Оригинал материала
«У нас в республике с каждым годом снижается число людей, говорящих на чувашском, а теперь их еще и забирают на смерть»
25 января 2024 года DOXA признали «нежелательной организацией».
Если вы находитесь в России или планируете в нее возвращаться, вам нельзя репостить наши материалы в соцсетях, ссылаться на них и публиковать цитаты.
Подробнее о том, что можно и нельзя, читайте в карточках.
Мобилизация, объявленная в России 21 сентября, коснулась особенно сильно регионов с коренными народами. Непропорционально большое количество людей было мобилизовано в Крыму и регионах РФ с большим процентом коренного населения, таких как Бурятия, Дагестан, Якутия, Тува, Хакасия, Калмыкия, Чувашия.
Мы поговорили с житель_ницами республики Саха, Бурятии, Чувашии и Крыма, чтобы узнать, как там выглядит массовая и беспорядочная отправка на войну.
Редакторка
Редакторка
Кутя МартыноваИллюстраторка
Иллюстраторка
Ира ГребенщиковаПубликация
1 октября 2022 г.
Филькины грамоты вместо повестки
В ночь с 21 на 22 сентября в Бурятии начали разносить повестки и вручать всем без разбора, в том числе и тем, кого по закону мобилизация коснуться не должна. Как рассказывает соосновательница антивоенного фонда «Свободная Бурятия» Виктория Маладаева, только за эту ночь были мобилизованы около 5000 человек. Мужчин прямиком из кроватей доставляли в военкоматы, занятия в школах, из которых сделали мобилизационные пункты, отменили, а учителей заставили разносить повестки.
Как отмечает главная аналитикесса Фонда «Свободная Бурятия» Мария Вьюшкова, забирают тех, «кто не подходит под заявленные правила частичной мобилизации: многодетных, никогда не служивших, белобилетников». Повестки получили студенты, пожилые люди, освобожденные в связи с инвалидностью. Известен один случай мобилизации мертвого человека. Ночью мужчин собирали в домах культуры и отправляли на учебные сборы.
«Вместо повестки установленного образца, вручают “филькины грамоты” с исправлениями. Также известны нарушения, когда повестки вручают не по месту жительства или работы. В некоторых случаях просто приходят домой или на место работы или учебы с полицией или военной полицией и забирают». Вьюшкова подчеркивает, что рассылается сильно больше повесток, потому что люди неохотно идут в призывные пункты.
View this post on Instagram
A post shared by Журнал DOXA / НЕ ХОДИТЕ В ВОЕНКОМАТ (@doxa_journal)
Похожая ситуация с мобилизацией коренного населения происходит в республике Саха. Представительница народа Саха Лидия рассказывает DOXA, что «на уроке физкультуры в местном большом университете СВФУ выступали военные» и были случаи, когда забирали людей старше 60 лет. Активист движения «Sakha Against the War» подтверждает, что повестки приходят людям с отсрочкой, без опыта службы, многодетным отцам, пожилым и даже больным онкологией.
«Один из самых сумасшедших случаев был, когда прилетели на вертолетах в северные поселки, где живут оленеводы. Там проживает мизерное количество людей. Забрали тех, кто не соответствует, кто старше 35, — рассказывает представительница народа Саха Лидия.
Во многих сёлах приходили в два часа ночи и вручали повестки. В Якутии во многих деревнях нет Wi-Fi и интернета, только сотовая связь. Те, к кому пришли в 2 часа ночи, я уверена, даже не понимали, что происходит
Представители «Якутской пацифистской ассоциации» говорят о несоблюдении условий обязательной подготовки: через 2–3 дня мобилизованных отправляют в горячие точки.
«В контексте Якутии, поскольку большая ее часть находится в Арктике, не учитывается фактор жизни в экстремальных климатических условиях: города и села оставляют без людей, которые вовлечены в обеспечение жизнедеятельности места. Согласно самоорганизованной статистике, собираемой активистами, из северных районов забирают даже больше людей, также не учитывается принадлежность к коренным малочисленным народам, представителей которых итак осталось немного», — сообщает «Якутская пацифистская ассоциация».
Кроме того, известно, что президент Якутии Айсен Сергеевич Николаев — единственный из глав субъектов, кто выпустил указ о запрете жить не по прописке и выезде из городов, сел, деревень и республики Саха в целом.
Создатель телеграм-канала «Сердитая Чувашия» Семен Кочкин также делится мыслями о беспорядочной мобилизации в регионе:
«В районах Чувашии берут всех без разбора: служил / не служил, есть бронь / нет — не важно. Всех в автобус — и в районный военкомат. Приходили сообщения о том, что мобилизованных избивали, чтобы они подписали контракт».
