Дата
Автор
Фарида Курбангалеева
Источник
Сохранённая копия
Оригинал материала
«Воевать — это "козлиное", блатной на это не пойдет». Ольга Романова («Русь сидящая»*) рассказала о том, что происходит на фронте с заключенными, завербованными ЧВК «Вагнер»
Наемники ЧВК Вагнера на украинской войне
Фото опубликовано Ольгой Романовой («Русь сидящая»)
В прошлом месяце независимые медиа выяснили, что заключенных российских колоний вербуют для участия в войне против Украины. По данным журналистов и правозащитников, занимается этим лично миллиардер Евгений Пригожин, которого связывают с ЧВК «Вагнер». На днях глава фонда «Русь сидящая» (внесен в реестр иноагентов. — Republic) Ольга Романова сообщила, что к ней стали массово обращаться родственники погибших на фронте осужденных — они требуют выплаты «гробовых». Фарида Курбангалеева поговорила с правозащитницей и выяснила, что вербовка в зонах происходит в масштабах всей страны, а также узнала, почему властям выгодно отправлять зеков на фронт, имеет ли к этому отношение Путин и почему на воров нет никакой надежды.
— Когда стали поступать первые сигналы о российских зеках на фронте?
— Самые первые сигналы стали поступать с самого начала войны — буквально с конца февраля. Нам сообщали об этом из рязанской зоны БС и из Нижнего Тагила. Зоны БС — это безопасное содержание бывших сотрудников. Считается, что там сидят осужденные эфэсбешники, следователи, прокуроры. Но в основном это шпана, которая служила в СОБРе, ОМОНе, внутренних войсках. К ним пришли первыми. Я не знаю об условиях [которые им предлагали], но сразу никто не согласился. Потому что они хорошо разгоняют митинги и шьют дела, но насчет воевать с оружием — нет, дураков не было. Так что прошло буквально несколько точечных попыток вербовок, и все.
Потом мы пропустили большой кусок событий, потому что речь идет о Чечне. Мы увидели в составе чеченского батальона людей, которые должны сейчас сидеть, это этнические чеченцы. Но поскольку Чечня — это сейчас черная дыра, там нет никакой правозащиты, увидели — и все. Это был апрель. Потом тоже тишина.
И вот 26–27 июня прошли первые массовые сообщения о вербовке в Ленинградской области. В трех зонах — Обухово, Яблоневка, Форносово. И прямо понесся вал. Мы сначала думали, что Ленинградская область — потому что это родина Пригожина, но обнаружилось, что [вербуют] везде. За недели три — за месяц он объездил, в том числе и лично, практически всю европейскую часть России от Сыктывкара до Адыгеи. Он говорил [по словам заключенных], что посетил 2000 тюрем — у нас столько нет, поэтому это неправда. Но посетил много.
Примечание. Поездки Евгения Пригожина по колониям доподлинно не подтверждены, хотя о его личном присутствии в колониях рассказывают множество источников. Сам Пригожин так ответил на вопрос издания «Верстка» о том, ездил ли он по колониям для вербовки заключенных:
«Да, от вас ничего не скрыть. С уверенностью могу сказать, что я бывал в колониях с 1979 по 1990 год. Все уже не вспомнить, прошло 40 с лишним лет. Но точно был в ленинградских колониях, в Коми, в Вятлаге. На Руси многие побывали в тюрьмах, некоторые пропали, другие же поумнели и работают на благо своей страны. У нас на Руси традиция такая, если мальчик безобразничает — через наказание сделать из него мужчину, а у вас пиндосов — сделать из него женщину».
Пригожин также комментировал гибель заключенного Константина Тулинова на войне.
— Сколько народу уже завербовано?
— Есть четкая статистика, что записывается сразу 20 процентов из состава [колонии]. Если 1300 сидит человек — 300 записывается. Но давайте считать по-честному. Там получается не 20 процентов, а больше. Среди 1300 заключенных есть больные, инвалиды и люди, которым больше 55 лет — их довольно большое число. Минус те, у кого украинский паспорт — таких не берут. И минус угловые, они же голубые, они же петухи, они же опущенные, они же отделенные — их тоже не берут. Это от общего числа процентов 30 как минимум, а то и побольше. Я думаю, если отминусовать всех, из 1300 останутся максимум 900, о которых мы можем говорить, что их призывают. Вот из них идет сразу треть.
— В вашем совместном расследовании с «Важными историями», которое вышло в начале июля, речь шла о 15 колониях, сейчас их больше?
— Мы говорили о 15 колониях, у каждой из которых могли четко назвать номер, где она расположена, и как зовут нашего корреспондента. Сейчас [вербуют] везде.
— Как вы думаете, почему Пригожин лично ездит по зонам?
Подпишитесь, чтобы прочитать целиком
Оформите подписку Redefine.Media, чтобы читать Republic
Подписаться [Можно оплатить российской или иностранной картой. Подписка продлевается автоматически. Вы сможете отписаться в любой момент.]