Оригинал материала
Ружья и курсор
Военное правительство Мали наняло ЧВК «Вагнер» для борьбы
с исламистами
Авторы: Фил Смирнов, Матфей.
При участии Яблони
Иллюстрация: Саша Рогова
5 апреля Human Rights Watch опубликовали доклад о том, что в конце марта вооруженные силы Мали и связанная с ними частная военная компания «Вагнер» убили более 300 мирных жителей рядом с военной базой Госси. Появление в стране российских наемников происходило на фоне стремительного ухудшения отношений между правящей в Мали военной хунтой и французским военным контингентом, в течение девяти лет помогавшего проводить «антитеррористическую операцию» против исламистов.
Свидетели событий в городе Мура рассказали The New York Times, что жертвами малийской армии и «вагнеровцев» стали мирные жители и невооруженные боевики. Во время рейда на город солдаты собирали людей группами по 15 человек, осматривали на наличие синяков и отпечатков, например, от прикладов оружия. Так военные пытались выявить скрытых джихадистов. После осмотра они казнили большую часть мужчин. Российские наемники выхватывали бегущих по улицам людей и врывались в дома к мирным гражданам. По словам выживших очевидцев, «белые солдаты убивали всех, кто пытался бежать».
На фоне длящейся уже десять лет войны в Мали российская ЧВК усиливает свое присутствие в регионе.
В чем обвиняют «вагнеровцев»?
В Мали до сих пор продолжается война между правительственными войсками и подразделениями боевиков-исламистов. После очередного поражения в столкновении с исламистами военная хунта, захватившая власть в результате очередного госпереворота в августе 2020 года, обратилась за помощью к наемникам-вагнеровцам. Согласно данным правозащитных организаций, ЧВК и армия Мали убивают сотни мирных жителей при выполнении «антитеррористических операций». Правительство Мали блокирует независимое расследование таких инцидентов.В конце декабря 2021-го в СМИ появлялась информация о прибытии в страну наемников, а в январе 2022-го малийские военные подтвердили, что в стране находятся «российские инструкторы». Сейчас контингент «вагнеровцев» в Мали оценивается более чем в тысячу человек.
Обвинения «вагнеровцев» в нарушениях прав человека стали поступать с самого начала их прибытия в страну в декабре 2021-го. Зафиксированные преступления происходили в поселениях по всей стране. Самое страшное по количеству жертв преступление, которое приписывают «вагнеровцам», произошло в городе Мура, рядом с военной базой Госси. ООН до сих пор не может начать полномасштабное расследование трагедии. Власти Мали не разрешили экспертам организации посетить место захоронения рядом с военной базой. Они сообщили миссии ООН, что разрешение на доступ будет «рассмотрено» после завершения их собственного расследования. С тех пор об итогах расследования ничего не известно.
Власти Мали ни на кого не возложили ответственность за преступления, однако заявили, что, судя по состоянию найденных тел, «братская могила существовала задолго до» ухода французских солдат с базы. В то же время французские военные предоставили спутниковые фотографии, на которых, как утверждается, запечатлены попытки «вагнеровцев» инсценировать причастность французов к убийствам мирных жителей. Министр обороны Мали заявил, что с 23 по 31 марта 2022 года армия «нейтрализовала» 203 террориста, еще 51 был арестован. По официальной версии, все эти люди — «джихадисты».
С начала 2022-го ООН отмечает рост количества убийств и нарушений прав мирных жителей со стороны малийских солдат. Согласно докладу ООН, за первые три месяца 2022-го по их вине погибло 248 гражданских лиц — в десять раз больше, чем в конце 2021 года. А по информации The Armed Conflict Location & Event Data Project, с января по середину апреля 2022 года 456 мирных жителей были убиты правительственными войсками и «вагнеровцами».
