Жанна Немцова: Дочь своего отца

Жанна Немцова

В этом году будет впервые присуждена новая книжная премия «ПолитПросвет».

«После 24 февраля разговор о просвещении невозможен вне этического и политического контекста. Поэтому в этом году учреждена специальная награда "ПолитПросвет" — за книгу, посвященную текущему общественно-политическому процессу и помогающую понять его природу», — говорит Борис Зимин, глава Zimin Foundation, при поддержке которого вручается «ПолитПросвет».

На конкурс были присланы не только книги, но и циклы статей, мультимедийные проекты, подкасты и YouTube-шоу, однако отборочный комитет принял решение остановиться в этом году только на книжном формате: настолько значимыми оказались эти издания. В длинный список «ПолитПросвета» включены 10 книг российских издательств — из них в октябре жюри выберет 5 финалистов, а в декабре — лауреата.

Издательство «Бомбора» представлено в длинном списке книгой Жанны Немцовой «Дочь своего отца».

И при жизни Бориса Немцова, и уже тем более после его смерти его имя часто упоминается в статьях и расследованиях, в предвыборных программах и памятных речах, в текстах кремлевских пресс-служб и блогах оппозиционеров. Кажется, что все они хорошо знают, каким был Борис Немцов, но подчас мнения их так расходятся, что отличить правду от вымысла очень сложно. Эта биография написана человеком, который был действительно близок с Немцовым и знал его настоящего, — его дочерью Жанной. В книге она рассказывает не только об истории своей семьи и взаимоотношениях с отцом. Жанна Немцова с присущей ей прямотой рассказывает в книге и о том, как начиналась политическая карьера ее отца, и как выстраивались отношения в их семье, и что изменилось с переездом в Москву и работой в правительстве, и, конечно, про день убийства и про реакции общества, последовавшие за этим.

Предлагаем прочитать отрывок из главы, рассказывающей о том, как молодой физик Борис Немцов стал политиком.

26 апреля 1986 года на Чернобыльской атомной электростанции взорвался реактор четвертого энергоблока. В СССР пытались замалчивать катастрофу, но о ней всё равно стало известно. Люди были невероятно напуганы угрозой распространения радиации: скупали счетчики Гейгера и ходили с ними в магазин и на рынок — проверяли продукты на радиоактивность.

При этом в Горьком фактически в черте города шло строительство АСТ — атомной станции теплоснабжения: от нее до границы Горького можно было дойти пешком. Моя бабушка была категорически против АСТ и вышла на одну из центральных улиц города собирать подписи против ее строительства.

Бабушка до этого никогда не участвовала в общественных кампаниях. Но АСТ казалась ей смертельно опасным проектом, поэтому она не побоялась выйти на улицу и найти поддержку жителей города.

Но бабушке не хватало знаний: все-таки она не была экспертом по ядерной энергетике. И тут она обратилась за помощью к моему отцу. Отец поддержал инициативу своей матери и начал активно выступать против АСТ. Умение говорить ярко, убедительно и по делу довольно быстро сделало его популярным в городе. Впоследствии отец, отвечая на вопрос, кто привел его в политику, всегда говорил: «Моя мама».

В 1988 году отец поехал в Москву и взял интервью у академика Андрея Дмитриевича Сахарова о горьковском проекте АСТ. Сахаров был ярым противником ядерного оружия и одним из инициаторов заключения Московского договора о запрещении ядерных испытаний в трех средах (атмосфере, космосе и океане) между СССР и США в 1963 году. Тем не менее Сахаров не выступал против ядерной энергетики, он считал, что атомные станции нужно строить под землей, чтобы избежать разрушительных последствий техногенных катастроф.

Здесь я должна пояснить: с 1980 года академик Сахаров был в ссылке в Горьком за критику властей, в частности за его возражения против введения советских войск в Афганистан. В ссылку Сахарова отправили без суда вместе с женой Еленой Боннэр. Целью этого вида наказания была изоляция человека от внешнего мира, он не мог общаться ни с кем. Один из изобретателей первой в СССР водородной бомбы и самый известный советский диссидент, Сахаров в 1975 году стал лауреатом Нобелевской премии мира. Премию он получил «За бесстрашную поддержку фундаментальных принципов мира между людьми и мужественную борьбу со злоупотреблением властью и любыми формами подавления человеческого достоинства». Он был всемирно известным человеком, который был вынужден жить в ссылке до 1986 года, когда Михаил Горбачёв позволил ему вернуться в Москву. В 1984 году в знак солидарности в Вашингтоне площадь около посольства СССР была переименована в честь Сахарова. Спустя 33 года, в 2017 году, площадь перед посольством в России в Вашингтоне будет переименована в честь Бориса Немцова.

В 1980-е годы отец часто говорил о Сахарове, и поэтому он у меня вызывал неимоверное восхищение и интерес. Я плохо понимала, что такое «ссылка», и на полном серьезе считала, что отец меня легко может познакомить с Сахаровым. Этого не произошло, но своего кота я назвала Андрей Дмитриевич Сахаров.

