советником «по вопросам взаимодействия с военнослужащими из республики Башкортостан».

Вслед за Башкортостаном и другие регионы стали создавать добровольческие батальоны, за которыми закрепилось определение «именные», поскольку называют их в честь местных топонимов или военных начальников. «Медиазона» нашла новости о создании таких батальонов в . Какие-то, как Курган, только объявили набор, другие, как Татарстан, уже отчиталисьо создании двух или трех батальонов.

В регионах, которые пока не присоединились к этой гонке, звучат возмущенные голоса. «Молчат общественные объединения, администрация Волгоградской области и даже Герой России, губернатор Волгоградской области Андрей Бочаров, который, впрочем, не пришел ни на одну церемонию прощания с погибшими в ходе спецоперации», — пишет местное издание V1.ru.

В Кремле создание батальонов публично поддержали: пресс-секретарь президента Дмитрий Песков назвал их «исключительно добровольческой инициативой, которая, конечно, заслуживает самую высокую оценку».

«Именные» батальоны стали еще одним способом оказаться на войне в Украине наряду со вступлением в «ЧВК Вагнера» или заключением контракта с Минобороны. Их создание сопровождается мощной медийной кампанией, а вступившим предлагаются зарплаты и разовые выплаты, в десятки раз превышающие зарплаты в российских регионах.

Южное направление. Кадыров опаздывает, но берет числом

Первыми за Башкортостаном последовали южные республики. Еще 16 июня глава дагестанского Буйнакска встретился с представителями Минобороны, чтобы обсудить вопрос о создании «именной дагестанской ». В тот момент Дагестан лидировал в Украине военных, но полковник на совещании описал необходимость создания роты так: «Чтобы и враг знал, что есть в Дагестане такие люди, такие подразделения, которые готовы сражаться с неонацизмом для защиты русского населения на Донбассе, по всему миру».

Неделей позже о создании «именной» мотострелковой роты заговорили и в Ингушетии: депутаты рассказывали о ней на специально созванных «народных сходах», а главы районов — на совещаниях с главами сельских поселений. Тогда же о создании «калмыцкого подразделения», не вдаваясь в подробности, объявил военком Калмыкии: «Зачастую [жители республики] попадают в различные подразделения разных воинских частей. В целях объединения и централизации наших соотечественников принято решение о создании калмыцкого подразделения».

Впрочем, с тех пор ни в Дагестане, ни в Калмыкии новостей о ходе формирования этих подразделений больше не было. Лишь ингушские военкоматы регулярно отчитывались об успехах: уже в начале июля говорили, что набран взвод, через несколько недель начали писать, что он «с честью выполняет поставленные задачи на войне» и военкомат набирает уже второй, а руководитель администрации главы Ингушетии проводит на эту тему специальную встречу с молодежью в Назрани.

С небольшим опозданием на новый тренд отреагировал глава Чечни Рамзан Кадыров, в соцсетях об успехах добровольцев из республики. Если другие республики ограничивались мотострелковыми ,то Кадыров в конце июня объявил о формировании сразу четырех батальонов: «Север-Ахмат», «Юг-Ахмат», «Запад-Ахмат» и «Восток-Ахмат».

Уже через месяц, по заявлению Кадырова, все батальоны были укомплектованы, а «Север-Ахмат» расширился до полка. По его словам, в случае Чечни речь не шла о добровольцах без опыта: в новых батальонах оказались 800 человек из полиции и Росгвардии, «которые прошли всю чеченскую кампанию военную, были на Украине, некоторые были и в Сирии». Привлечь сотрудников решили «не из-за нехватки кадров», а «чтобы полк мог в любое время, в любой день выехать и выполнить задачу», уверял глава республики.

Традиционно славящаяся поддержкой государственных трендов Кубань во главе с губернатором Вениамином Кондратьевым отчиталась, что отправила на войну полторы тысячи добровольцев, две трети из которых составляли казаки. Однако найти информацию о создании в регионе «именных» подразделений «Медиазоне» не удалось. Затруднились ответить на этот вопрос и .

Идея «именных» батальонов тем временем расползлась по стране, захватывая власти все большего числа регионов.

«Большая медийная кампания» в Татарстане

Юрист проекта «Гражданин и армия» Арсений Левинсон считает, что юридически вступление в «именной» батальон обозначает то же самое, что и заключение обычного контракта с Минобороны — никаких дополнительных прав у таких участников войны быть не должно. «Это все про пиар, ну и, наверное, есть еще какие-то организационные моменты», — замечает он.