The New York Times, основываясь на рассказах очевидцев в городе Мура, сообщил, что жертвами малийской армии и «вагнеровцев» стали как мирные жители, так и невооруженные боевики. Малийские солдаты осматривали по 15 человек на наличие синяков и отпечатков, оставленных после стрельбы, затем казнили большую часть мужчин буквально в нескольких метрах от пленных. В это же время российские наемники выхватывали бегущих по улицам людей и врывались в дома. Малийские солдаты использовали громкоговорители в мечети, чтобы приказывать всем, кто еще прятался в домах, выйти, а российские наемники следили за тем, чтобы никто не скрылся. «Белые солдаты убивали всех, кто пытался бежать», — рассказал NYT один очевидцев.
Одним жителям, у которых были тележки, военные приказывали собирать тела, а другим — сухую траву. Солдаты обкладывали тела сухостоем, обливали горючим и поджигали на глазах у пленных. Убийства и пытки продолжались на протяжении четырех дней.
The Guardian ссылается на внутренние документы малийской армии, в которых упоминается участие «российских инструкторов» в «совместных операциях», в результате которых были убиты мирные жители — число жертв исчисляется сотнями. Официальные власти отвергают обвинения, называя их непроверенными и направленными на очернение армии Мали.
Российская Федерация заблокировала запрос Совета Безопасности ООН на проведение независимого расследования событий в Муре. «Учитывая традиционную склонность французских СМИ, а зачастую и некоторых европейских официальных лиц сваливать все грехи “с больной головы на здоровую”, можно предположить, что кое у кого появится соблазн вбросить в медийное пространство версии, направленные против малийских военнослужащих, чьи успехи в очищении республики от террористической угрозы так раздражают Париж, не сумевший этого сделать за годы своего присутствия в Мали», — заявили в МИД РФ.
Что французские войска делают Мали?
ЧВК «Вагнер» представляют далеко не первый иностранный военный контингент в Мали. Миссия Франции в регионе началась с 2013 года, когда по просьбе правительства Мали Франция возглавила военную операцию против исламистов: тогда они взяли под контроль север страны. Введение войск было санкционировано Совбезом ООН. Позднее география операции расширилась на территории соседних стран: Буркина-Фасо, Нигера и Чада.
В результате девятилетней «антитеррористической операции» малийская армия и ее союзники смогли вернуть под свой контроль города на севере страны, но полностью разбить террористов не удалось: те перегруппировались и продолжили вести боевые действия.
Французские войска участвуют в миротворческой операции в Западной Африке
Фото: GETTY IMAGES
За 2020 и 2021 года в Мали произошло несколько государственных переворотов. В результате последнего к власти пришла военная хунта, у которой не сложились отношения с французской армией. В марте 2022 года правительство Мали потребовало вывести французские войска «без промедления», и 13 июня большая их часть покинула базу Менака и релоцировалась в Нигер. ООН отмечает, что оставшихся в этом районе страны миротворцев и вооруженных сил Мали может быть недостаточно для того, чтобы обеспечить безопасность местных жителей. Так или иначе, 15 августа 2022 года Франция завершила операцию и вывела свои войска. Несмотря на это, напряжение между двумя государствами не спало.Сразу после вывода последних французских частей с территории Мали власти страны обратились в Совбез ООН с просьбой инициировать разбирательство в отношении действий французских военных, призвав положить конец «актам агрессии».
17 августа министр иностранных дел Мали Абдулай Диоп заявил в письме к главе Совета Безопасности ООН, что Франция нарушала воздушное пространство Мали и поставляла оружие вооруженным группам: в этом году воздушное пространство нарушалось более 50 раз, в основном французскими беспилотниками, военными вертолетами и истребителями. «Вопиющие нарушения воздушного пространства использовались Францией для сбора информации о террористических группах, действующих в Сахеле, и для сбрасывания им оружия и боеприпасов», — говорится в письме. Власти Бамако, столицы Мали, пока лишь заявили о появившихся у них доказательствах французских поставок оружия вооруженным группам, на борьбу с которыми Париж потратил десять лет и миллиарды долларов. Но в письмо к ООН эти доказательства правительство Мали не предоставило.
Мирные жители действительно становились жертвами действий и французских военных. В марте 2021 года в результате французского авиаудара по свадебной вечеринке погибло 10 человек. Несмотря на заверения французских военных о том, что в результате операции было убито 30 экстремистов, комиссия ООН признала, что в результате атаки погибли гражданские.
