Почему украинские войска не спешат разворачивать полномасштабное наступление на Херсон и как уничтожается российская логистика в регионе

Месяц назад, 10 июля, в интервью лондонской Times министр обороны Украины Алексей Резников сказал, что Владимир Зеленский поручил военному командованию разработать план освобождения южных районов Украины. Депутаты Госдумы поспешили объявить это указание украинского президента свидетельством «агонии» Украины. Но вскоре перспектива наступления Вооруженных сил Украины на юге и освобождения Херсона стала вызвать в Москве беспокойство, переходящее в панику. По какой логике развиваются бои за Херсон — по просьбе «Новой газеты. Европа» объясняет военный эксперт и член Совета ПИР-Центра Юрий Федоров.

Цель –Херсон

Резников сообщил еще одну новость: в ряды ВСУ мобилизовано 700 тысяч человек. Сделано это было не случайно: министр обороны Украины дал ясно понять, что в течение сравнительно короткого времени, когда вновь призванные в армию солдаты и офицеры пройдут необходимую подготовку, будут распределены по частям и соединениям, в том числе вновь создаваемым, и получат западное вооружение, победа Украины будет гарантирована. Можно было также со всем основанием предположить, что уже в ближайшие недели или месяцы ВСУ будет в состоянии провести успешные операции на юге, хотя и ограниченные по своим масштабам, для которых вовсе не требуется использовать все 700 тысяч человек.

С середины июля украинские СМИ, политики и военные начали говорить о готовящемся наступлении на Херсон как о чем-то решенном, что должно состояться чуть ли не в ближайшие недели. А 19 июля ВСУ нанесли первый удар незадолго до этого полученными из США HIMARS’ами по Антоновскому мосту, связывающему (наряду с переправой на плотине Каховской ГЭС), правый, западный берег Днепра с так называемым Левобережьем. Иными словами, перспектива украинского наступления в южном направлении начала приобретать практический характер. Одновременно украинские войска смогли продвинуться к юго-востоку от Николаева на один-полтора километра.

Сценарий военных действий на Юге, как он виделся аналитикам и журналистам в Украине, предполагал, что задачей номер один является разгром российской группировки на правом берегу Днепра и освобождение Херсона. При благоприятном развитии событий наступление ВСУ может быть продолжено для освобождения всей Херсонской области, оккупированной части Запорожской области и выхода к Перекопскому перешейку и подступам к Чонгару. Но даже если ВСУ смогут освободить только Херсон, это будет крупнейшей военной и политической победой Украины и тяжелым поражением России. В частности, будут сорваны планы аннексии Херсонской области: проводить «референдум» под прицелом украинских HIMARS’ов невозможно.

Такой и похожие сценарии выглядят вполне правдоподобными. Однако в последние дни в СМИ и аналитических материалах стали все чаще задавать вопрос, почему наступление ВСУ все откладывается и откладывается, хотя Антоновский мост, склады боеприпасов и другие российские военные объекты в Херсонской области регулярно обстреливаются украинскими дальнобойными системами залпового огня? И вообще, состоится ли оно? Ведь совсем загадочным выглядит то, что украинское руководство заранее публично сообщило о планах наступления на Юге. Обычно, сторона, планирующая наступление, тщательно скрывает его конкретные цели и направления главного удара. Ситуация, возможно, станет яснее, если посмотреть на реакцию Москвы.

Москва попадает в ловушку

После того, как ВСУ начали регулярно обстреливать Антоновский мост и другие объекты в достаточно глубоких оперативных тылах в Херсонской области, в Москве пришли к выводу, что украинское наступление на Херсон не только реально, но и может завершиться освобождением этого города. Ничего подобного в Кремле допустить, естественно, не могли. Был отдан приказ, видимо, исходящий лично от Путина: во чтобы то ни стало удержать Херсон. Соответственно, с начала последней декады июля в Херсонскую и Запорожскую области перебрасываются как воюющие на Донбассе соединения, так и резервы, накопленные в самой России. Их ядро составляют части и подразделения российских воздушно-десантные войск.

К концу первой декады августа в Херсонской и Запорожской областях российское командование сосредоточило более 60% всех действующих в Украине войск, в том числе до 25 (иногда говорят даже о 30) батальонно-тактических групп общей численностью от 20 до 25 тысяч солдат и офицеров на правом берегу Днепра. Появились сообщения о готовящемся российском наступлении на Николаев.

Его захват и, в целом, оттеснение украинских войск к северу важны для Москвы в том числе, чтобы HIMARS’ы не могли разрушать мосты через Днепр.

Не прекращаются также разговоры о том, что Кремль по-прежнему планирует наступление на Одессу, а для этого требуется перебросить войска через Южный Буг, единственный теоретически доступный мост, через который можно это сделать, и находится он в Николаеве.

