Почему Бог не убил Гитлера? Или все-таки убил?

Вышла книга с «ответами на самые неудобные вопросы о Творце»

«Загадки Бога: ответы на самые неудобные вопросы о Творце Вселенной». — М.: «Эксмо», 2021. — 288 с.

Глядя на название книги, а тем более на ее оглавление, хочется с облегчением вздохнуть: наконец-то! Наконец нам все разъяснят такие авторитетные лица РПЦ, как Владимир Легойда, Павел Великанов, Сергей Худиев и другие уважаемые авторы православного журнала «Фома». Расскажут, почему страдают невинные дети, а в мире господствует зло, докажут существование Бога и поделятся Его планами относительно нас с вами. И даже откроют страшный секрет: почему Бог не убил Гитлера?

Вполне логично, что первый вопрос — о страданиях невинных, которые допускает добрый Бог. Ответить на него пытается Александр Ткаченко, один из постоянных авторов «Фомы». Для начала он критикует мнение русского философа С.Л. Франка, объясняет причины злодейств Чикатило, цитирует митрополита Макария и Максима Исповедника… Но в итоге все равно приходит к единственно возможному для христиан выводу и правильному ответу:

виноват во всем сам страдающий человек. Сначала Адам и Ева, осквернившие все свое потомство первородным грехом, а потом и само это потомство, включая и нас с вами.

«Бог не творил мир таким, каким мы его знаем, — с убийствами, воровством, обманами и предательством, — пишет Ткаченко. — Таким его сделали люди, отпавшие от Бога, исказившие свою природу и сделавшиеся рабами своих страстей». Каков же выход? Смириться с Божьей волей, раскаяться и… принять все зло мира как неизбежную данность. Удовлетворит ли этот вывод иноверцев и агностиков? Вряд ли.

Отвечая на другой подобный вопрос — как такое может быть, что добрый Бог способен убить во время потопа почти всё человечество, — Ткаченко проявляет чудеса интеллектуальной эквилибристики. Тут и экологический кризис, и сгоревший от собственной сигареты алкоголик, и Ефрем Сирин с Мариной Цветаевой… А вывод все равно тот же: виноваты самоволие (непослушание) и упрямство погрязшего во грехе человечества. Однако Ткаченко предлагает и нечто «авторское»: дескать, Бог не желал потопа и даже не Сам его навёл — Он просто «знал о надвигающейся катастрофе и еще за сто лет до ее начала повелел Ною строить ковчег спасения, тем самым предупреждая о грядущей беде все человечество». Завершение этого вдохновенного пассажа звучит почти как апология индуистского закона кармы:

«Главный урок этой трагедии в том, что любое стихийное бедствие не случайность и не карательная акция со стороны Бога, а прямое следствие человеческих грехов».

Но и это еще не все. Даже если принять апологетику Александра Ткаченко и согласиться с ним в том, что «сами человеки и виноваты», то у меня останется один неразрешимый вопрос. Хоть я и знаю заранее, как на это ответил бы автор и, в принципе, любой православный, я все же его задам: а животных-то за что? Весь этот огромный живой мир земли — он разве согрешил вместе с людьми или нес на себе печать первородного греха? Никаких вразумительных ответов, кроме того, что животный мир лишь «обслуживает» потребности человека и не имеет самоценности, я не встречал.

И вот, наконец: почему Бог всё-таки не убил Гитлера? Ответ богослова Сергея Худиева мне понравился. Во-первых, он справедливо отмечает, что Гитлер был лишь естественной кульминацией всех процессов, которые привели европейскую цивилизацию к катастрофе. Зловещее движение европейской цивилизации к катастрофе, которое проходило через множество событий в военной, политической, интеллектуальной, эстетической, научной и — более всего — в духовной сферах, нашло бы себе кого-то похожего, даже если бы лично Гитлера убили на фронтах Первой мировой или во время «пивного путча». Худиев, как в неоспиритуалистском прочтении закона кармы, довольно убедительно распределяет ответственность на всех грешников. А так как грешники — мы все, то «вопрос „Почему Бог не убил Гитлера?« вполне может привести к вопросу „Почему Бог не убил меня?»».

Действительно, любой тиран и диктатор — отнюдь не «абсолютное зло само по себе» и не «Антихрист во плоти», но лишь персонификация зла мирового, коллективного.

И на его месте мог бы оказаться другой человек — может быть, даже я сам…

Апологетика Цукановым христианского самоименования «рабы Божьи» забавна, хотя в сущности и неоригинальна. Уточню, что это одна из любимых претензий язычников. В частности, некто Михаил спрашивает «Фому»: «Почему в христианской религии люди — это „рабы Божии«, а в язычестве — „дети Богов»»? Игорь Цуканов открывает читателю тайну: и в христианстве люди не рабы, но «друзья Божии» — «так традиционно в православном христианстве именуют святых. А к святости призван всякий человек».

