Тени забритых предков

Фото: пресс-служба главы Башкортостана

Сергей Шойгу 28 октября отрапортовал Владимиру Путину о завершении частичной мобилизации. Что она закончится не позднее 31 октября, было понятно изначально. 1 ноября стартует очередной осенний призыв, и военкоматы, полиция и Росгвардия вынуждены будут переключиться на охоту за призывниками-срочниками. Но тут могут быть нюансы. Указа Путина о завершении мобилизации пока нет. Поэтому нельзя исключить, что по крайней мере в некоторых регионах, подальше от Москвы и Петербурга, военкоматы будут также забривать и лиц более старших возрастов, которые будут попадаться при облавах на призывников-срочников.

Согласно рапорту Шойгу, всего было мобилизовано 300 тысяч человек, включая 13 тысяч добровольцев, 82 тысячи человек уже отправлены в действующую армию. По альтернативной экспертной оценке "Медиазоны", реальное число мобилизованных уже к середине октября достигло 492 тысяч человек. Однако эта оценка мне кажется сильно завышенной, и вот почему. Эксперты ориентировались на данные ЗАГСов 75 регионов, включая Москву, согласно которым вследствие мобилизации было заключено по ускоренной процедуре 31 000 браков. Затем они брали данные последней переписи населения России 2021 года о количестве мужчин в возрасте 18-49 лет, состоявших в фактическом браке, вычисляли их долю среди мужского населения в соответствующей возрастной когорте по каждому региону и экстраполировали данные о числе призывников, вступивших в ускоренный брак, на все мужское население 18-49 лет по всем регионам.

Однако число мужчин, состоящих в фактическом браке, - показатель, заведомо содержащий большую латентную составляющую. Неслучайно по итогам всех переписей населения женщин, состоящих в браке, значительно больше, чем мужчин. Реальная доля мужчин, состоящих в фактическом браке, гораздо выше, чем та, которая была показана в переписи 2021 года (сама эта перепись была самой неточной за все время российских переписей, и ее данными практически нельзя пользоваться). Кроме того, ускоренный брак могли заключать не только те люди, которые ранее уже состояли в фактическом браке, но и те, которые до этого просто встречались и в категорию фактического брака не попадали. Известна история мобилизованного из Кемеровской области, который готов заключить (и, наверно, уже заключил) брак с любой женщиной, даже малознакомой, только чтобы в случае его гибели "гробовые" деньги достались вдове, а не государству. Оба эти фактора - большое число мужчин, живущих в фактическом браке, но не учтенных в этом качестве переписью, и мужчины, вступившие в ускоренные браки, но ранее не состоявшие в фактических браках, - значительно завышают оценку общего числа мобилизованных, основанную на количестве ускоренных браков. Мне представляется, что реальное число мобилизованных в России с 21 сентября по 28 октября действительно составляет около 300 тысяч человек.

Потери российских регулярных войск за период с 28 сентября по 28 октября включительно составили, согласно оценке Генштаба ВСУ, 11 670 убитыми. Если предположить, что число раненых с российской стороны примерно вдвое превышает число убитых, то общее число убитых и раненых военнослужащих регулярной российской армии в период с 28 сентября по 28 октября можно оценить в 35 010 человек. Таким образом, 82 000 мобилизованных, если они действительно были посланы на фронт, могли полностью покрыть потери убитыми и ранеными за октябрь, а также ранее не восполненные потери за сентябрь и другие месяцы. В том, что такие невосполненные потери были, сомневаться не приходится - иначе не была бы начата 21 сентября частичная мобилизация.

Если потери убитыми и ранеными в последующие месяцы останутся на уровне октябрьских, то остающихся пока не на фронте 218 тысяч мобилизованных хватит для восполнения потерь убитыми и ранеными примерно на полгода, то есть до апреля 2023 года включительно. Напомню, что мобилизованные и призывники-срочники из России не используются для пополнения формирований ДНР и ЛНР и ЧВК "Вагнер".

С начала войны и вплоть до утра 29 октября потери российских регулярных войск убитыми составили, по оценке украинского Генштаба, 70 250 человек. Вместе с ранеными общие потери можно оценить в 210 750 человек. Потери формирований ДНР и ЛНР и "вагнеровцев" убитыми и ранеными, по моей оценке, в 1,8 раза меньше потерь регулярных войск, то есть примерно 117 100 человек. Возможно, коэффициент 1,8 немного уменьшился за последний месяц, когда основные потери российские войска несли у Бахмута, где сражаются почти исключительно "вагнеровцы" и донецкие сепаратисты. В сумме это дает 327 850 убитых и раненых, в том числе 109 300 убитых. Коэффициент подтвержденных потерь в бронетехнике по данным сайта Oryx 29 октября составлял 3,52 в пользу Украины. Соответственно, потери ВСУ с начала войны и до 29 октября можно оценить в 93 140 человек, в том числе 23 285 убитых. При таком соотношении потерь людские ресурсы сторон истощаются примерно одинаково.

