Почему Лиман сдали не российские генералы, а лично полковник Путин, и как скоро армию РФ выгонят из всех важных пунктов — разбор от Юрия Федорова

1 октября, сразу после того, как Владимир Путин подписал договоры о принятии оккупированных территорий Украины в состав России, ВСУ освободили Лиман. Около 17 часов по московскому времени Министерство обороны РФ скрепя сердце сообщило: «В связи с созданием угрозы окружения союзные войска были отведены из населенного пункта Красный Лиман (в России используют старое советское название этого города — прим. автора) на более выгодные рубежи».

На самом деле судьба находившихся в этом городе российских солдат и офицеров (по украинским данным их насчитывалось от 3 до 6 тысяч) неясна. Возможно, какая-то их часть действительно смогла выйти из окружения, но многие, скорее всего, либо погибли, либо попали в плен. Украина одержала победу, сопоставимую с освобождением Харьковской области и ликвидацией изюмской группировки вооруженных сил России. ВСУ получили возможность выхода на оперативный простор в прилегающих районах Луганской области. Перед Москвой остро встал вопрос: как реагировать на еще одно тяжелое поражение на поле боя?

Сражение за Лиман

Сражение за Лиман иногда называют заключительным аккордом Изюмско-Купянской операции. В этом есть определенный резон: действительно, завершился определенный этап в начавшемся 5 сентября наступлении украинских войск. В ближайшие дни они могут взять передышку, чтобы восполнить потери, если необходимо — переформировываться, подготовиться к новому туру боевых действий. Более вероятно, однако, что темп их наступления сохранится с тем, чтобы не дать противнику возможность закрепиться на новых рубежах обороны.

К концу марта ВСУ смогли выдавить российские войска из Киевской, Черниговской и Сумской областей, была ликвидирована непосредственная угроза Киеву. Однако вплоть до середины лета война с Россией складывалась для Украины в целом неудачно. Были потеряны значительные территории на юге, практически вся Луганская и около половины Харьковской области. 1 апреля пал Изюм, а в конце мая — Лиман. Возникла реальная угроза окружения украинских войск, действовавших к востоку от линии Лиман-Бахмут, открывалась дорога для наступления на Славянск и Краматорск.

В первых числах сентября ситуация на востоке Украины начала меняться. Была прорвана российская оборона под Балаклеей, и ВСУ за неделю освободили практически Харьковскую область, взяли Купянск и Изюм. Параллельно украинские войска активизировались на Лиманском направлении. Был форсирован Северский Донец, заняты несколько важных населенных пунктов, а 9 сентября украинские передовые части вышли к пригородам Лимана.

10 сентября было начато наступление на этот небольшой, но важный в военном отношении город, однако попытки взять его штурмом «в лоб» оказались неудачными. В случае их продолжения ВСУ могли бы понести очень тяжелые потери. Последовавшее решение украинского командования было единственно возможным: обойти весь Лиманский укрепрайон с северо-западного и юго-западного направлений, перерезать пути снабжения, переброски туда боеприпасов и подкреплений. Сказано, сделано.

В начале 20-х чисел сентября на северном участке войска ВСУ заняли населённые пункты Коровий Яр и Редкодуб, а 29-30 сентября взяли Дробышево. На юге в эти же дни от оккупантов освобожден Ямполь. С этого момента судьба Лимана была решена. Оставалось замкнуть кольцо окружения в районе Заречное-Торское, где находится транспортный узел, через который проходят шоссейные дороги, связывающие Лиман с оккупированной Россией территорией Луганской области.

К вечеру воскресенья 2 октября ВСУ взяли Торское и окончательно перерезали проходящую через него дорогу. Впрочем, исход сражения за Лиман был ясен 30 сентября. А днем позже, 1 октября, Москва отдала приказ на эвакуацию своих войск и переходу на «более выгодные рубежи». Где проходят последние, не ясно. Некоторые источники утверждают, что те войска, которые смогли выйти из окружения, концентрируются в 30 километрах от Лимана в районе Кременной, прикрывающей агломерацию Рубежное-Северодонецк-Лисичанск с северо-запада.

В оперативном отношении, подчеркнули в британском Министерстве обороны, значение Лимана определяется тем, что он контролирует ключевые коммуникации, пересекающие Северский Донец и используемые Россией «для консолидации своей обороны». К этому можно добавить, что с его взятием ВСУ получили выход на оперативный простор в северной части Луганской области, захваченный Россией весной 2022 года.

Поиски козла отпущения

Как только обозначилась перспектива падения Лимана, в России начались поиски виновных. Естественно, что в роли козла отпущения было выбрано военное руководство. Так, бывший заместитель командующего войсками Южного военного округа, ныне член Госдумы от Единой России генерал Андрей Гурулев заявил:

«С точки зрения военного я не могу объяснить сдачу Лимана. Это не скоротечный бой был. Мне непонятно, почему за всё время не оценили правильно обстановку, не усилили группировку. Проблема в повальном вранье, докладе «хорошей обстановки». Эта система идёт сверху вниз».