Министры иностранных дел Сергей Лавров и Абдулай Диоп в Москве, 2021 год
Фото: AFP/YURI KOCHETKOV
Помимо французских военных, в Мали находится контингент ООН в составе 15 тысяч миротворцев. Но и их присутствие тоже не проходит гладко. В конце июня 2022 года мандат ООН на проведение миротворческой операции закончился, но новое соглашение не было достигнуто, и войска ООН продолжают находиться в стране по временным договоренностям с правительством. Переговоры о ротации войск замораживались и возобновлялись несколько раз. Один из самых громких скандалов произошел 14 июля, когда власти Мали, по их словам, схватили 49 солдат Кот д'Ивуара — военным вменяется «нападение и преступный сговор» против государства и «подрыв внешней безопасности». Только 5 сентября трое женщин-солдат были освобождены, остальные сорок шесть человек остаются под арестом.При том, что у военной хунты нет четких договоренностей о дальнейшем продлении миротворческой миссии, о стабильности и безопасности в стране до сих пор говорить нельзя: каждый месяц продолжают происходить террористические акты с десятками погибших: 10 августа вблизи города Тесси после атаки дронов джихадистов погибло сорок два малийских солдата и четверо гражданских. Неделей ранее группа исламистов обстреляла из стрелкового оружия и реактивных гранатометов конвой миротворцев ООН — в ходе обстрела погиб один миротворец и трое были ранены.
Ситуация обостряется еще и из-за гуманитарного кризиса. Отказ хунты проводить демократические выборы привел к международным санкциям, и ряд НКО обеспокоены тем, что ограничения могут привести к гуманитарной катастрофе из-за недостатка продовольствия, большая часть которого поставляется в Мали из-за рубежа. На этом играет и Россия. 10 августа Владимир Путин в телефонном разговоре обсудил возможные поставки продовольствия, удобрений и топлива в Мали с исполняющим обязанности президента страны. Также президент РФ пообещал дополнительное сотрудничество в сфере безопасности и пригласил лидера Мали на санкт-петербургский саммит «Россия-Африка», который состоится в 2023 году.
Кто такие «вагнеровцы»?
Владимир Путин с командирами ЧВК «Вагнер», 2017 год. Крайний справа — Дмитрий Уткин.
Фото: Фонтанка
ЧВК прославилась своим участием в боевых действиях на территории Сирии, ЦАР и на востоке Украины. Также «вагнеровцы» участвовали в гражданских войнах в Судане и Ливии, подавлении исламистского мятежа в Мозамбике.
Вопросы к методам, используемым «вагнеровцами» во время боевых действий, возникали и до событий в Мали. В октябре 2021 года Управление Верховного комиссара ООН выпустило заявление, в котором обвинило российских наемников в причастности к нарушениям прав человека, сексуализированным преступлениям и преследованию мирных жителей Центральноафриканской Республики. По данным ООН, «вагнеровцы» прибегали к произвольным задержаниям, пыткам и внесудебным казням. К таким же выводам в мае 2022 года пришла и Human Rights Watch, изучая военные преступления, совершенные российскими военными в Украине.
Вагнеровцы на карауле во время парада в Банги, ЦАР, 2019 год.
Фото: Ashley Gilbertson for The New York Times
Российские власти всячески открещиваются от связей с «вагнеровцами», но само существование ЧВК они не отрицают. Вместе с тем, в России наемничество запрещено, а участие в вооруженных конфликтах на территории других стран карается лишением свободы от семи до пятнадцати лет.Что Российская Федерация делает в Африке?
