«Путин хочет замазать в крови сотни тысяч людей»

Заявление Алексея Навального о мобилизации в России. Полный текст

21 сентября суд Коврова отклонил две жалобы Алексея Навального к исправительной колонии строгого режима № 6 Владимирской области, в которой политик отбывает заключение. Во время судебного заседания Навальный узнал от адвокатов и журналистов подробности об объявленной в России мобилизации и высказался на эту тему. Онлайн-репортаж с заседания вела «Медиазона», а видео выступления политика опубликовала «Сота». «Медуза» приводит расшифровку заявления Навального.

Я не понимаю одного. Армия — миллион человек, Росгвардия — 350 тысяч человек, МВД еще полтора-два миллиона, вон во ФСИН сколько народу. Они зачем гражданских людей будут призывать?

То есть по стране будут туда-сюда бегать пять миллионов уклоняющихся. И за ними будет бегать миллион ментов, чтобы куда-то мобилизовать.

Значит зэками ситуацию не вытянули? У нас сидящих сколько процент по 228? Из них те еще солдаты. Им можно жалование героином платить.

Вот сейчас какие-нибудь ковровские работяги, 30-летние мужики — их же сейчас будут призывать, чтобы они где-нибудь там под Херсоном легли. Это все ужасно. Думаю, из Москвы они не будут вызывать. Призови из Москвы 50 тысяч человек — завтра 150 тысяч родственников на улице будут протестовать.

Уже сейчас понятно главное, что та преступная агрессивная война, которая идет, она усугубляется. И в это во все Путин пытается вмешать как можно больше людей, он хочет замазать в крови сотни тысяч людей. Конечно, это приведет к огромным трагедиям, огромному количеству погибших, и точно ни к чему хорошему не приведет.

Размер этого преступления и количество вовлеченных растет, и делается это исключительно для того, чтобы один человек держал вот эту свою личную власть. Для того, чтобы продлить свою личную власть, Путин терзает соседнюю страну, убивает людей там, и сейчас бросает в эту мясорубку войны еще огромное количество российских граждан, которые должны просто нормально жить и заниматься своими семьями. Поэтому, конечно, это было преступлением, сейчас стало преступлением гораздо большего масштаба.