Как новые правила получения виз в Европу изменят жизнь россиян

В понедельник, 12 сентября, временно перестало действовать соглашение об упрощенном визовом режиме Евросоюза с Россией. Визы теперь надо будет получать дольше, они будут стоить дороже, а про долгосрочный шенген, вероятнее всего, придется забыть. Это решение оказалось намного мягче «визового бана», которого требуют многие европейские политики, но и оно может значительно изменить жизнь россиян (и не только затруднить каникулы в Европе). Корреспондентка «Новой газеты. Европа» рассказывает, как в Евросоюзе дискутировали о запрете шенгенских виз для россиян, почему краткосрочные визы теперь смогут получать только богатые и как отсутствие доступного туристического шенгена отразится на политических беженцах.

В начале сентября Совет Евросоюза окончательно утвердил решение о приостановке упрощенного визового режима с Россией. Новые правила коснутся как и получения обычных туристических виз, позволяющих пребывать на территории шенгенской зоны не больше 90 дней подряд в течение полугода, так и виз для студентов и школьников, которые участвуют в программах обмена или стажировках (и еще виз для нескольких категорий граждан). Без упрощенного соглашения, визовый сбор увеличится до 80 евро, срок оформления визы будет занимать до 45 дней, а правила выдачи ужесточаются. Россияне, желающие получить визу, также должны будут предоставлять дополнительные документы.

— Соглашение об упрощении визового режима обеспечивает привилегированный доступ в ЕС для граждан стран-партнеров, чьи ценности мы разделяем. Своей неспровоцированной и неоправданной агрессивной войной, в том числе нападениями на гражданское население, Россия подорвала это доверие и растоптала фундаментальные ценности нашего международного сообщества, — прокомментировал решение глава МИДа Чехии Вит Ракушан.

При этом ЕС останется открытым для журналистов, диссидентов и представителей гражданского общества, а также членов семей граждан Евросоюза.

Соглашение об упрощенном визовом режиме действовало с 2007 года. Кроме России, подобные соглашения Евросоюз заключил всего лишь с 10 странами мира. Цель договора заключалась в содействии контактам между людьми для экономического, гуманитарного, культурного и научного обмена. Изменения в работе договора происходят не первый раз с момента начала боевых действий в Украине. 26 февраля Европейский союз уже приостанавливал работу упрощенных правил для отдельных категорий граждан: в частности, для владельцев дипломатических паспортов, а также для членов национальных и региональных правительств и парламентов России, Конституционного и Верховного судов. Сейчас жесткие требования будут касаться всех.

Решение, принятое ЕС, пока намного мягче, чем «визовый бан», который обсуждают в последние несколько месяцев. Но жизнь россиян и после него может значительно измениться, и речь идет не только о поездках в Европу на каникулы.

Европа не для бедных

Получить туристический шенген в России даже до начала разговоров о «визовом бане» было не так просто (хотя «Новая газета. Европа» знает и об успешных кейсах). В начале лета краткосрочную шенгенскую визу пытался получить журналист Тимур. Он рассказывает «Новой газете. Европа», что в июле его пригласили на несколько недель на образовательные курсы в Прагу. До этого шенгенских виз у журналиста никогда не было. Так как Чехия перестала выдавать визы после начала боевых действий в Украине, Тимуру нужно было получить визу через третью страну. Он выбрал Венгрию.

С записью в визовый центр проблем не возникло, как и со сбором необходимых бумаг. Журналист рассказывает, что купил перед подачей документов туристическую страховку, распечатал банковскую историю за три месяца, а также приложил купленные билеты и ваучер на проживание. Через несколько недель Тимуру пришел ответ с отказом.

— В отказе мне написали, что я не смог доказать возможность жить в стране, несмотря на то что я предъявил документы на забронированный номер в гостинице, — рассказывает Тимур. — Я думаю, произошла какая-то ошибка, так как ответ буквально звучал: «Нам нужно Х, вы предъявили нам Х, но нам кажется, что вы предъявили Y». Я слышал истории, что были люди, которые получали визы в Венгрию, хотя за время, пока они ждали ответ, им звонили из визового центра и спрашивали, где подтверждение их проживания в стране. Мне никто не звонил, но отказ я получил, хоть и страна не выступала против российских виз, и все требования я выполнил.

