Убить патриота

Глава правозащитного сообщества «Первый отдел» Дмитрий Заир-Бек — о том, как государство уничтожает своих сторонников

2 октября умер обвиненный в госизмене ученый Валерий Митько. За последние годы это уже четвертая смерть бывших сотрудников государственных институтов, заподозренных в предательстве. Все они посвятили жизнь службе государству. Глава объединения юристов и правозащитников «Первый отдел», специализирующегося на делах о госизмене и шпионаже, Дмитрий Заир-Бек считает, что преследование лояльных ученых — это сознательная стратегия силовиков.

Чтобы не пропускать главные материалы «Холода», подпишитесь на наш инстаграм и телеграм.

20 лет государство озабочено поиском национальной идеи. Идея ищется плохо, поэтому государство предлагает любить себя просто так, слепо, не задавая лишних вопросов. Такую любовь государство называет «патриотизмом».

У преподавателей патриотизма с любовью тоже плохо, зато все хорошо с ненавистью. Они ненавидят людей, поедают их, им нравится этот процесс. Им нравится к патриотизму принуждать, шантажировать сомневающихся, одевать их в военную форму, отправлять на войну — или в тюрьму, ведь государство дало тебе все, но дало взаймы, и ты должен вернуть этот долг, отработать до последней крохи, любить государство до гроба. Твой путь к гробу государство тоже выберет само.

Валерия Митько патриотизму не учил никто, он просто патриотично жил. Большой ученый, исследователь Арктики, доктор технических наук, настоящий российский государственник. Он действительно любил Россию и верил в нее, а людоеды этим успешно пользовались. Они дождались пока он постареет, и атаковали, объявив госизменником в 78 лет. Формально — не объявили, а обвинили, конечно, но мы знаем: по таким статьям не оправдывают. Государственная измена — это еще и оскорбление, особенно для людей «старой закалки». Валерий Брониславович до последнего дня верил, что людоеды во всем разберутся. Он искренне не понимал, как вообще в таком тяжком преступлении можно обвинить человека, который годами жертвовал себя всего — сначала советскому подводному флоту, а потом науке. И правда, как?

Первый морской поход Митько совершил в начале 1960-х — из Севастополя по Северному морскому пути до Тихого океана. Как выпускник Высшего военно-морского училища радиоэлектроники, он был назначен начальником радиотехнической службы на совсем новой атомной подлодке. Служба привела его в Арктику — проездом, но именно тогда он ее полюбил и принял решение связать с ней свою жизнь. В науку Митько окончательно ушел в 1994 году и отпахал на этом поприще почти до самой смерти, развивая российскую Арктику. Он восхищался северными просторами, будто в них заключена душа. Я в его слова верю, хотя сам там не был ни разу — но с каким же упоением профессор говорил об этих местах!

Концепция Арктической доктрины Валерия Митько — основной работы профессора, — посвящена сверхцели: Россия должна пользоваться богатствами Арктики, при этом оберегая ее. Профессор боялся, что страна потеряет лидерство в регионе, и до хрипоты бился за российские интересы в Арктике с российскими чиновниками, которым вечно было не до того. Митько возглавил Санкт-Петербургскую Арктическую общественную академию наук — очень важную для ученых-полярников институцию, созданную в 2003 году с целью научного обоснования Арктической доктрины.

Такие как Митько тем и отличаются от людоедов: их патриотизм — про просторы России, про ее людей, про будущее. А людоедский — про безграничную власть и произвол. В квартиру профессора в спальном районе Петербурга рано утром 11 февраля 2020 года пришли люди в штатском. Обыск был даже по сегодняшним меркам необычайно долгий — 14 часов. Вынесли все, включая пять коробок научных трудов и несколько тысяч накопленных за трудовую жизнь долларов. Дело в том, что Митько разгласил очень важные секреты китайцам — когда ездил читать лекции в Даляньский университет по приглашению. Сами секреты — заумная документация о подводных лодках, где были бумаги и про российскую модель. Очень важные секреты очень серьезно охранялись: так, что их смог раздобыть человек без доступа к гостайне, пользуясь только открытыми источниками. И нужны они ему были, чтобы прочитать студентам курс лекций.

Митько отправили под домашний арест с запретом на прогулки. Иногда его отказывались вывозить даже на заседания суда, рассказывая какие-то байки о том, что у ФСИН для этого якобы нет бензина. Уму непостижимое позорище, за маской которого не просто отработка «показателей» раскрываемости, а реальное смакование человеческих мучений. Наши адвокаты много чего видели в своей практике по таким делам, но в каждом новом деле происходит что-то новое. И ужасное.

Многие российские «госизменники» — ученые за 60 или тяжело больные люди, посвятившие жизнь своей стране и потерявшие за нее здоровье. За последние несколько лет погибли четверо названных изменников родины: легенда машиностроения Виктор Кудрявцев, человек, создавший плавучий космодром для запуска ракеты-носителя «Зенит-3SL», безусловный патриот России — его поместили под стражу, несмотря на рак легких, довели до тяжелейшего состояния, потом «сжалились», заменили меру пресечения на подписку о невыезде, уголовное дело приостановили (но не закрыли!), но дело было сделано, через девять месяцев Кудрявцева не стало. То же самое с его коллегой— Романом Ковалевым, заместителем заведующего кафедрой космических летательных аппаратов МФТИ — он взят под стражу в 2019-м, выпущен 11 апреля 2022 года, умер через две недели. Дмитрий Колкер — совсем недавняя трагедия. Специалист в области лазерной физики, нелинейной оптики и спектроскопии был обвинен в госизмене за чтение лекций в Китае, хотя доклады были заверены для подтверждения отсутствия гостайны и читались в присутствии сотрудника ФСБ о чем рассказал его сын. Колкера увезли в «Лефортово» прямо из палаты поддерживающей терапии в Новосибирске с раком IV стадии, через два дня он скончался. И это примеры последних лет. В 2015 году от инфаркта в колонии умер профессор «Военмеха» Евгений Афанасьев, осужденный в 2012 году на 12,5 лет.

Почти все дела о госизмене за редкими исключениями расследует Первый отдел Следственного управления ФСБ России. Показатели раскрываемости по делам о госизмене ставят на самом верху главные людоеды страны. В том числе поэтому процент оправдательных приговоров по шпионским делам нулевой уже много лет. Госизмена и разглашение гостайны — это статьи как бы за «предательство патриотизма», и, если государство решило, что ты его недостаточно любишь, спастись невозможно. А еще — это статьи показательные от слова «показатели». Их возбуждают, когда государству нужно отработать статистику.

Оправдательный приговор — как и прекращение дела — чреват проверками, увольнениями и даже сроками для каждого, кто работал над производством. Огребут оперативники, которые сопровождали привлекаемого, следователь, расследовавший дело, прокурор, утвердивший обвинительное заключение. Это десятки человек. Суд скажет: «а кто я такой, чтобы подводить коллег», ведь все они — коллеги, все в одном круге, все кровью связаны.

Но настоящих патриотов среди них нет. Эти учителя патриотизма не настолько наивны, чтобы любить родину просто так. Они понимают, что любовь спускают лишь сверху и отбирают там же. Они понимают, что в любой момент сами могут быть объявлены изменниками и лжепатриотами. Поэтому они продолжают есть людей, надеясь таким образом продлить собственные жизни. Как римские императоры, которые для продления молодости принимали ванны из крови.

Все они умерли. Рим пал.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.