Сосредоточив большую часть войск на юге, Россия, естественно, ослабила боевой потенциал в Донбассе. Украинские источники сообщают, что основную нагрузку в непрекращающихся штурмовых действиях на Бахмутском и Донецком направлениях несут части так называемой народной милиции ДНР, изрядно потрепанной за пять с половиной месяцев непрерывных боев. Это создает ситуацию, в которой приказ Путина об оккупации всей Донецкой области не будет выполнен заведомо. И главная политическая цель «битвы за Донбасс» — расширение пределов «народных республик» на всю территорию Луганской и Донецкой областей — достигнута не будет. Стратегических целей на Юге Россия тоже добиться не сможет. Более того, российские войска попали в стратегическую ловушку.

Двадцати и даже тридцати БТГ, находящихся на правом берегу, никоим образом недостаточно для штурма и захвата Николаева. Это — сильно укрепленный и подготовленный к осаде город с населением почти полмиллиона человек. Штурм городов относится к самым тяжелым военным операциям, чреватым огромными потерями для наступающей стороны. Напомним, что бои за агломерацию Рубежное-Северодонецк-Лисичанск начались в марте 2022 года. Кроме того, чтобы выйти к пригородам Николаева российским войскам придется пройти как минимум около 40 километров, коммуникации будут растянуты, движущиеся автомобильные колонны с боеприпасами и топливом крайне уязвимы для ударов авиации, дальнобойной артиллерии и диверсионно-разведывательных групп. Стоит добавить, что несколько дней назад Украина получила американские высокоскоростные ракеты HARM, предназначенные для уничтожения радиолокационных станций, прежде всего РЛС ПВО. Это самым существенным образом облегчает действия украинской авиации, поскольку парализует работу российской противовоздушной обороны.

Главное, однако, в другом. Развернув на правом берегу Днепра солидную группировку, российские военачальники сами загнали ее в ловушку.

Два стратегических «бутылочных горлышка»

Боеспособность любой группировки войск решающим образом зависит от поддержания ее коммуникаций с оперативным тылом. Оттуда доставляются боеприпасы, топливо для автотранспорта и бронетехники, перебрасываются пополнение для компенсации потерь, медикаменты и продовольствие. В свою очередь, в оперативный тыл отправляют раненых, требующую ремонта технику, части, требующие отдыха, переформирования и так далее.

Иными словами, войска, находящиеся на поле боя, решающим образом зависят от транспортных коммуникаций с ближайшими тыловыми районами.

Российская группировка на правом берегу Днепра оказалась в исключительно тяжелом положении. Ее коммуникации с территориями на левом берегу полностью зависят от трех стратегических «бутылочных горлышек» — Антоновского моста вблизи Херсона, железнодорожного моста, пересекающего Днепр в 20 километрах от Херсона и моста на дамбе Каховской ГЭС в 90 километрах от Херсона. Никаких других стационарных переправ, по которым может снабжаться правобережная группировка, просто не существует. При этом Антоновский мост выведен из строя, попытки его отремонтировать оказываются безуспешными. Как только российские инженерные роты зальют бетоном дыры, проделанные ракетами HIMARS’ов, так ВСУ сразу проделывают новые. Железнодорожный мост и мост в Новой Каховке пока пострадали незначительно, но как только на правобережье начнутся серьезные бои, они будут перерезаны так же, как это произошло с Антоновским мостом.

Оставшись без транспортных связей с левым берегом, российская группировка на правом берегу, независимо от ее численности и вооружения, будет обречена на поражение. И чем больше батальонных тактических групп она насчитывает, тем больше им требуется боеприпасов и всего прочего, что требуется для ведения боевых действий. И как только боеприпасы иссякнут, российские войска будут обречены либо на капитуляцию, либо на паническое бегство, в том числе вплавь через Днепр. Может, кто-нибудь и доберется до левого берега. Это, кстати, объясняет, почему ВСУ не торопится с наступлением. Украинским войскам достаточно вести позиционную войну с тем, чтобы в один прекрасный момент окончательно перерезать переправы через Днепр и заставить противника побыстрее израсходовать боеприпасы. На этом в истории правобережной группировки будет поставлена точка.

Стратегическая или логистическая ловушка, в которой оказались российские войска на Правобережье, может позволить ВСУ освободить Херсон, который также находится на правом берегу Днепра, без длительного кровопролитного штурма, чреватого тяжелейшими потерями для гражданского населения, избежать «нового Мариуполя». Оставшись без боеприпасов, российские части просто не смогут сопротивляться наступающим украинским войскам. В лучшем для них случае им позволят уйти на левый берег, оставив в Херсоне оружие, в наиболее вероятном — они окажутся в лагере для военнопленных. А падение Херсона может действительно означать начало перелома в войне.