По данным Еврокомиссии, сейчас у россиян на руках 963189 действующих шенгенских виз. Это число в разы меньше, чем количество шенгенских виз, которое было у россиян не только до начала войны, но и до начала пандемии, а уж тем более до аннексии Крыма в 2014 году. Как посчитал проект «Если быть точным», пик получения европейских виз в России пришелся на 2013 год, когда в России их выдали почти семь миллионов. Потом их число постепенно снижалось, а когда мир «закрылся» на ковид в 2020 году, визы стало получать чуть больше полумиллиона россиян в год.

Вице-президент Альянса туристических агентств (АТА) и руководитель сети туристических агентств «Розовый слон» Алексан Мкртчян называет это число катастрофически низким: раньше только в Грецию и Италию ездило около миллиона россиян в год. Текущее положение Мкртчян объясняет несколькими вещами. С одной стороны, Европа стала недоступна из-за ковида: в мире массово закрылись границы, а из-за отсутствия возможности в России привиться вакциной, признанной ВОЗ, попасть в страны ЕС стало крайне сложно и дорого. Даже если у многих россиян и были в то время многолетние шенгенские визы, то к 2022 году они просто «сгорели». С другой стороны, после начала полномасштабных боевых действий на поездки стали влиять уже другие факторы.

— Сейчас ковид полностью ушел в прошлое, но после 24 февраля в Европу можно попасть все равно только через третью страну: напрямую нет ни одного рейса, а сухопутная граница фактически открыта разве что с Финляндией (также «по земле» из России можно выехать в Норвегию. — Прим. ред.). Цена поездки из-за этого безумно выросла. Раньше билеты Милан-Москва, туда и обратно, стоили 40 тысяч рублей, полет занимал пару часов. Сейчас билеты по тому же маршруту стоят минимум 100 тысяч, а лететь надо больше десяти часов с пересадкой в Стамбуле или Дубае, — объясняет Мкртчян.

— К тому же у россиян нет платежных карт, которые работают в Европе. Можно сделать карту UnionPay, но работать она будет очень выборочно, как ей расплачиваться?

Тем не менее, после того как этим летом европейские страны стали снимать ковидные ограничения на въезд, а Россия в свою очередь сняла ограничение на выезд через сухопутные границы, в визовых центрах начался аншлаг. Очереди только на подачу документов выстроились на несколько месяцев.

В итоге россияне начали продавать места в очереди на Avito — цены на такие предложения находятся в диапазоне от тысячи до почти сорока тысяч рублей. Другой вариант ускорить время ожидания — оплатить бота (автоматизированную программу), который будет моментально отслеживать освобождающиеся слоты на запись («Новая газета. Европа» не ручается за то, что подобные предложения — не мошеннические. — Прим. ред.). Также можно ускорить время получения, оплатив VIP-зал в визовом центре.

Ажиотаж при этом Мкртчян объясняет не количеством россиян, которые хотят получить визу, а беспрецедентным сокращением дипломатических работников. Даже с учетом того, что в августе cпрос на визы в России вырос на 40%, туроператоры отмечали, что поток в Европу всё еще составляет только 5–10% от уровня 2019 года. Тем не менее, даже на такое количество желающих у консульских работников просто не хватает рук; количество слотов на получение визы сокращается. При этом глава АТА отмечает, что процент отказов пока остается небольшим, порядка 4–5%. Но возможности, которые дают эти визы, значительно снизились.

— Раньше человек мог для той же Италии получить годовую мультивизу за 10 дней, а теперь только ждать приходится три недели, да и дадут в итоге на время поездки. Вот захотите вы поехать в Берлин, забронируете там на четыре дня отель. На четыре дня визу и дадут, — говорит Мкртчян.

Вице-президент Альянса туристических агентств также обращает внимание, что к наполнению пакета документов теперь надо подходить серьезнее. Если сообщать консульству о банковском счете, лучше о том, который существует уже полгода— в противном случае работники посольства могут подумать, что его открыли только под визу. Также ответственно нужно подходить к справке с работы и брони гостиницы.

— Если вы принесете справку о том, что у вас зарплата 30 тысяч рублей в месяц, в визе вам скорее всего откажут. Если там будет написано, что ваша зарплата 300 тысяч, — дадут, — объясняет Мкртчян. — Так что для богатых россиян всё будет по-прежнему. А если вы хотите жить в хостеле на окраине Рима, а не в роскошном отеле, то увы.

При этом Еврокомиссия рекомендовала не считать туризм приоритетной причиной для выдачи виз.