С 23 по 27 июля 2022 года министр иностранных дел РФ отправился с туром по Африке. Сергей Лавров посетил Египет, Уганду, Конго и Эфиопию. Многие африканские страны зависимы от поставок продовольствия из России и не осудили войну в Украине. Также в Африке много авторитарных и диктаторских режимов, они симпатизируют Путину. Одной из целей поездки Лаврова были торговые соглашения: «Росатом» будет строить четырехреакторную электростанцию в Египте, в Республике Конго российская компания работает над строительством магистрального нефтепровода. За пару дней до визита Лаврова в газетах африканских стран вышла статья министра, в которой он обвиняет западные страны во лжи. Сергей Лавров утверждает, что Россия, в отличие от «Запада», «не запятнала свою репутацию кровавыми преступлениями колониализма».Саммит Россия - Африка, 2019 год
Фото: The Independent
Бывший сотрудник Российского Института Стратегических Исследований при Президенте РФ и специалист по Западной Африке, преподаватель РУДН:
«"Вагнеровцы’’ начали появляться в Африке где-то в 2017-м, сразу после прихода туда большого российского бизнеса. ЧВК договорилась с президентом Центральноафриканской Республики об обеспечении безопасности в стране, включая защиту представителей власти. И уже в 2017-м у нас начал расти товарооборот: скупали у ЦАР в основном алмазы.
Важно понимать, что Пригожин — это не только «Вагнер» и не только военное присутствие. Это еще и политические консультанты, которых направляли по линии International Anti-Crisis Center. Совместно с ним часто работает и Фонд защиты национальных ценностей, который направлял в Ливию социологов.
Относительные успехи пришли в ЦАР и сейчас в Мали. «Вагнеровцы» не заинтересованы даже в какой-то экономической выгоде, польза там изначально геополитическая. Если мы говорим о Евгении Пригожине, то целью было просто «взять и занять» страну, чтобы потом перед высоким начальством отчитаться, насколько нам удалось расширить геополитическое присутствие в новом регионе. Это не был какой-то хитрый, хорошо продуманный план, который привел к успеху.
После того как в Западную Африку пришел Пригожин, интерес к региону возник и у других наших: грубо говоря, тот же Малофеев и Кадыров. У кого-то в Нигерии есть благотворительная организация, а у Малофеева это агентство по привлечению инвестиций. Российские корпорации там присутствовали еще с 2000-х: Русал и частично АЛРОСА. У них в середине 2010-х годов были большие надежды, связанные с Анголой. Считалось, что это очень большой перспективный рынок. Но сейчас там экономическая ситуация изменилась. Плюс, насколько я помню, в Зимбабве, еще с режимом Роберта Мугабе, у АЛРОСА были договоренности, после того как в 2017 м году его свергли, все снова погорело.
Когда мы заходим в регион, используется антиколониальная риторика, чтобы преподнести присутствие России как некое освобождение. В тех же лояльных публикациях о ситуации в Мали о ЧВК «Вагнер» говорят, как об освободителях.
Сейчас основные ресурсы России в военно-политической сфере сконцентрированы в Украине. Но, тем не менее, России важно показать, что она может сохранить свое военное присутствие и в других регионах. Это важный пропагандистский шаг для международной арены. Но какого-то серьезного расширения и выделения дополнительных ресурсов на этом направлении, я думаю, ожидать не стоит».
Рекламный щит на улицах Банги, посвященный сотрудничеству российских и центральноафриканских вооруженных сил, 2019 год
Фото: Ashley Gilbertson for The New York Times
Почему Франция до сих пор остается одним из ключевых игроков в Западной Африке?
Бывший сотрудник Российского Института Стратегических Исследований при Президенте РФ и специалист по Западной Африке, преподаватель РУДН:
«"Вагнеровцы’’ начали появляться в Африке где-то в 2017-м, сразу после прихода туда большого российского бизнеса. ЧВК договорилась с президентом Центральноафриканской Республики об обеспечении безопасности в стране, включая защиту представителей власти. И уже в 2017-м у нас начал расти товарооборот: скупали у ЦАР в основном алмазы.
Важно понимать, что Пригожин — это не только «Вагнер» и не только военное присутствие. Это еще и политические консультанты, которых направляли по линии International Anti-Crisis Center. Совместно с ним часто работает и Фонд защиты национальных ценностей, который направлял в Ливию социологов.
Относительные успехи пришли в ЦАР и сейчас в Мали. «Вагнеровцы» не заинтересованы даже в какой-то экономической выгоде, польза там изначально геополитическая. Если мы говорим о Евгении Пригожине, то целью было просто «взять и занять» страну, чтобы потом перед высоким начальством отчитаться, насколько нам удалось расширить геополитическое присутствие в новом регионе. Это не был какой-то хитрый, хорошо продуманный план, который привел к успеху.