Гурылева заинтересовал также вопрос «куда делись 1,5 млн комплектов [формы], которые хранились на пунктах приема личного состава. У нас сегодня проблемы то с формой, то ещё с чем-то. Оно всё было, оно куда испарилось-то? Это никто нигде никак ничем не может объяснить!» Последний вопрос, впрочем, явно риторический. Высокопоставленный генерал не может не знать, куда могла исчезнуть военная форма — ее украли и продали.

Рамзан Кадыров не преминул обвинить в поражении командующего Центральным военным округом и, одновременно, руководящего действующей на востоке Украины группой войск «Центр» генерала Александра Лапина, назвал его «бездарем» и предложил использовать тактическое ядерное оружие. По мнению Кадырова, в поражении российских войск виноват также Генштаб, покрывающий Лапина. В свою очередь, так называемые «военкоры», сотрудники государственных СМИ или авторы своих собственных телеграмм-каналов, регулярно бывающие на фронте и обычно отражающие точку зрения тех или иных группировок генералитета, вступились за Лапина. Винить его в выводе войск из Лимана неправильно, написал, в частности, телеграмм-канал Рыбарь, весьма авторитетный в милитаристских кругах. «Выше головы не прыгнешь», печально констатировал автор и добавил, что войска Западного военного округа просто «оказались не боеготовыми, за исключением 20 общевойсковой армии». Последняя, однако, исправить ситуацию не смогла.

Сомнений в том, что российский генералитет не отличается ни мощным интеллектом, ни высокими профессиональными качествами, нет. Понятно также, что военачальники опасаются огорчать Путина плохими вестями и как только могут приукрашивают положение дел на фронтах. Но дело далеко не только и не столько в этом. Начавшаяся в России кампания обвинений высшего командного состава призвана скрыть тот факт, что наибольшую ответственность за провал российской армии на востоке Украины несет Владимир Путин. Ведь именно он в середине лета приказал отправить все наличные и готовящиеся резервы в Херсонскую область и под Донецк и категорически запретил перебрасывать их оттуда сначала на Харьковщину, а затем под Лиман. В итоге, российская армия осталась в этих районах без резервов и была обречена на поражение. И, наконец, серия поражений на востоке впервые поставила в практической плоскости вопрос об ответственности за войну, которую Россия не может выиграть и, скорее всего, проиграет. Вариантов, собственно говоря, два: либо высшая номенклатура и военные во имя спасения режима обвинят Путина в развязывании войны, которую заведомо невозможно выиграть, либо Путин обвинит генералитет в том, что они проиграли войну из-за своей некомпетентности или даже предательства. Последствия и того и другого варианта ясны.

Что дальше

Выяснение отношений между Путиным и генералами неизбежно, но скорее всего растянется на несколько месяцев. За это время может произойти многое. Взятие Лимана позволяет украинским войскам наступать по двум основным направлениям. Первое — на Сватово, важный транспортный узел, где пересекаются несколько шоссейных дорог, по которым снабжаются российские войска в оккупированных территориях Донецкой и Луганской областей. В ходе наступления ВСУ могут перерезать дорогу Сватово — Кременная и ликвидировать российские опорные пункты вдоль нее. В районе Сватово наступающие украинские части могут встретиться с движущимися им навстречу силами из Купянска и, в случае освобождения этого города, начать наступление на Старобельск. Другое направление действий ВСУ в ближайшие недели — наступление на Кременную, город, прикрывающий с северо-запада агломерацию Рубежное-Северодонецк-Лисичанск, потерянную Украиной в июне.

О результатах таких действий ВСУ пока говорить трудно, но, если они окажутся успешными, позиции России во всей северной части Луганской области окажутcя подорванными. Очень важен фактор времени: на штурм Сватово, Старобельска и Кременной у украинской армии есть 4-5 недель, поскольку уже в первой декаде ноября можно ожидать начала осенней распутицы, во время которой интенсивность боевых действий сухопутных войск серьезно снижается. Ожидать, что Москва решится перебросить в Луганскую область сколько-нибудь значительные силы из Херсонской и Запорожской областей или с Донецкого направления, не приходится. В этом случае будет ослаблена оборона.

Характер возможных действий Украины в ближайшие дни и недели примерно понятен. Сложнее ответить на вопрос: что будет делать Москва? Пока ясно только одно — российские власти будут пытаться остановить наступление ВСУ на востоке бросая в бой неподготовленные массы мобилизованных. Единственным очевидным результатом этого будет чудовищный уровень потерь. Только что призванные в армию люди не имеют малейшего понятия о том, как нужно вести себя в бою, чтобы не погибнуть в первом же сражении. Будет доведен до предела ракетный террор против украинских городов и критической инфраструктуры. Кремль, объявив оккупированные территории Украины своими, обвинит последнюю в агрессии и объявит ей войну. Нельзя, наконец, исключать, что в отчаянии Путин может рискнуть и нанести ядерный удар по украинским войскам или инфраструктуре. Это будет концом и Путина, и России, и, кто знает, возможно всей современной цивилизации.