Закрыть окно в Европу

Во вторник, 13 сентября, российские СМИ облетела новость, что некоторые страны Евросоюза перестали принимать документы россиян на туристические визы. Новостью на самом деле это уже не было: резкие решения по визам государства-члены ЕС начали принимать еще в самом начале полномасштабного вторжения России на территорию Украины. Уже 24 февраля россиянам перестали выдавать шенгенские визы Чехия, Латвия и Литва. Руководство стран сделало исключение только для виз, выданных по «гуманитарным соображениям» для российских оппозиционеров. Президент Чехии Милош Земан призывал тогда к введению жестких санкций против России, объясняя их тем, что «сумасшедшего необходимо изолировать».

Краткосрочные шенгенские визы россиянам также перестали выдавать россиянам в Эстонии, Дании, Бельгии, Мальте, Нидерландах, Словакии и Польше, оставив лишь небольшие исключения. С некоторыми оговорками визы выдают в Словении и Норвегии. Политики в этих странах уже давно выступают за расширение ограничений.

— На данный момент русским здесь не рады, общий запрет на выдачу виз для россиян не должен быть табу, — заявлял еще в самом начале полномасштабной войны министр по делам беженцев Бельгии Сэмми Махди, подразумевая, что Евросоюз должен задуматься над тем, чтобы прекратить выдавать россиянам любые шенгены.

Спустя месяцы российской агрессии в Украине схожей риторики придерживаются многие другие европейские политики. Полного запрета на въезд требовала премьер-министр Эстонии Кая Каллас, аргументируя это тем, что посещение Европы — привилегия, а русский туризм пора прекращать. С ней была солидарна премьер-министр Финляндии Санна Марин, которая посчитала неправильным, что «россияне могут жить как ни в чем не бывало и ездить в Европу как туристы», когда идет война.

Глава МИД Литвы Габриелюс Ландсбергис вообще предложил аннулировать уже выданные шенгенские визы.

Против запрета виз всё это время последовательно выступали руководства Венгрии, Франции и Германии. Кроме того, против запрета выдачи шенгенских виз продолжают выступать страны Южной Европы, заинтересованные в туризме, — Италия, Испания, Греция, Кипр.

— Мы верим в контакты между людьми. Даже гражданам Турции кипрские власти выдают визы, поэтому мы не считаем, что ограничительные меры должны касаться россиян, — заявлял постоянный секретарь МИДа Кипра Корнелиос Корнелиу.

В итоге государства-члены ЕС согласовать полный запрет так и не смогли. После решения о приостановке соглашения об упрощенном визовом режиме страны Балтии и Польша выпустили совместное заявление, что приостановка соглашения — только первый шаг в отношении россиян с шенгенскими визами. Латвия, Литва и Эстония договорились об ограничении въезда россиян с шенгенскими визами через сухопутные границы с Россией (пересечь границу всё еще можно водителям фур, дипломатам, студентам, а также по семейным и гуманитарным причинам). В совместном заявлении стран говорилось, что они будут принимать такие решения, пока Евросоюз в целом не введет нужные меры.

Эксперты сходятся во мнении, что запретить получать шенгенские визы всем россиянам на уровне ЕС очень сложно. Как рассказывает юрист Григорий Вайпан, в основе шенгенской визовой системы лежит принцип индивидуального подхода. Каждое заявление рассматривается индивидуально, и оцениваются риски для конкретного заявителя: представляет ли он угрозу безопасности, есть ли риск нелегальной иммиграции. Поэтому по действующему визовому кодексу ЕС запрет на выдачу любых типов виз по признаку гражданства незаконен.

— Визовый кодекс ЕС дает право на обжалование решений об отказе в выдаче виз. Суд ЕС в своей практике тоже подтверждает, что визовые решения должны быть индивидуальными, а у заявителя должно быть право эффективно оспаривать отказ. Поэтому для того чтобы запретить получать визы всем россиянам, нужно будет полностью пересмотреть принципы шенгенской системы, — добавляет Вайпан.

Как добавляет старший научный сотрудник Центра прав человека Гентского университета, кандидат юридических наук Йельской школы прав Сара Ганти, визовый кодекс Евросоюза уже предусматривает ряд причин, по которым можно отказывать заявителям в визе. Помимо индивидуальных причин (к примеру, предоставления поддельного документа), консульские работники могут отказать в визе, ориентируясь на возможность угрозы общественному порядку, внутренней безопасности, общественному здоровью или международным отношениям кого-либо из государств-членов.