После того как в Западную Африку пришел Пригожин, интерес к региону возник и у других наших: грубо говоря, тот же Малофеев и Кадыров. У кого-то в Нигерии есть благотворительная организация, а у Малофеева это агентство по привлечению инвестиций. Российские корпорации там присутствовали еще с 2000-х: Русал и частично АЛРОСА. У них в середине 2010-х годов были большие надежды, связанные с Анголой. Считалось, что это очень большой перспективный рынок. Но сейчас там экономическая ситуация изменилась. Плюс, насколько я помню, в Зимбабве, еще с режимом Роберта Мугабе, у АЛРОСА были договоренности, после того как в 2017 м году его свергли, все снова погорело.
Когда мы заходим в регион, используется антиколониальная риторика, чтобы преподнести присутствие России как некое освобождение. В тех же лояльных публикациях о ситуации в Мали о ЧВК «Вагнер» говорят, как об освободителях.
Сейчас основные ресурсы России в военно-политической сфере сконцентрированы в Украине. Но, тем не менее, России важно показать, что она может сохранить свое военное присутствие и в других регионах. Это важный пропагандистский шаг для международной арены. Но какого-то серьезного расширения и выделения дополнительных ресурсов на этом направлении, я думаю, ожидать не стоит.
Поврежденная французская бензоколонка Total в городе Дакар, Сенегал, 2021 год
Фото: John Wessels/Agence France-Presse — GETTY IMAGES
Также осталась связь между элитами: у западноафриканских лидеров до сих пор есть недвижимость на Лазурном берегу и очень тесные политические контакты с французским истеблишментом. Можно даже проследить, как политическая борьба во Франции отражается на политической борьбе внутри стран Африки.
Для Мали и соседнего Нигера наиболее значимый ресурс [на экспорт] — уран, поскольку французская энергосистема в значительной степени завязана на ядерную энергетику. В последние 10-летия урановыми ресурсами Мали и Нигера интересуются не только Франция, но и Китай.
В военном плане Франция всегда стремилась привлекать местных союзников. Так появилась «сахельская пятерка»: Буркина-Фасо, Мавритания, Мали, Нигер и Чад. Они пытались заключить военные соглашения и получить финансирование и из стран Персидского залива — Саудовской Аравии и Эмиратов. Франции это помогало решать ресурсные проблемы, ведь доступные финансовые и военные силы были достаточно ограничены».
Почему в Мали началась война?
В 2012 году в Мали начался политический кризис. Изначально он был связан с туарегами — одним из разделенных народов сахара-сахельского региона. Часть туарегов проживала в Ливии. После свержения диктатора Каддафи, которого они поддерживали, туареги были вынуждены покинуть страну. Часть из них вернулись в Мали, и в страну стало поставляться большое количество оружия из Ливии. Получившие оружие повстанцы попытались захватить власть на севере страны, и, для того чтобы не допустить падения столицы страны Бамако, потребовалось прямое вмешательство французской армии.
Когда французы получили санкцию ООН и вошли в Мали в рамках миротворческой операции, выяснилось, что проблему джихада нужно решать не только на территории Мали, но и в соседних государствах, поскольку границы достаточно прозрачны и пересекать их по пустыне достаточно легко. Поэтому мандат нужно было расширить — так, параллельно с операцией Франции, началась операция самой ООН в Мали и близлежащих государствах.
Асимметричная война — это война между противниками, которые используют кардинально разные стратегии. Чаще всего это войны между неравными по силам противниками, когда более слабая сторона использует методы, практически неизвестные ее противнику. Война США в Ираке, когда американские солдаты неожиданно для себя столкнулись с такими инструментами уничтожения живой силы, как самодельные взрывные устройства, — это пример асимметричной войны.
Games of Empire: Global Capitalism and Video Games
https://www.upress.umn.edu/book-division/books/games-of-empire
В книге авторы проводят критику популярных видеоигр, таких как Full Spectrum Warrior или Warcraft, показывая, как в них воспроизводится логика глобального капитализма.