Поскольку мы если и исполняем заповеди Божии, то из-за страха или желания награды, то мы не кто иные, как рабы. А дружбу с Богом надо еще заслужить…

Александр Ткаченко отвечает на вопрос: «Если человек хороший, но неверующий, он Богу неугоден?» Автор журнала старается доказать, что вне церкви и без веры во Христа и покаяния нет и спасения. Увы, соцопросы показывают, что таких «верующих» в России большинство. Верующих в астрологию, конец света и Страшный суд, но не верующих в Бога…

В конце книги — моя любимая тема: про единство (или все-таки различие?) Бога/богов. Соответствующий вопрос очень пространен и в заглавии сведен к формулировке: «Какая разница, в кого именно верить — в Христа, Вишну или Высший разум?». Но для лучшего понимания сути проблемы процитирую отдельные места. Вопрошающей затрагиваются базовые истины Нью Эйджа про разницу между верой и религией, про то, что внутренний Бог — это совесть, и прочие банальности. Вот например: «Вообще идея делить Бога на религии мне кажется странной. Вот мне совершенно все равно, как его зовут — Иисус, Аллах, Вишну или Сергей Васильевич, все равно, как бы он мог выглядеть — носит ли он чалму или задорное бикини в клубничках… Бог — это не тот «парень» из Ветхого Завета и не «ребятишки» из Махабхараты. Бог — это сущность выше всяких имен и персонификаций». И само собой, неприятие организованных форм религии:

«Религия — чуждо и страшно, вера — необходимо и естественно».

Отвечает на вопрос Владимир Гурболиков — зам главреда «Фомы». После краткого изложения своего пути, подобного вопрошающей, через «единство религий» и рерихианство, Гурболиков переходит в наступление, буквально сравнивая христианство с индуизмом не в пользу последнего, конечно же: «Не могу же я согласиться с тем, что Христос и богиня Кали, для которой приносили в жертву (удушали) сотни тысяч людей, — одно и то же!.. Вы можете, конечно, напомнить о жертвах инквизиции — да, это было в истории христианства. Но совесть христиан до сих пор неспокойна, и это само по себе свидетельство различия.

Не может заболеть совесть у поклонников чудища с крокодильей головой — они принимают его таким, каков он есть!»

Здесь ответчик демонстрирует распространенное, к сожалению, невежество не только относительно каких-то конкретных религий, но и общего и базового религиоведения. А также подверженность, добровольную или вынужденную, давно устаревшим и разоблаченным, но милым сердцу иных миссионеров мифам.

Разберем, например, миф про сотни тысяч жертв душителей. Секта тхагов, или душителей, была маргинальной разбойничьей группировкой, а отнюдь не мейнстримом адептов Кали, и в целом этот миф был создан и раздут британскими колонизаторами. А что же до того, что тхаги посвящали свои жертвы Кали, — в этом есть своя вполне понятная, хоть и не всеми приемлемая логика. Кали действительно принимает кровавые жертвы, в некоторых храмах Индии и Непала ей до сих пор приносят в жертву черных козлов, а в сакральных текстах шактизма описаны и человеческие жертвоприношения — как правило, военнопленных или добровольных самоотверженных адептов. Согласно индуистской доктрине, все существа, принесенные в жертву богам, вследствие этого получают освобождение из сансары (порочного круга перерождений). Мясо жертвенных животных (как и все остальные приношения) съедается как ритуальная пища. Вопрос непросвещенным апологетам: кто в итоге оказывается в выигрыше — откушавший котлет или шашлыка православный (хорошо еще, если помолился перед едой) или тот же шакта, вкусивший ритуальной козлятины? Козел, принесенный в жертву Кали, освободился из сансары, а плотью своей насытил ее адепта. Съеденная христианином свинья никакого освобождения или «спасения» не получила — у нее же «нет души», сам смысл ее существования — просто насытить человека.

С человеческими жертвоприношениями то же самое — зарезанный или удушенный во имя Кали спасается из сансары, а спасается ли от ада убитый крестоносцами или конкистадорами неверный, мусульманин, язычник?

А то и иноверный христианин, как в Варфоломеевскую ночь… Сильно сомневаюсь.

Что же до «чудища с крокодильей головой», то настоятельно рекомендую Владимиру Гурболикову и всем подобным ревнителям «няшного» и приятного глазу христианства замечательную книгу Сергея Зотова «Иконографический беспредел». Уже на самой ее обложке изображен легендарный святой псоглавец Христофор, а внутри чего только нет — Богородица-русалка, Иисус-рыба, Он же в винном прессе и разрубленный, дерево с мускулами и кровавый пеликан… Православный пантеон посоревнуется с другими религиями на равных, а некоторые и запросто обойдет.

Но неправа и вопрошающая. Религии необходимы для многого и для многих. Для постепенного образования и взращивания терпения, мудрости, дисциплины и прочих добродетелей, например.

«Но все религии — это не то же самое», потому не следует их смешивать в одну кучу или как-то уравнивать. А тем более их богов.

Много еще в этой книге и занятных вопросов, и любознательных ответов, а подытоживая, скажу следующее: рад, что и в Русской православной церкви есть еще апологеты с живым и деятельным умом. С другой же стороны, настоятельно рекомендую и миссионерам, и их пастве мыслить шире, не циклиться на привычных штампах и дремучих предрассудках, не верить пропаганде и учиться, учиться, учиться… Ну и молиться, наверное?