Уровень подготовки мобилизованных в России, как и уровень их обеспечения обмундированием и вооружением, крайне низок. Зачастую снаряжение приходится покупать самим мобилизованным, как это было в феодальные времена, когда более богатый дворянин или горожанин покупал себе более дорогой и надежный доспех, что повышало его шансы на выживание в бою. Как заявил Путин, мобилизованные проходят подготовку в тылу от 5 до 10 дней, а дальнейшую подготовку проходят уже в частях на фронте. Однако, судя по многочисленным сообщениям в российских соцсетях, даже эта мизерная подготовка в тылу особых успехов не приносит, и многие мобилизованные до прибытия на фронт не успевают даже толком пострелять из своего оружия. А на фронте под огнем противника никакой подготовки тем более не ведется.

Главной слабостью остается неумение вести бой в составе подразделений. Тут мы видим повторение ошибок, которые российская армия допускала еще в Первую мировую войну. Тогда, в августе 1914 года, во время всеобщей мобилизации расчет был на то, что победу удастся одержать в течение одной кампании, еще до Рождества. Поэтому в бой были брошены почти все опытные унтер-офицеры из учебных команд и из запаса первой очереди, часто даже не на унтер-офицерские должности. А когда война приняла затяжной характер, возникли большие трудности с подготовкой мобилизованных, которых порой некому было учить.

Точно так же в начала войны с Украиной, рассчитывая на блицкриг, российское командование бросало на фронт все резервы, вплоть до персонала учебных частей с их вооружением и техникой. В результате, когда дело дошло до частичной мобилизации, учить мобилизованных оказалось некому и не на чем. А сформированными из мобилизованных ротами часто командуют мобилизованные же офицеры, без какого-либо командного опыта. Формировать из них новые части даже батальонного уровня, не говоря уже о бригадном, большого смысла не имеет, так как эти новые части будут сильно уступать в боеспособности тем частям, которые находятся на фронте. Подразделения, состоящие из мобилизованных, потеряют основную часть личного состава еще до того, как солдаты и офицеры успеют получить хоть какой-то боевой опыт. Поэтому мобилизованных россиян будут скорее всего использовать для пополнения уже существующих частей, а не для формирования новых. Следовательно, достичь с помощью мобилизации перелома в войне не удастся.

В украинской армии тоже есть свои проблемы с мобилизацией. Но там, по крайней мере, даже солдат простейших специальностей - мотострелков - до отправки на фронт готовят в течение месяца (во время войны на Донбассе в 2014-2016 годах готовили не менее 2 месяцев), а военнослужащих других специальностей - на несколько недель или месяцев больше. Кроме того, украинские военнослужащие гораздо лучше мотивированы, чем российские, и среди них значительно меньше уклонистов.

Сейчас мобилизованных россиян направляют прежде всего в зоны украинского контрнаступления: в районы Сватово - Кременная в Луганской области и на Херсонский плацдарм. По отзывам российских командиров, боеспособность их очень низкая, но по-другому и не могло быть. Тем не менее, прибытие пополнений с вооружением и техникой позволило российскому командованию залатать некоторые дыры и затормозить темп украинского контрнаступления, хотя это и оплачивается большими потерями.

Сейчас главная интрига разворачивается вокруг того, оставят ли российские войска Херсонский плацдарм или будут вести уличные бои в Херсоне. Пока что украинское командование публично придерживается той точки зрения, что объявленная эвакуация правобережных районов Херсонской области и вывоз из Херсона всего ценного, вплоть до памятников Александру Суворову, Федору Ушакову и Григорию Потемкину, скорее преследует дезинформационные цели, а в действительности российская армия собирается оборонять Херсон. Но есть некоторые признаки, которые заставляют усомниться в том, что российские намерения действительно таковы. Спутниковые снимки показывают, что практически полностью эвакуирован аэродром в Чернобаевке вблизи Херсона. Если бы Херсон собирались защищать, то с эвакуацией аэродрома повременили бы. А из больниц Херсона и области вывозят все медикаменты и оборудование. Опять же, в случае подготовки к обороне больницы не эвакуировали бы, а скорее превратили бы в военные госпитали.

Оставление Херсонского плацдарма может быть обусловлено трудностями снабжения по разрушенным украинской артиллерией мостам через Днепр и поврежденный Крымский мост. Если российские войска действительно оставят плацдарм, это, вероятно, произойдет до конца ноября, до наступления морозов, поскольку в зимних условиях войскам понадобится дополнительное снабжение. Руководитель украинской военной разведки Кирилл Буданов высказал предположение, что ВСУ могут освободить Херсон до конца ноября.

Если российские войска действительно оставят Херсон без боя, события могут развиваться примерно так же, как это было при оставлении советскими войсками Одессы в середине октября 1941 года. Тогда отход Приморской армии прикрывали мобилизованные одесские ополченцы, большинство которых попало в румынский плен. Не исключено, что российское командование в случае отступления из Херсона заставит вести арьергардные бои в первую очередь недавно мобилизованных, пожертвовав ими, чтобы обеспечить отвод остатков кадровых частей для обороны левого берега Днепра и Крыма.