Разговор отца с Сахаровым опубликовала газета «Ленинская смена» — в конце 1980-х она была более свободной, чем, скажем, «Горьковский рабочий».

Интервью вышло в двух частях. Первая называлась «Мы не должны держать себя в страхе» и была опубликована в конце октября 1988 года. Вторая, «Мы живем в новую эпоху», в которой Сахаров говорил о правах человека, была опубликована чуть позже, когда, как говорил отец, все уже расслабились и сказали: «Делайте что хотите, уже всё равно...»

Сахаров четко дал понять: он против строительства АСТ в Горьком. В конце 1980-х оно было заморожено. Отец — не журналист, интервью с Сахаровым было первым и последним в его жизни. Но у него получилось то, ради чего существует журналистика: он поменял реальность во многом благодаря этому интервью.

В 1990 году прошли выборы народных депутатов РСФСР. К тому моменту система регистрации кандидатов упростилась. Это было связано в первую очередь с запросом общества на перемены и накопившимся недовольством КПСС. Отец был выдвинут в национально-территориальном округе № 35 — в него входил весь Горький. Всего по этому округу конкурировали восемь кандидатов. Отец проводил много встреч с избирателями, в том числе на заводе «Орбита», в общежитии политехнического университета и в других местах. Власти уже тогда не препятствовали проведению таких собраний. Отец участвовал и в теледебатах вместе с другими кандидатами. На бесплатную агитацию было выделено две минуты эфирного времени. Особого интереса к таким программам не было — возможно, из-за повторяющихся банальных речей. Нина Зверева, известная горьковская журналистка, которая сильно помогала отцу в начале политической карьеры, вспоминает, что отец долго размышлял, что ему говорить на этих дебатах. Они с Ниной обсуждали разные варианты, но во время эфира, послушав своих соперников, бесконечно обещавших, сказал: «Я могу обещать только одно. Я не буду врать». И всё. Он выиграл выборы — и стал народным депутатом РСФСР.

На первом заседании депутатов Верховного Совета отец познакомился с Борисом Ельциным. Он пригласил на встречу депутатов, которые победили под демократическими лозунгами, и задал отцу вопрос: «Вы из Горького. У вас есть какие-нибудь идеи, как нам обустроить Россию?» Правда, звучит похоже на «Как нам построить прекрасную Россию будущего?»? Летом 1991 года Ельцин становится первым президентом новой России, а отец — его представителем в Нижегородской области. Чуть позже Ельцин назначает моего отца, которому только исполнилось 32 года, главой администрации Нижегородской области. Нина Зверева подошла к нему с микрофоном и спросила:

— Борис Николаевич, а вы не боитесь назначать губернатором такого молодого Немцова? Ведь нижегородский регион очень проблемный.

— Не боюсь, — ответил Ельцин. — Я ему верю, что он пойдет демократическим путем. Его ум, его ответственность, активность — это всё положительные черты. Недостатки — какие? Молодость не считается недостатком. Отсутствие производственного опыта сказывается, немножко теоретический подход. Но это с годами проходит, поэтому я считаю, что это хорошая кандидатура для нижегородцев.

Потом, спустя много лет, отец любил шутить: «Когда я был маленьким, я работал губернатором». Слово «губернатор», кстати, ввел в оборот мой отец. Ельцину сначала не понравилось, но потом он привык.

Недавно я обнаружила интересный факт. Есть ощущение, что в 1990-е годы в стране губернаторами становились сплошь прогрессивные ученые, правозащитники, общественные деятели — новые люди новой России.

Это неправда. Нижегородская область, в которой губернатором стал молодой ученый-физик, была не правилом, а исключением из него. В большинстве регионов в губернаторские кресла садились представители партноменклатуры. То есть фактически те же люди, что занимали те или иные должности до распада СССР.

И неудивительно, что про Нижегородскую область в середине 1990-х годов много писала российская и мировая пресса: регион стал столицей рыночных реформ.

Борис Немцов берет интервью у академика Андрея Дмитриевича Сахарова и его супруги Елены Боннэр. Октябрь, 1988 год. Автор — Николай Мошков

Ранее в рубрике «Медленное чтение» были представлены следующие книги, вошедшие в длинной список премии «Полит.Просвет»:

Лев Гудков. Возвратный тоталитаризм. В 2-х т. — М.: Новое литературное обозрение, 2022.

Илья Жегулев. Ход царем. Тайная борьба за власть и влияние в современной России. От Ельцина до Путина. — М.: Говард Рорк, 2022.

Карин Клеман. Патриотизм снизу. «Как такое возможно, чтобы люди жили так бедно в богатой стране?». — М.: Новое литературное обозрение, 2021.

Иван Курилла. Битва за прошлое. Как политика меняет историю. — М. : Альпина Паблишер, 2022.

Евгения Лёзина. ХX век: проработка прошлого. Практики переходного правосудия и политика памяти в бывших диктатурах. Германия, Россия, страны Центральной и Восточной Европы. — М.: Новое литературное обозрение, 2021.

Михаил Фишман. Преемник. История Бориса Немцова и страны, в которой он не стал президентом. — М.: CORPUS, 2022.