Житель Крыма, пожелавший остаться анонимным, рассказывает о грубых нарушениях международного права (и в частности Женевской Конвенции) во время мобилизации в оккупированном Крыму: «Крымчане — граждане Украины, даже те, которые в силу возраста не успели получить украинский паспорт до аннексии. Они получили российские паспорта в процессе принудительной паспортизации, что уже является преступлением. И теперь их призывают на фронт».
Денацификация России
Отвечая на вопрос о проценте мобилизованных представителей коренных народов, активист_ки солидарны в том, что, в отсутствие независимых социологов и непрозрачности государственной системы, сложно говорить об общей статистике и конкретных цифрах.
В Якутии статистику по призыву коренных народов активно собирают активист_ки из «Sakha vs War», поскольку реальные цифры разнятся с официально существующими показателями:
Наши активисты вручную собирают информацию, которая поступает по мессенджерам от знакомых и родственников, а также по утекшим спискам призванных. На 24 сентября активисты зафиксировали мобилизацию 2500 человек. Всего по республике Саха (Якутия) подлежат мобилизации 4750 человек— это 1,66% всех мужчин в республике
«В первые дни мобилизовали не служившего в армии однокурсника, многодетного отца, знакомых пожилого возраста (старше 55 лет). Тогда некоторые получили повестки, но не явились в места сборов», — рассказывает DOXA представитель «Якутской пацифистской ассоциации».
Представительница Саха Лидия подтверждает, что в процентном соотношении в Якутии забирают больше, чем в Москве. В отношении конкретно коренных народов, она подчеркивает, что в республике Саха этнические русские — меньшая часть населения, поэтому такой статистики у них нет. Тем не менее, в Бурятии, где ситуация обратная, есть статистика, подтверждающая, что именно бурят забирают больше.
При этом Мария Вьюшкова из «Свободной Бурятии» говорит, что подобного рода «сарафанное радио», к которому вынуждены прибегать активист_ки, может давать искаженные представления о масштабе мобилизации. В этнических сообществах более развиты горизонтальные связи, а значит, «видимость» и «выявляемость» мобилизованных будет выше. Тем не менее, из личного опыта она добавляет:
«В Новосибирске, откуда я родом, повестки рассылают и кого-то уже забрали в учебный центр в Академгородке, но массовых облав и паники нет. В Курганской области, откуда родом мой муж, вообще тишина. Это показывает, что дело тут отнюдь не только в бедности региона, а в концентрации войсковых частей на душу населения в регионе, которая в Бурятии просто огромна — людей мало, а частей много».
Представление об общем масштабе мобилизации коренных народов складывается из косвенных данных. Например, если посмотреть на национальный чувашский батальон «Атӑл», в нем одним из требований было знание чувашского языка. «Предполагалось, что батальон связистов будет говорить на чувашском, а значит, украинцы их не поймут», — рассказывает лидер чувашской оппозиции Семен Кочкин.
Другой способ оценить масштаб мобилизации — это использовать данные о погибших на войне с Украиной российских солдатах в открытых источниках. «Медиазона» совместно с «Би-би-си» и командой волонтеров выяснила, что чаще других гибнут солдаты из национальных республик, в лидерах — Дагестан и Бурятия.
View this post on Instagram
A post shared by Free Buryatia Foundation (@freeburyatiafoundation)
По словам пацифисткой ассоциации республики Саха, так делают и пророссийские, и либеральные каналы, тем самым стараясь закрепить стереотип о беспрецедентной жестокости национальных меньшинств подобным сконструированным нарративом: «Чем больше представителей национальных меньшинств на поле боя, тем больше фотоматериалов для статей с фальшивыми заголовками, тем чище руки угнетателя. Это такая шовинистическая скрепа: “Наши высокоморальные воины сражаются с националистами, а дикие нерусские устраивают кровавые побоища и насилие над мирными жителями”».
«Кроме «чистки» по национальному признаку, заметна другая — по классовому»
Мобилизацию представителей коренных народов в регионах часто называют «этническими чистками». На вопрос о том, видят ли наши респондент_ки разницу между мобилизацией миноритарных и мажоритарных регионов, они отвечали по-разному.
Активист_ки «Sakha vs War» уверены в непропорциональной мобилизации по регионам России. По их словам, в Новосибирской области по плану мобилизации должны призвать чуть больше 2000 человек — это 0,27% мужчин. Тогда как по республике Саха собираются призвать 4750 человек, и это 1,66% мужского населения региона. При этом, как и в Бурятии, из сел с населением 300 человек призывают порядка 40–70 человек.
