Война за будущее, в которой мы победим

Большинство ЛГБТ-россиян неверно трактует гомофобную политику властей и живёт иллюзиями. Пора с этим покончить

Президент РФ Владимир Путин подписал указ об утверждении «Основ государственной политики по сохранению и укреплению российских традиционных духовно-нравственных ценностей». Этот документ ляжет в основу стратегического планирования в сфере обеспечения национальной безопасности.

Этот абзац скопирован из предыдущего материала по данному вопросу. Но в нём есть некоторые неточности. Для того, чтобы их устранить, следует сделать одно упражнение. Вставьте в эти два предложения словосочетание «так называемый» не менее пяти раз, нужным образом склоняя их по родам и числам. Несмотря на тавтологичность, конечный текст будет куда лучше соответствовать реальности.

При желании аналогичную процедуру можно провести и с самим документом, а также с принимаемым ныне законом «о гомопропаганде». Вообще со всем, что артикулирует российский режим. Так называемый, конечно.

Игра по чужим правилам

Это упражнение помогает не только поднять настроение и снизить тревожность, но и восстановить нормальность восприятия происходящего. Дело в том, что мы, в большинстве своём, продолжаем считать себя гражданами какого-никакого государства в условиях, когда утрачены институты гражданства и государственности как таковые.

Из-за постепенности большинства процессов мы не восприняли момент качественного перехода. Но на данный момент Россия — территориальное образование, у которого утрачены все атрибуты государства. У неё нет легитимных границ, органов власти, правовой и правоохранительных систем. Благодаря расплодившимся парамилитаристским образованиям, она утратила монополию на насилие. Непонятно как избранные депутаты по указке сочиняют нужные законы, а утратившая независимость судебная система по той же указке выносит решения.

Россия — это Failed State в постмодернистском изводе. Игра в государство, построенная на имитации процедур. И самое парадоксальное, что ЛГБТ-люди и организации одни из последних, кто во всём этом безобразии пытается не просто играть честно, а путает имитацию с подлинностью. Пытается жить по закону в условиях тотального произвола.

Ищем ориентиры

Плохо ли это? Разумеется, нет. Впадать в аномию и становиться такими же беспредельщиками, как те, кто решил нас истребить, это значит уподобляться им. Но стоит понимать, что закон возможен лишь там, где существует законность, правовая система подразумевает наличие этих самых прав, а любая коммуникация с институтами и обществом получается адекватной только в том случае, когда вы говорите на одном языке.

И второе заблуждение большинства ЛГБТ-россиян и организаций состоит именно в возможности такого диалога. Российский режим два десятилетия искажал вербальную действительность. У него хлопки вместо взрывов, война не война, стратегия в отсутствие самой возможности стратегического планирования и забота о будущем, отменяющая само будущее.

Для возвращения в нормальность необходимо подняться над этим мороком в общечеловеческую систему координат. Ведь слова на разных языках обозначают одни и те же понятия. И есть международные организации, худо-бедно сшивающие общечеловеческий дискурс.

Это война

В этом плане всё, что делает российский режим внутри и снаружи своих мерцающих границ, следует воспринимать в контексте резолюций ООН и других международных организаций, объединяющих достаточно стран,чтоб говорить от имени человечества. То, что Россия вышла из ПАСЕ и цинично эксплуатирует своё право вето в Совбезе ООН, ещё не значит, что мы должны следовать в этом векторе.

Правда, в отношении своей гомофобной политики российский режим зачастую сам проговаривается. Депутаты Останина, Хинштейн, Бурляев, Володин и иже с ними, а также прочие первые лица вплоть до самого первого неоднократно интерпретировали так называемую «пропаганду нетрадиционных ценностей» как гибридную войну против российской государственности. А свои действия — как ответные меры в этой войне. Но если гомопропаганда, равно как и традиционные ценности, суть симулякры, то война разворачивается вполне реальная.

Принимаемый пакет законов — это поражение в правах целой категории населения по факту её природы. Это запрет на социализацию и реализацию базовых прав человека.