— Конечно, многие могут говорить, что все россияне представляют угрозу общественному порядку или международным отношениям, но построить на этом полный запрет всех русских в ЕС сейчас вряд ли получится, так как индивидуальный подход к каждому заявлению перевешивает, — говорит Ганти. — Более того, текущее законодательство прямо запрещает отказывать людям в визах, ориентируясь только на их гражданство.

Как предполагает адвокат и правозащитница Ольга Цейтлина, несмотря на то, что общий запрет виз для россиян маловероятен, индивидуальные решения стран-участниц ЕС, ограничивающие присутствие граждан России на их территориях, будут приниматься чаще. Каждая страна имеет право не впускать на свою территорию фактически кого угодно, ссылаясь на угрозу национальной безопасности.

— Так делает не только ЕС, так делают многие страны: Россия, Беларусь, Грузия. По соображениям угрозы национальной безопасности государство-член Евросоюза может не только не впустить в страну, но и аннулировать визу или вид на жительство, применить депортацию. Обжаловать это, как правило, бесперспективно.

Ваш адвокат пойдет в суд, и даже если доказательства и будут представлены, они не подлежат раскрытию или распространению, так как это является государственной тайной, — объясняет Цейтлина.

— В настоящее время по сути действует приоритет государственной безопасности, а не прав и свобод человека.

«Здравствуйте, я преследуемый»

В защиту запрета краткосрочных виз для россиян с начала обсуждения «визового бана» этим летом часто звучит аргумент о том, что в случае реального преследования на родине российские оппозиционеры могут воспользоваться институтом политического убежища. Формально для убежища не нужна ни краткосрочная виза, ни любая другая. Эту позицию, выражал в том числе президент Украины Владимир Зеленский, когда призывал ЕС ввести запрет на визы для россиян.

— Конечно, мы все понимаем, что есть люди, которым действительно нужна защита, которых преследуют в России и даже могут убить, — заявлял Зеленский в обращении по итогу 170-го дня вторжения. — Они должны получить помощь цивилизованного мира через известные юридические механизмы: через беженство, через прошение о политическом убежище, через другие возможности помочь и поддержать. Но это для тех, кто борется и кого преследуют. И это не касается отдыха граждан России в Европе, туризма, развлечений и бизнеса.

Правозащитник, генеральный директор Freies Russland — Berlin и соавтор книги «Уехать из России: Справочник политического эмигранта» Алексей Козлов не согласен с тем, что убежище просто получить без визы, ведь податься на него можно непосредственно внутри страны, а чтобы въехать в нее, виза как раз и нужна. Большинство людей, с которыми он работал, въезжали в страны ЕС именно по краткосрочному, туристическому шенгену. Козлов добавляет, что можно, конечно, попросить убежища в «чистой зоне» аэропорта, но это более сложная и и не особо приятная процедура, количество отказов по которой крайне высоко, а обжаловать их толком нельзя.

— Я не очень понимаю людей, которые утверждают, что убежище можно запросить без визы, — говорит Козлов. — С одной стороны — всё просто: надо после посадки подойти к полицейскому и попросить убежище. Но потом вы оказываетесь в миграционном центре, в полнейшей изоляции, без связи с внешним миром. Обжаловать решение, которое вынесут в вашем отношении за несколько дней, будет почти нереально.

Кроме того, Козлов обращает внимание, что даже попасть в ЕС самолетом без визы довольно сложно: из-за большого наплыва беженцев авиакомпании сейчас отказываются сажать на рейс таких пассажиров, даже если рейс транзитный. Нелегальное пересечение сухопутной границы Козлову тоже кажется вариантом на крайний случай.

— Давайте начнем с того, что это преступление, и риск, что вас поймают, очень высок. Да и люди в Европе тоже часто не готовы видеть таких нелегалов. Высока вероятность, что вас просто вернут в страну исхода, — объясняет правозащитник.

Получить убежище в Европе в принципе не так просто, отказов очень много. Согласно данным проекта «Если быть точным», количество отказов в политубежище россиянам в европейских странах находится в диапазоне 30% до 100% (исключение — Мальта, где защиту за все это время попросили 10 человек). В самой популярной стране для прошения убежища — Германии (его запрашивали более 50 тысяч россиян) — отказывают в 90% случаях.