По призыву лидируют арктические районы республики Саха — Абыйский, Анабарский, Верхнеколымский, Верхоянский, Нижнеколымский, Среднеколымский, Усть-Янский, где живут коренные малочисленные народы, которые и так находятся под угрозой исчезновения. «Сейчас возникла угроза оголения мужского состава малолюдных северных районов республики. Непонятно, как объяснить такую разницу в пропорциях, но похоже на то, что Кремль задумал геноцид малочисленных народов, используя нас в качестве пушечного мяса», — говорят антивоенные активист_ки Саха.
Мы рассказываем про военное вторжение России в Украину, протесты и репрессии. Мы считаем, что сейчас, когда десятки медиа закрылись или перестали освещать войну, доступ к независимой информации важен как никогда.
«Я стараюсь следить за другими, более “русскими” регионами, — в разговоре с DOXA сообщает представительница Саха активистка Лидия, — кроме “чистки” по национальному признаку, заметна другая — по классовому. Так как границы еще открыты, то уезжают те, у кого есть деньги. Заметно что “рекрутинг” наиболее активен в сёлах, деревнях, где у людей порой нет ни газа, ни интернета. Поэтому мы видим и знаем, что обездоленных — из деревень — этнических русских тоже забирают. Но пока что есть силы бороться только за своих».
Якутская пацифистская организация тоже склоняется в первую очередь к незащищенности, прекарности этих регионов как к основной причине непропорциональной мобилизации, а также большей вероятности появления организованного масштабного протеста в Москве, чем в других регионах России: «Сложно в селе сделать протест такого масштаба, чтобы это коснулось непосредственно правительства и повлияло на его работу».
Активистка «Свободной Бурятии» Мария Вьюшкова предполагает, что важно учитывать концентрацию войсковых частей в регионе и количество отслуживших. По мнению Марии, не исключено и влияние неадекватности местного руководства и их желания выслужиться.
Глава Бурятии Алексей Цыденов с самого начала сделал эту войну своим личным пиар-проектом и постоянно пытается, задрав штаны, бежать впереди паровоза, в том числе и по вопросу мобилизации. При этом его собственные братья и взрослые сыновья на войну не пойдут
— замечает она.
Что касается Крыма и заявлений о 80–90% мобилизованных крымских татар, житель Крыма и респондент DOXA опровергает эту информацию, говоря о том, что сейчас нет внятной статистики и что в Крыму мобилизуют вообще всех (что подтверждается фотографиями из военкоматов):
«Цифры, которые называют применимы только к местам компактного проживания крымских татар, что никем не замалчивается. В остальном — и крымские татары, и все остальные крымчане сейчас сталкиваются с повальной мобилизацией».
В одном наши респонденты-представители коренных народов солидарны: когда не учитывается крайне низкая популяция отдельных народов, это подвергает опасности само их существование. «Я понимаю, почему это называют этническими чистками, — говорит основатель «Сердитой Чувашии». — У нас в республике с каждым годом снижается число людей, говорящих на чувашском, а теперь их еще и забирают на смерть».
Другая тенденция этой войны — выставлять всех, кто принадлежит к национальным меньшинствам, главными злодеями, как это было с фейковой фотографией саха в Буче.
Возращение домой
В субботу, 24 сентября, четверо глав регионов — Владимирской и Магаданской областей, Бурятии и Крыма — сообщили о мобилизации некоторых россиян «по ошибке» и пообещали вернуть их домой. Однако респонденты DOXA уверены в том, что этим новостям не стоит всегда доверять, так как власти могут говорить это, чтобы успокоить граждан и создать иллюзию гражданского общества. Тем не менее, случаи возвратов известны, но они немногочисленны. «Якутская пацифистская организация» по просьбе DOXA сделала опрос среди своих подписчиков. Так, известны случаи возвращения работника аэронавигации, двух неслуживших, работника Мининноваций.
«Сердитая Чувашия» сообщает лишь об одном случае возврата с «учебки» отца четверых детей, «Свободной Бурятии» также пока известен только один случай. При этом в их практике был случай, когда забрали человека с «аннулированной» повесткой: «Он сначала якобы доказал, что не подлежит мобилизации, но спустя некоторое время его всё равно забрали».
Если же кого-то и возвращают из военкоматов, то это результат работы правозащитников. «Необязательно соглашаться со всем, что тебе говорят. Те, кто говорит “нет”, безусловно, молодцы, но это не означает, что есть те, кого обосновано мобилизуют», — говорит DOXA житель Крыма. Эта мобилизация — на сто процентов преступление против всех, кто становится ее жертвой».