Невеста с костлявыми руками

Александр Розенбаум в Театре Российской армии поёт «Повестку»

Премьера песни состоялась 3 ноября — как раз в канун Дня Народного Единства (все слова с большой буквы ради такого праздника).

С реальным народным единством всё непросто. Един ли народ? Социологическим опросам доверия мало, но и они показывают глубокие и радикальные противоречия по самым жизненным вопросам. Ведь речь сегодня идёт буквально о жизни и смерти.

Но когда в зале полторы тысячи человек устраивают певцу овацию и кричат «браво!» — это живой голос настоящего народного единства.

Театр Российской армии — место (по определению) воинственное. На концерты Розенбаума приходят мужики: ветераны Афганской войны, ветераны двух Чеченских войн, ветераны бесчисленных горячих точек. Это люди, которые видели смерть друзей и по-настоящему ценят мир. Приходят и женщины от 15 до 85, тащат Розенбауму на сцену бесконечные букеты роз… Всю эту публику объединяет важнейшая вещь — родной русский язык.

А всем, кому русский — родной, не надо объяснять, кто такая «невеста с костлявыми руками». «Костлявая» — на русском это существительное имеет одно значение; что в жизни, что в народных сказках.

ПОВЕСТКА

Постучалась в дверь невеста

(Только как-то рановато —

Ни двора ещё не нажил, ни кола).

Симпатичная Повестка,

Родом из военкомата,

За собой меня сегодня позвала.

И с порога, да на шею,

Да костлявыми руками

В грудь вцепилась:

— Вот что я тебе скажу:

Нет вопросов, есть решенье, —

Если под венец не встанешь,

Я тебя, голубоглазый, посажу!

— Погоди, я ещё не готов

(не пить воды нам с лица),

Не один… Испросить бы на то

Благословение отца…

— Нету времени на книги,

К таинству не опоздать бы!

Доставай всё то, чего у тебя нет.

Я отправился к барыге

Покупать костюм для свадьбы:

Каску, берцы и кевларовый жилет.

Штурмовой, очень злой, 22-й.

Он не мой и не твой год.

Было, но

где оно —

небо одно:

И моё, и твоё?.. Вот…

Тяжелила свежий воздух

осень терпкими духами,

И пофыркивал автобус цвета беж.

Он сквозь выкрики и слёзы

заполнялся женихами,

Чтоб собой возглавить свадебный кортеж.

Штурмовой, очень злой, 22-й. Он не мой и не твой год.

Было, но

где оно —

небо одно:

И моё, и твоё?.. Вот…

Там, где сейчас находятся мобилизованные и призывники, опрос не проведёшь. И тех, кто бежал от мобилизации за границу, социологи не опрашивают. Но когда они вернутся, они расскажут, что чувствовали и о чём думали, услышав «Повестку».

Только пусть вернутся.