Институт гуманитарных виз тоже полон недостатков, продолжает Алексей Козлов (с ним соглашается другой собеседник «Новой газетой. Европа», известный юрист-международник, который попросил остаться анонимным). Для начала, в некоторых странах ЕС — в частности, в Литве или Эстонии, — гуманитарная виза не дает ничего, кроме возможности пребывания в стране. В Германии человек вместе с гуманитарной визой получает право на работу, предварительную социальную защиту, социальное жилье и медицинскую страховку. К тому же власти страны этой весной неоднократно заявляли, что российские оппозиционеры смогут получить визу по упрощенной процедуре. Но, как предостерегает Козлов, чтобы получить немецкую гуманитарную визу, надо доказать и связь с Германией, к примеру, участие или потенциальное участие в работе немецких организаций. На это МИД страны смотрит очень строго. При этом, по словам правозащитника, человек, получивший гуманитарную визу, может в принципе ей не пользоваться и оставаться в своей стране, сколько считает нужным (и вообще может по ней не выезжать, если обстоятельства изменятся).

— Есть только опасения, что гуманитарная виза у человека однажды начнет вызвать проблемы на границе. Собственно, наличие этой визы уже говорит о том, что человек подтвердил факты преследования в России. Так что для российских пограничников демонстрация такой визы потенциально означает «здравствуйте, вот я такой-то преследуемый». Но пока прецедентов не было, — говорит Козлов.

Процедура оформления гуманитарной визы на самом деле тоже не такая простая — заявителю могут просто отказать. «Новая газета. Европа» поговорила с Марией, журналисткой Sota.Vision (имя девушки изменено по соображениям безопасности. — Прим. ред.), которой дважды отказали в гуманитарной визе Латвии. Как рассказала Мария, визу она решила оформить весной, после того как ее профессия фактически оказалась вне закона. Уезжать из страны сразу журналистка не хотела — планировала по возможности продолжить работать в России до окончания университета (Мария собиралась защитить диплом через пару месяцев). Но действующего шенгена у журналистки не было, так что девушка решила решить вопрос возможности экстренного выезда заранее. Вариант «бежать из России в страны, для которых виза не нужна» Мария хотела рассматривать только в крайнем случае, так как опасалась, что в случае уголовного преследования в России из них ее могут выдать обратно.

О возможности получить латвийскую гуманитарную визу девушка узнала от своего коллеги-журналиста. Он же подсказал Марии, с кем можно связаться. После этого журналистка написала письмо в консульство, и уже на следующей день ее пригласили на собеседование. Мария уверена, что причины податься на визу у нее были.

— В моем рабочем опыте — иноагент на иноагенте, одна нежелательная организация на другой. Российские власти, если захотят, могут к чему угодно придраться, — рассказывает Мария. — Сотрудница консульства во время собеседования со мной согласилась и сказала, что визу я получу практически гарантированно. Но через несколько дней мне перезвонили и сказали, что у них какая-то техническая ошибка, а потом начали просить всё больше подтверждений, что мне действительно нужна гуманитарная виза. В ответ я отправляла им письма от своих работодательниц о том, что в России мне больше работать нельзя, но я могу продолжить это делать зарубежом.

Спустя месяц Марии в визе отказали. По словам девушки, в консульстве это решение аргументировали тем, что визу она запросила не срочно и в данный момент ей ничего не угрожает. Летом, уже после окончания вуза, Мария попробовала еще раз податься на визу, однако рассмотрение ее кейса как раз пришлось на время, когда Латвия ограничила получение россиянами практически всех типов виз, в том числе и гуманитарных.

Мария — не единственная, кто не смог получить гуманитарную визу европейской страны. В выдаче также отказали бывшему сотруднику штаба Навального в Ростове-на-Дону Вадиму Кобзеву, который проходит свидетелем по делу об отмывании миллиарда рублей в ФБК, а в России четыре раза подвергался административному аресту, сталкивался с обысками и блокировкой счетов. В марте этого года его дважды вызывали на допрос в Следственный комитет, где угрожали статусом подозреваемого. Кобзев пытался податься на гуманитарную визу из Грузии, но ему пришел отказ, в котором сотрудники консульства утверждали, что активист не смог доказать реальность политического преследования, к тому же находится в «относительно безопасной» стране. В схожую ситуацию попал и другой сторонник Навального — Александр Суринов.

