Оригинал материала
«Большой вопрос: на войну какого масштаба Россия сейчас способна?» Политолог Рима Урбонайте — о взглядах Литвы на РФ, угрозе вторжения в страны Балтии и путинском плане раскола Европы
Литва — государство в Европе, чья позиция по отношению к путинской России бескомпромиссна. Она первой отменила туристические визы для россиян сразу после вторжения РФ в Украину и приняла резолюцию, объявляющую Россию государством-террористом. В столице Литвы Вильнюсе на небоскребе в центре города висит огромная растяжка «Путин, Гаага ждет тебя». Нежелание литовцев пускать через свою страну транзитные поезда в Калининград заставило экспертов всерьез рассматривать сценарий военного столкновения России и стран НАТО. При этом Литва дает убежище многим россиянам, покинувшим страну из-за политических преследований или антивоенной позиции. Почему маленькая Литва настроена к путинской России столь воинственно, не боится ли она провоцировать агрессивного соседа, насколько реально российское вторжение в Балтию и смогут ли когда-нибудь русские и литовцы быть добрыми соседями? Republic поговорил об этом с политологом Римой Урбонайте.
— Если посмотреть на Литву через призму российских государственных медиа, то эта страна выглядит, наверное, самым антироссийским государством Европы. Можете ли вы с такой оценкой согласиться? И как бы вы сегодня охарактеризовали отношения Литвы как государства и литовского общества к России?
— России выгодно создавать врагов. Это обычная концепция и стратегия: найдем врага и побьем его. Литва в своем отношении к России ничего не придумывает. Мы не ищем врагов, мы просто знаем свою историю. И тут не нужно копать на 500 лет вглубь, речь о памяти наших поколений. Я помню рассказы своих дедушек, бабушек про ссылку в Сибирь, про то, через что им пришлось пройти. Про то, как людей расстреливали на месте. Это все очень реально, это все еще очень близко. Я могу вспомнить своего папу, который, оставив семью в маленьком городе, в 1991 году поехал в Вильнюс бороться за независимость Литвы. Он был военным, но до этого уже ушел из советской армии, приняв принципиальное решение. За это я благодарна ему и всем людям, которые тогда боролись за независимость нашей страны, потому что дальше было невозможно.
Невозможно было жить в Советском Союзе. Ни один здравомыслящий человек не вернется в это. Да, была перестройка, гласность и все такое. Но сути это не меняло. Свобода человека — это то, к чему люди все равно будут стремиться. А ее не было. Вся система была гнилая.
У нас есть этот опыт, эта память, и это дает нам возможность реально оценивать сегодняшнюю ситуацию. И сейчас некоторые наши западные партнеры признаются: «Да, мы вас не слушали, мы думали, что вы преувеличиваете, но теперь мы должны сказать вам — извините, вы были правы». То, что сейчас случилось, показывает, что на Западе господствовала по отношению к России naive politik, а в Литве по поводу России была как раз realpolitik. И то, я думаю, что мы на какое-то время расслабились. Даже если смотреть по бюджету: мы не выделяли достаточно денег на оборону. И только после 2014 года приняли конкретные решения, потому что уже было понятно, что нужно готовиться к худшему. Тогда и с партнерами по НАТО мы начали более тесно сотрудничать. В первую очередь нам нужны были планы: как нам действовать, если что-то случится? Так что, я думаю, что в отношении России у нас просто реальный взгляд на ситуацию.
А то, как реагирует МИД, вообще политики в России — это имперские комплексы. Мы знаем свою историю, мы ее не забыли, мы не пытаемся ее переписывать, как пытается сделать Россия. Это часть пропаганды, это естественно. Запад дал себя обмануть или хотел обмануться, потому что так было удобно, и не хотел видеть реальность. Это ошибка Запада.
Рима Урбонайте
Предоставлено Римой Урбонайте
Россия очень хочет сделать из нас, из Литвы, какого-то монстра. Но, я думаю, те, кто приезжает в Литву, видят это совсем по-другому. Тут нет масштабного движения против России, тут многие разговаривают по-русски, мы не наблюдаем ненависти ко всем русским. И после 2014 года, и сейчас, в начале войны, чувствуется, что есть боль, напряжение в обществе. Но это естественно — это эмоции, это страх, это абсолютно понятно. И когда Кремль говорит, что здесь ненавидят русских, то пусть возьмут зеркало и посмотрят себе в лицо. Почему так случилось? Эти эмоциональные волны абсолютно коррелируют с тем, что творила Россия в 2014 году и что творит сейчас, в 2022-м.
Более наивный подход части европейских стран объясняется просто тем, что у французов или португальцев нет такого опыта с Россией, как был у нас, и никогда не будет. Россия от них очень далеко. Но так как [Владимир] Соловьев уже и Берлину угрожает, то, может быть, не так уж и далеко.
Подпишитесь, чтобы прочитать целиком
Оформите подписку Redefine.Media, чтобы читать Republic
Подписаться [Можно оплатить российской или иностранной картой. Подписка продлевается автоматически. Вы сможете отписаться в любой момент.]