Насколько важен пиар для кампании по организации таких батальонов, можно проследить на примере Татарстана. 23 июня местное издание «Бизнес Online» опубликовало большой репортаж о наборе добровольцев в новые батальоны . Хотя никаких новостей о батальонах до этой публикации не было, в ней сообщалось, что набрано уже 300 человек, еще 400 изъявили желание, а вообще «в бой рвутся стар и млад» и десятки местных жителей каждый день обращаются в пункты отбора.

Начиналась статья словами 49-летнего кандидата из города Заинск: «Эта фашистская нечисть и национализм замучили меня! Надо искоренить его до конца!». Собеседники издания рассказывали, как Татарстан закупает добровольцам современную амуницию и сравнивали регион с Чечней, «бойцы из которой тоже выделяются своей упакованностью».

На следующий день после этой публикации президент Татарстана Рустам Минниханов подписал указ о единовременной выплате для бойцов этих двух батальонов, она составила 260 тысяч рублей. В тот же день батальонам завели телеграм-канал. В нем публикуются новости о формировании батальонов, соблазнительные суммы, которые их участник и объявления о награждении соотечественников, уже участвовавших в войне.

Вскоре на «Татар-информ» вышел еще один большой репортаж, на этот раз о торжественной отправке на фронт первых бойцов «Алги», на которой присутствовали заместитель премьер-министра республики Рустам Нигматуллин и главный военком Сергей Погодин. Интервью журналисты взяли только у самых крупных добровольцев, хотя на общей фотографии видно, что есть среди новобранцев и более субтильные. Будущих противников бойцы, как и их коллеги из репортажа «Бизнес Online», называли исключительно «нечистью».

Участники мероприятия отмечали, что для такого результата «была проведена большая медийная кампания». При этом, судя по публикациям в татарстанских СМИ, успехом, о котором нужно сообщить читателям, считается отправление даже минимального числа новоизбранных бойцов батальона, например тех пятерых, что уехали на фронт из деревни Пестрецы. На церемонию их отправки в деревню приехали руководители района, уполномоченный по правам человека республики, христианский священник и мусульманский мулла, а певец Роберт Миннуллин исполнил «трогательную песню про родной Татарстан».

Три батальона в Петербурге и призрак «собянинского полка»

Московские власти о формировании каких-либо добровольческих подразделений по признаку проживания в столице не объявляли. В середине июля «Медуза» писала о существовании «собянинского полка», который частично финансируется из бюджета Москвы и куда в основном записываются не москвичи, а жители других регионов, но пресс-секретарь президента Дмитрий Песков уверяет, что в Кремле об этом «ничего не известно».

В на вопрос о существовании каких-либо «именных» подразделений ответить «Медиазоне» не смогли. Сотрудница объединенного Кузьминского военкомата предложила явиться лично на «беседу с руководством» и пообещала, что «они смогут помочь и все объяснить».

О формировании подобного мотострелкового батальона в Петербурге в конце июля писала «Фонтанка». В городских военкоматах изданию рассказали, что слаживание участников батальона пройдет в Луге, а подготовка займет чуть больше месяца. Еще до публикации одному из читателей «Фонтанки» звонили из военкомата с предложением заключить контракт и пройти службу в «именном подразделении».

Информация о формировании батальонов подтвердилась 4 августа, когда паблик «Пункт отбора на военную службу по контракту» сообщил, что батальонов будет целых три, они получат названия «Кронштадт», «Нева» и «Балтика». Скриншот страницы с объявлением публиковала «Бумага», по нему ясно, что название батальона «Балтика» позже заменили на «Павловск».

Постоянный недобор добровольцев

Требования к кандидатам стандартные: возраст от 18 до 50 лет, отсутствие судимости, в отдельных объявлениях упоминается отсутствие административных протоколов за потребление наркотических средств. Формулировки об отношении к воинской обязанности зачастую разнятся: где-то указано, что обязателен опыт службы в армии, где-то — что необходимо лишь наличие военного билета.

В объявлении о таком наборе в Марий Эл указано, что необходим опыт службы в армии и желателен опыт участия в боевых действиях. Но когда корреспондент «Медиазоны» обратился в республиканский пункт распределения с вопросом, как быть, если человек хочет попасть в батальон, но не служил, а в военном билете указано, что он ограниченно годен к службе, там предложили просто явиться в военкомат и пройти медкомиссию заново.

Оценить, сколько людей реально вступили в такие батальоны, по открытым источникам невозможно. В некоторых случаях сообщается лишь о запланированном властями количестве бойцов. Так, объявившее набор добровольцев в «именной» батальон всего неделю назад правительство Самарской области сообщало, что число бойцов составит от 400 до 600; ульяновские военкоматы ждут «более 400 человек»; от администрации Октябрьского района Новосибирска мы знаем, что там нужно 37 человек — если помножить это число на количество районов в городе, то получится тоже около 400.