— Для гуманитарной визы должны быть определенные основания, получить ее сложно, — говорит Ольга Цейтлина. — В Германии, например, необходимо доказать прямой риск нахождения на территории России, а также иметь профессиональные связи с немецкими организациями, осуществлять с ними совместные проекты. Если человек просто придет с улицы и попробует подать свои документы на визу D, шанс отказа будет очень высок. Поэтому большинство желающих бежать из России в Европу пользовалось именно краткосрочным туристическим шенгеном.

Не место для эмигрантов

Вопрос выдачи видов на жительств и виз также затрагивает новых эмигрантов, которые бежали после начала боевых действий в Украине, а оснований для гуманитарной визы не имеют. Сколько россиян решило покинуть Россию из-за войны, всё еще сказать довольно сложно. Основательница проекта «Ковчег» Анастасия Буракова говорит, что, по оценкам их проекта, потенциальное количество новых российских эмигрантов в разных странах мира составляет 600 тысяч человек. Демограф Юлия Флоринская на основе открытых данных называла куда более скромные цифры, предполагая, что именно эмигрировать из страны из-за войны решило порядка 150 тысяч человек.

Бегущих в Европу россиян на самом деле оказалось не так много, считают Анастасия Буракова и социолог университета Хельсинки Маргарита Завадская, участвовавшая в исследовании проекта OK, Russians о российской эмиграции 2022 года.

Как рассказывает Завадская, основными направлениями для исхода россиян стали Турция (30%) и Грузия (25,5%). На некоторые европейские страны — Эстонию, Черногорию (не входит в ЕС), Латвию и Литву — приходится 1,5–2%

(всего OK, Russians опрашивали больше двух тысяч человек; Завадская обращает внимание, что такое процентное соотношение вышло именно в их выборке).

По словам социолога, цифры эти объяснить не очень сложно: большая часть респондентов (58%) выбирала направления, ориентируясь на необходимость заграничного паспорта для пересечения границы, наличие визы, стоимость билетов. Многие предпочитали уезжать в страны, где уже живут знакомые или родственники.

— В Евросоюз уехали те, у кого уже были какие-то основания туда въехать и, что более важно, там остаться и легализоваться. Это самоотбор. Очевидно, что миграция в страны ЕС — дело крайне непростое. Скорее всего, в страны союза эмигрировали люди, у которых в Европе уже жили родственники, они владели там недвижимостью, — говорит социолог. — Но в нашем опросе участвовали и эмигранты, которые уезжали с туристическими визами наудачу, в надежде на то, что за 90 дней смогут найти работу.

Согласно данным агентства ЕС по безопасности внешних границ Frontex, всего с начала войны сухопутные границы стран Евросоюза из России пересекло 998085 граждан России, большинство из которых было не только обладателями виз, но также обладателями временного вида на жительство (ВНЖ) или двойного гражданства. Эти данные не показывают длительность поездок россиян и уж тем более цели их визита. Однако, как отмечают Завадская и Буракова, многие россияне, которые после начала войны переехали из России в безвизовые страны, рассматривали их скорее как перевалочные пункты и надеялись позже релоцироваться в европейские страны.

— По обращениям в наш телеграм-бот я могу сказать, что россияне интересовались переездом в Европу очень активно, — говорит Буракова. — Спрашивали, какие есть возможности, что можно сделать с обучением и работой. У нас есть пять чатов, сформированных по профессиональному принципу: в них люди, которые давно уехали в Евросоюз и работают там, консультируют тех, кто планирует приехать. Рассказывают о легализации, заверении документов о профессиональном образовании.

Но, как продолжает Буракова, поток всё равно небольшой, несмотря на интерес. Легализоваться очень сложно, сами едут разве что люди с хорошим иностранным языком и востребованными профессиями: IT-специалисты, инженеры, медицинский персонал, ученые. Более массово, по словам Бураковой, в Европу эмигрировали скорее журналисты и политические активисты, которым угрожает опасность в России.

— Как ограничение выдачи шенгенских виз повлияет на настроения в России, сказать сложно. Да и вообще — вы видели статистику? У большинства россиян даже нет загранпаспортов, — говорит Буракова. — Конечно, жизнь политических эмигрантов [усложнение получения шенгенской визы]затруднит, но гуманитарную визу всегда можно запросить из третьей страны. Вообще, на мой взгляд, подобными мерами Евросоюз не хочет наказать россиян, а реально заботится о собственной безопасности. По туристическому шенгену в страну и пропагандисты приехать могут, и агенты спецслужб.