В Англии 30 лет строят экспериментальный город, проект которого задумал король Карл III

Vice рассказывает, что у него получилось

Паундбери — это экспериментальный проект городской застройки на окраине Дорчестера, расположенного на юго-западе Англии. Строительство этого городского поселения началось в 1990-х годах. Руководство в реализации проекта взяло на себя герцогство Корнуолл и лично король Карл III, тогда еще принц Чарльз, который до этого неоднократно выступал с критикой послевоенных тенденций в градостроительстве.

Проект Паундбери позиционирует себя как новый взгляд на городское планирование, вдохновленный принципами нового урбанизма, целью которого является отказ от привычной пригородной застройки в пользу компактной планировки и пешей доступности всех необходимых жителям услуг.

«Когда я брался за это предприятие, я был уверен, что Паундбери сломает шаблоны традиционной жилищной застройки и создаст привлекательное место для жизни, работы и отдыха. Многие говорили мне, что из этого ничего не получится, но я счастлив сказать, что скептики были неправы и теперь Паундбери — это процветающее городское поселение», — цитирует слова короля официальный сайт Паундбери.

Несмотря на то что проект «воплощал в себе социальные, экономические и планировочные инновации», многие критики смеялись над «прихотью Его Величества» и называли Паундбери «феодальным Диснейлендом».

Однако спустя примерно 30 лет строительства поселение ожило. Сейчас в нем проживает более четырех тысяч человек, оно предоставляет больше двух тысяч рабочих мест. В нем расположено около 200 магазинов, кафе, офисов и предприятий. Газета The Guardian писала в 2016 году: «Если Паундбери и является игрой, то со временем эта игра стала очень убедительной».

Одна из главных достопримечательностей Паундбери — статуя королевы-матери, бабушки Карла III Елизаветы. Трехметровый монумент, сделанный из бронзы, находится практически в самом центре поселения, на одноименной площади. Журналистка Vice София Смит Гейлер, побывавшая в Паундбери, отмечает, что, хотя проект поселения был сосредоточен на создании удобной среды для пешеходов, рядом со статуей расположена огромная автостоянка. Про самих жителей она пишет, что они явно предпочитают перемещаться на автомобилях.

По данным переписи за 2020 год, больше трети жителей Паундбери составляли люди старше 65 лет. София Смит Гейлер ознакомилась с местным журналом, издаваемым общественным фондом. Она обратила внимание на ряд рекламных объявлений об услугах мануального терапевта, центрах слухопротезирования и занятиях физкультурой для людей старше 50 лет, а также на рекламу путешествий на роскошных автомобилях и подборку советов по управлению капиталом. На фотографиях на сайте Паундбери видно много пожилых людей.

София Смит Гейлер поговорила с жителями соседних поселений, которые рассказали, что, чтобы жить в Паундбери, «нужно быть человеком определенного типа». Также они рассказали о женщине, которой местные жители сделали выговор за то, что в ее саду было слишком много цветов.

Цены на жилье в Паундбери — около 700 тысяч фунтов стерлингов. Местный агент по недвижимости дал журналистке Vice 52-страничный буклет с правилами проживания и строительства. Из него она узнала, что дымоходы в Паундбери не должны быть «неуместно широкими». Также выяснилось, что большинство дымоходов, которые она видела, на самом деле нефункциональны и предназначены лишь для сохранения «традиционных силуэтов» зданий.

В буклете говорилось, что в Паундбери не одобряют прокладывание дорожек поверх газонов в садиках перед домами, а также не разрешают использование искусственной травы. Кроме этого, в поселении запрещена установка солнечных батарей, если их видно с улицы, а любые новые экотехнологии, которые «подразумевают изменение внешнего вида или представляют потенциальное неудобство для других жителей», должны быть согласованы с регулятором.

Журналистка Vice отмечает, что Паундбери красив, как был бы красив пригород из фильма «Эдвард Руки-ножницы», если бы его снимали в Англии. Даже туристы, пишет она, фотографируют статую королевы-матери наполовину из-за национального траура в Великобритании, а наполовину из-за того, что в Паундбери нечего больше фотографировать.