Заменить пайку на паек

Башкирские депутаты предложили Госдуме узаконить участие осужденных в боевых действиях

Один день участия в боевых действиях в зачет 10 дней заключения — на таких условиях депутаты Государственного собрания Республики Башкортостан предлагают узаконить участие осужденных по уголовным статьям в специальной военной операции, а также иных конфликтах.

Надо отметить, башкирский Курултай — не самый активный субъект законодательной инициативы. Последний внесенный им законопроект касается запрета пропаганды чайлдфри среди несовершеннолетних. Никаких попыток изменить федеральную нормативную базу в связи с СВО парламентарии региона доселе не предпринимали.

Спикер законодательного органа Константин Толкачев в своем комментарии к свежей инициативе, распространенном пресс-службой Госсобрания, заявляет следующее: «В соответствии с Конституцией защита Отечества является долгом и обязанностью каждого гражданина нашей страны.

Своим участием в военных действиях в защиту интересов Российской Федерации осужденный сможет искупить свою вину перед обществом и достичь, таким образом, целей уголовного наказания».

Новость о внесении проекта закона появилась не в самом официальном источнике — паблике «ВКонтакте» парламента республики. Она быстро разошлась на цитаты, однако на момент публикации материала текст законопроекта был недоступен как на сайте парламента, так и в перечне проектов, внесенных в Государственную думу.

Тем не менее по нашему запросу пресс-служба Курултая выслала редакции полный текст документа, предположив, что, возможно, он просто еще не попал в думскую базу.

Законопроект предполагает ряд изменений в УК РФ, в который за последние месяцы, отметим, уже вносились коррективы, прямо или косвенно связанные с СВО:

ужесточение наказания за ряд преступлений против воинской службы, а также — сроки за добровольную сдачу в плен и мародерство.

При этом инициатива башкирских парламентариев, как можно предположить, отсылает к теме официально не подтвержденного участия заключенных российских колоний в боевых действиях. В августе историю заключенного Тулинова рассказал в своей программе Никита Михалков. Обвинений режиссера в распространении «фейков» не последовало, более того, эпизод, посвященный Тулинову, цитировался в программе «Вести» и на сайте RT.

Официальные источники никаких комментариев такого рода сюжетам не давали, а наши запросы во ФСИН на эту тему остались без ответа.

В тексте законопроекта предлагается внести в УК новую статью 82.2, на основании которой предоставлять осужденным к наказанию в виде лишения свободы отсрочку от его отбывания

на время участия в СВО «или других военных действиях в целях защиты интересов Российской Федерации» — с дальнейшим освобождением от наказания либо заменой на более мягкое. Повторим — по решению суда.

На сегодняшний день институт отсрочки исполнения наказания может применяться к беременным, к женщинам, имеющим ребенка в возрасте до четырнадцати лет, к мужчинам, имеющим ребенка в возрасте до четырнадцати лет и являющимся их единственным родителем (ст. 82 УК РФ), а также к осужденным, признанным больными наркоманией и изъявившим желание добровольно пройти курс лечения, если они осуждены впервые за нетяжкие преступления, связанные с наркотиками (ст. 82-1 — внесена в УК дополнительно в 2011 году). Отсрочка не предоставляется тем, кто признан виновным в преступлениях против половой неприкосновенности несовершеннолетних, а также осужден на пять и более лет за тяжкие и особо тяжкие преступления против личности, захват заложников, преступления террористической направленности и ряд других.

Такой же подход Курултай предлагает распространить и на потенциальных участников СВО.

Важно подчеркнуть, что отсрочка может предоставляться только судом и никак иначе. Если к беременным и наркоманам эти меры гуманизма до сих пор применялись, как правило, непосредственно при вынесении приговора, то для отсрочки в связи с участием в СВО могут потребоваться специальные судебные заседания.

Если осужденный, выразивший желание участвовать в СВО, пойдет на попятную, то, по мысли членов Курултая, с ним надо поступить так же, как с беременной, сделавшей аборт, — то есть вернуть в места лишения свободы. Но как в отношении женщин, чьи дети достигли 14 лет, так и в отношении участников СВО после окончания боевых действий придется решать, что с ними делать дальше.

Проект предлагает освобождать их от не отбытой части наказания, если участие в боевых действиях продолжалось три месяца и более, а для пожизненно осужденных — год и более.

(Хотя, судя по перечню статей, исключающих отсрочку, среди потенциальных участников СВО пожизненно осужденных вообще не может оказаться.)

Важная деталь: парламентарии предлагают и методику расчета, по которой время службы конвертируется в уменьшение оставшегося срока. Период участия в спецоперации они полагают возможным засчитывать в срок лишения свободы из расчета

1 день боевых действий к 10 суткам на зоне. То есть три месяца боев сокращают срок почти на 2,5 года. А год — соответственно, на 10 лет.

В случае «причинения вреда здоровью осужденного <…> вопрос о дальнейшем отбывании наказания или его оставшейся части решается судом» — предлагает Курултай. Вопрос же о возможной гибели на полях сражений он обходит молчанием.

Тут стоит заметить, что в случае принятия этого или какого-либо аналогичного закона частные вербовщики — если таковые имеются — потеряют монополию на рынке живой силы из числа «спецконтингента»: поступление осужденного на службу будет зависеть от решения суда и с большой вероятностью контролироваться Минобороны.