Из суда не выйдешь

Фигуранты «дела группы «Сумма» уже могли бы освободиться, если бы им вынесли приговор. Однако «пытка процессом» продолжается пятый год

15 августа в Мещанском районом суде Москвы возобновился процесс над совладельцем группы компаний «Сумма» Зиявудином Магомедовым, бывшим сенатором от Смоленской области Магомедом Магомедовым и другими фигурантами громкого уголовного дела «о мошенничестве, растрате и создании преступного сообщества». Уже почти четыре с половиной года, с 31 марта 2018-го, все они находятся в тюремных камерах.

В рассмотрении дела был объявлен перерыв в связи с тем, что судьи — тоже люди и имеют право на отпуск. Этим правом воспользовалась федеральный судья Олеся Менделеева, председательствующая в коллегии из трех судей, рассматривающих уголовное дело.

Впрочем, 18 июля, перед тем как оправиться отдыхать, суд продлил арест всем подсудимым еще на три месяца, до октября.

Рассмотрение ходатайства прокуратуры о продлении срока содержания под стражей прошло по рутинному сценарию, который повторялся уже раз десять за прошедшие годы.

Обвинение огласило стандартный набор оснований для того, чтобы фигуранты оставались в тюремных камерах: «могут скрыться, могут оказать давление на свидетелей, могут препятствовать судопроизводству».

Ну и «непробиваемый» аргумент — суд уже неоднократно продлевал арест и не находил оснований для изменения меры пресечения.

Оживление в процесс внес подсудимый Сергей Поляков, бывший гендиректор «Объединенной зерновой компании», входившей в группу «Сумма». Он тоже обвиняется и в мошенничестве, и в растрате, и в участии в ОПГ. Когда суд предоставил ему слово, он встал и устало произнес:

— Прокурор в своем ходатайстве о продлении срока ареста даже не назвал моей фамилии. Обвинение уже забыло про меня?

А подсудимый Юрий Петров своими словами, похоже, озадачил даже судей.

Петров работал гендиректором ООО «Энергия-М». Эта компания была одним из поставщиков оборудования для электрической подстанции «Василеостровская» в Санкт-Петербурге, возведением которой занималась дочерняя компания «Суммы».

Оборудование поставлено, подстанция смонтирована и уже давно эксплуатируется, но следствие и прокуратура посчитали договор, заключенный с ООО «Энергия-М», фиктивным.

И коммерческо-хозяйственную деятельность, связанную со строительством и оборудованием подстанции, следствие и прокуратура признали преступной.

Юрия Петрова арестовали, и он тоже уже почти четыре с половиной года находится под стражей. При этом Петрову вменяется один-единственный эпизод по единственной статье — ст. 159 УК (мошенничество).

— Обвинение привело в суд уже более 620 свидетелей, — сообщил о своих подсчетах подсудимый. — И ни один из них не дал показаний, что знает меня. Ни лично, ни по публикациям в прессе. Мне инкриминируется один эпизод по одной статье УК. Даже если взять по максимуму, вы можете приговорить меня к десяти годам лишения свободы. А я уже в тюрьме больше четырех лет. По закону день в тюрьме равен полутора дням нахождения в колонии.

То есть я уже отбыл больше шести лет колонии. И уже могу ходатайствовать об условно-досрочном освобождении. Суд фактически лишает меня права на УДО. А прокурор обманывает суд, утверждая, что я могу сбежать. Какой смысл мне сбегать?

Эмоциональное выступление Юрия Петрова, возможно, и озадачило судью Олесю Менделееву. Но решение по подсудимому, подсчитавшему, что он уже имеет право на УДО, было аналогичным решениям по другим фигурантам уголовного дела: продлить арест до октября.

В этом уголовном деле порядка 900 томов и 126 коробок вещественных доказательств. При этом больше 800 томов уголовного дела — это документы, касающиеся финансово-хозяйственной деятельности группы «Сумма». Суд обязан изучить эти документы и дать им правовую оценку.

А чтобы был вынесен обвинительный приговор, прокурорам необходимо убедить суд, что все эти документы только похожи на настоящие, а на самом-то деле они фиктивные.

И группа «Сумма» если и вела финансово-хозяйственную деятельность, то исключительно для создания видимости, для прикрытия своих истинных целей — хищения и растраты денег.

Это прямо следует из примечания к статье 210 УК РФ («Организация преступного сообщества»), которая инкриминируется братьям Магомедовым и другим фигурантам уголовного дела. И по которой им грозит до 20 лет колонии строгого режима.

Без этого примечания применение «бандитской» статьи УК в отношении подсудимых предпринимателей, процесс над которыми продолжается в Мещанском суде Москвы, вообще было бы невозможным. Но что это за примечание и откуда оно взялось?

Еще в январе 2020 года президент России Владимир Путин в Послании Федеральному собранию заявил о необходимости перестать использовать 210-ю статью Уголовного кодекса как карательный инструмент против бизнеса.

Госдума прислушалась к мнению президента России. И в апреле 2020 года в ст. 210 УК были внесены поправки, которыми было запрещено привлекать к уголовной ответственности по этой статье учредителей, руководителей и сотрудников предприятий.

Но Госдума оставила для правоохранителей потайную дверцу в этой статье, дополнив ее примечанием. Согласно которому теперь, если следствие предполагает, что предприятие было специально создано для совершения тяжких или особо тяжких преступлений, то учредителей и руководителей такой компании можно привлекать к ответственности по статье 210.

Этой лазейкой и воспользовалось следствие в рамках «дела Магомедовых». По версии, приведенной в обвинительном заключении, группа «Сумма» была создана в 2010 году конкретно и специально для растрат и хищений. А вся финансово-хозяйственная деятельность «Суммы» — не более чем прикрытие.

И реконструкция основной сцены Большого театра, и строительство федеральных трасс и нефтепроводов, и возведение портового терминала в Приморске, и строительство стадионов в Казани и Калининграде к чемпионату мира по футболу, — все это, по логике следователей, криминальная бутафория.

И десятки тысяч рабочих мест в группе «Сумма» — это всего лишь создание видимости работы.

И 20–25 миллиардов рублей налогов, которые «Сумма» ежегодно перечисляла в бюджеты всех уровней, выходит, тоже лишь прикрытие.

И орден Почета, и орден Дружбы, которыми был награжден Зиявудин Магомедов, — это награды за преступления.

…Первое же судебное заседание после перерыва было перенесено из Мещанского районного суда в Мосгорсуд. И прошло в закрытом режиме. В ход пошли «секретные свидетели». Со свидетелями обвинения, которые были готовы выступать открыто, обвинению, очевидно, каши не сварить: большинство из тех 620 свидетелей, которых насчитал подсудимый Юрий Петров, в основном говорили именно о бизнес-проектах группы «Сумма», о договорах и контрактах, о подрядчиках и субподрядчиках. И эти показания очень скверно стыкуются со статьей 210 УК, предъявленной братьям Магомедовым и другим фигурантам уголовного дела.

Мы продолжаем следить за этим судебным процессом.