Военный комиссар Петрозаводска Владимир Кудрик говорил, что в Карелии собирают два подразделения из 293 человек. Он называл и дату, когда прекратится набор: 15 июля. Однако когда в начале августа корреспондент «Медиазоны» позвонил в военкомат Медвежьегорского района, там потенциальному добровольцу явно были рады и сообщили, что набор продолжается.

В пункте распределения в Марий Эл офицер сообщил, что батальон уже укомплектован, скоро отправляется последняя партия, но предложил перезвонить через несколько недель, ведь «что будет дальше, никто не знает».

В Челябинской области планировали создать два батальона — «Южный Урал» и «Южноуралец» — общей численностью 514 человек. Однако в середине июля на войну отправились всего 125 добровольцев, других новостей об этих подразделениях не было.

Приморский губернатор Олег Кожемяко объявил о формировании батальона «Тигр» 9 июля, заложив на подготовку месяц. 25 июля он сообщил, что желающих вступить в подразделение «становится все больше». Но уже через четыре дня правительство края отчиталось о том, что в «Тигре» находятся всего 65 бойцов, а еще 93 прибыли из Якутии — именно их и отправили в Ростовскую область для последующей переброски в Украину, а местных жителей пока оставили в родном регионе. 3 августа власти сообщили о новом успехе: к 65 бойцам примкнули еще 38.

В чувашском батальоне связи , где предполагалось участие 300 человек, к началу августа набралось лишь 98. В Ульяновской области, где военкомат ждал 400 «лучших из лучших», военкомату пришлось рассылать по школам и колледжам письмо с просьбой «не препятствовать сотрудникам заключать контракт» и провести с ними «агитационные мероприятия» для поступления в местные батальоны «Симбирск» и «Свияга».

Региональные выплаты получают не все и не сразу

Ни одно объявление о наборе добровольцев от военкоматов не остается без указания суммы, которую можно заработать за непродолжительное время службы. Как правило, денежное довольствие составляет 53 доллара в день и дополнительные 8 тысяч рублей за каждый день в зоне активных боевых действий, а на период обучения — 2 тысячи рублей в день.

От региона к региону разнится лишь . Наибольшее — 300 тысяч рублей — предлагают власти Петербурга. Недалеко ушел Татарстан — там обещают 260 тысяч, в ХМАО — 250 тысяч, в Новосибирске и Карелии предлагают 200 тысяч, в большинстве же других регионов единовременная выплата при заключении контракта не превышает 150 тысяч рублей.

При этом регионы сами решают, в каком порядке будут выдаваться деньги за заключение контракта. Так, в приморском «Тигре» через две недели выплачивают 50 тысяч рублей, а оставшиеся 150 — после экзамена и подписания трехмесячного контракта. «Две недели мы смотрим на людей. Если они несерьезно относятся — расторгаем соглашение», — объяснял начальник краевого отделения . В Омской области единовременные 100 тысяч поступают на карту через месяц после заключения контракта, но снять их можно только через три месяца.

Пока единственным «именным» батальоном, бойцы которого пожаловались на невыплаты, стал чувашский батальон связи «Атал». В конце июня глава региона Олег Николаев назначил добровольцам единовременную выплату в 200 тысяч рублей и поручил подчиненным «провести всю необходимую работу», чтобы деньги дошли до получателей «в кратчайшие сроки». Но через месяц местный блогер Юрий Шакеев опубликовал рукописные обращения от 45 бойцов батальона, которые утверждали, что до сих пор не увидели ни разовой выплаты, ни суточных за обучение. При этом, жаловались бойцы, их знакомые, вступившие в батальоны в Татарстане и Башкортостане, все выплаты получали исправно.

Правительство оперативно отреагировало и сообщило, что первая часть в размере 50 тысяч рублей выплачивается через месяц с момента заключения контракта, то есть не раньше 10 августа, а вторая, в размере 150 тысяч, еще через три месяца.

Фронт «именных» добровольцев пока не увидел

По открытым источникам найти упоминания об участии «именных» батальонов в боях не удалось. Основатель проекта Conflict Intelligence Team Руслан Левиев сказал «Медиазоне», что исследователям пока тоже ничего не известно об их действиях в Украине.

Левиев предполагает, что большинство таких батальонов еще не участвуют в боевых действиях, а поступают в новый 3-й армейский корпус для подготовки и последующего формирования подразделений. По данным украинской разведки, которые подтверждает и CIT, 3-й армейский корпус будет иметь постоянную дислокацию в Мулино Нижегородской области. Когда этот корпус отправится на фронт, неясно.

Редактор: Егор Сковорода