«Главная задача, чтобы эти отвратительные явления стали невозможными, то есть профилактирующая роль этих инициатив», — Хинштейн.

«Вопрос в том, что запрещается пропагандировать весь этот образ жизни, навязывать его, создавая тем самым, может быть, неверное представление о том, что однополая любовь имеет такое же право на существование, как и брачные отношения между мужчиной и женщиной» — Останина.

«Деструктивное идеологическое воздействие на россиян, в том числе пропаганда нетрадиционных отношений, угрожает демографии. Предполагается защита института брака, как союза мужчины и женщины», — путинская «Стратегия».

Возвращаем имена

С точки зрения международного законодательства, гомофобную политику российского режима невозможно трактовать иначе, как дискриминацию социальной группы, причём, в нашем случае, с очень размытыми границами. Под ударом не только геи, лесбиянки и трансгендерные люди, но и все, кто не вписывается в первобытно-подворотные представления о привычном.

Будь то женщины, не допускающие в отношении себя домашнего насилия или различных форм харрасмента, добровольно бездетные половозрелые люди, да кто угодно. Несоответствие симулякру «традиционных ценностей» — универсальное основание для любых точечных и массовых репрессий.

Принятая в 1948 году «Конвенция о предупреждении преступления геноцида и наказании за него», разумеется, не упоминает об ЛГБТ-людях. А после демарша СССР из окончательной редакции исчезли «действия, направленные против групп, идентифицированных по политическим или социальным признакам».

Но политика тоталитарных режимов прошлого (нацистская Германия, сталинский СССР) и настоящего (Иран, ряд арабских стран, КНДР, с недавних пор — Россия) в отношении ЛГБТ-людей может рассматриваться как попытка геноцида. Сколь неэффективного (мы без всякой пропаганды воспроизводимся в любых популяциях, независимо от интенсивности нашего истребления), столь и бесчеловечного по своей сути.

Эмиграция внутри и снаружи

Подводим итоги. Российский режим, стремительно теряющий свою легитимность, формирует условия для дискриминации, репрессий и, в перспективе (а в отдельных регионах — и на практике), попыток геноцида ЛГБТ-людей в зоне своего влияния.

Логичнее всего выйти из-под его влияния. В первую очередь, на смысловом и понятийном уровне. Мы — не пропаганда, а люди. Наши права не ущемляют ничьих прав, а вот ущемление наших разрушает общество и повергает его в архаику. Мы имеем право не только на физическое, но и социальное бытие. Это дело каждого из нас — открывать или скрывать свою ориентацию, гендерный статус и всё прочее. Это мы решаем, создавать ли семьи, и какие. Это наш выбор — рожать ли детей или нет, во что верить или не верить, каких взглядов придерживаться и какой образ жизни вести.

В ситуации, когда нас лишают права на идентичность и самопрезентацию, объявляют опасными, неполноценными и подлежащими дискриминации, мы будем защищаться. Самый простой и рациональный способ защиты — эмиграция. Не паническая, как было в уходящем году, а продуманная. Такая, которая позволит каждому увезти с собой семьи (если они есть), имущество (если оно есть), бизнес, идеи, навыки — всё, что поможет нам адаптироваться в более дружелюбном месте.

Война за будущее

Так или иначе, большинство из нас останется. И здесь нам придётся бороться за право быть. Не только против нынешнего режима, который может сколько угодно писать стратегии, но разваливается на глазах. То, что придёт следом, вероятно, окажется ещё хуже и бесчеловечнее. Нынешние подворотные гопники и реконструкторы средневековья наверняка будут вспоминаться как «а эти были ещё ничего» в том первобытном хаосе.

Из него неизбежно родится новое общество и новые формы его организации. Тем, кто переживёт самые чёрные дни, нужно будет постараться, чтобы на этот раз получилось что-то приличное и жизнеспособное. Для этого придётся догонять человечество и перенимать самые прогрессивные практики, учитывать интересы каждого и нещадно бороться с любыми попытками воскрешения издохшей империи. В общем, без нас будет не обойтись.

Текст: Antony Sπyros