"Унизительно за эти деньги бороться". Родители погибшего в Украине судятся за "гробовые"

Родители погибшего на войне в Украине 20-летнего контрактника Кемала Бостанова судятся в Петербурге из-за так называемых "гробовых". Мать солдата Анастасия Юдина хочет получить всю страховую выплату за сына, так как растила его одна. Биологический отец Кемала также рассчитывает на выплаты, хотя, по словам Юдиной, в воспитании сына не участвовал и "ни рубля алиментов" не заплатил.

В Смольнинском районном суде Санкт-Петербурга началось рассмотрение дела жительницы Ленобласти Анастасии Юдиной, которая требует от Минобороны РФ более 12 млн рублей – полной страховой выплаты за своего 20-летнего сына Кемала Бостанова, погибшего при военном вторжении России в Украину в марте 2022 года. На половину компенсации претендует также отец контрактника Хасан Бостанов.

Семьям погибших военнослужащих в России положена страховка и единовременное пособие в сумме на 7,4 млн рублей, а также ежемесячная компенсация каждому члену семьи. Согласно указу президента от 5 марта 2022 года, родные погибших участников военной операции в Украине получают дополнительно 5 млн рублей.

Россия к 2 ноября потратила на выплаты бойцам Федеральной службы войск национальной гвардии РФ и военнослужащим министерства обороны РФ, погибшим и раненым в ходе войны в Украине, 166,2 млрд рублей (2,7 млрд евро). Такие данные привел Telegram-канал "Можем объяснить" со ссылкой на показатели бюджета. Выплаты за погибших получили более 15 800 россиян и почти 1800 тяжелораненых.

– Человек, который ни разу не видел ребёнка, не воспитывал и ни рубля не вложил в него. В постановлении Верховного суда, сказано, что эти выплаты, прежде всего, благодарность за воспитание героя. Так за что же его благодарить? – спрашивает Анастасия Юдина.

С Хасаном Бостановым, отцом своего первенца, Анастасия познакомилась в Кисловодске в 2000 году. Он был фермером из Карачаево-Черкесии. Имя сыну Хасан выбрал сам: Кемал в переводе с арабского означает "совершенство". Вместе они прожили недолго, вскоре у Хасана появился еще один сын от другой женщины. Анастасия рассталась с Бостановым из-за измен, а позже переехала с ребенком в Петербург.

– В 2010 году я подала на алименты, у Хасана был и мой новый адрес, и номер телефона, все у него было, но желания общаться с ребенком не было. Хасан написал возражение об алиментах, так как суд не учел, что у него еще дети есть. Мне надо было дальше по судам идти, но я не стала. Я на тот момент была замужем, и муж сказал, что не надо унижаться, он сам прокормит семью, – вспоминает Анастасия.

"Мечтал попасть в "ЧВК Вагнер"

Кемал Бостанов вырос в Горбунках – это поселок на 7 тысяч жителей в Ленинградской области, недалеко от Петербурга. Когда у Кемала появились брат и сестра, семье как многодетной дали участок в частном секторе. Вблизи Горбунков несколько фармацевтических заводов, две птицефабрики, "Филипп Моррис" и "Сименс".

Кемал выучился на автомеханика. Подрабатывал строителем, но будущего на гражданке не видел, мечтал о военной службе. "Работа на заводе, пиво по вечерам с друзьями", – рассказывает Анастасия то, что не нравилось сыну в жизни в Горбунках. В июне 2021 года его призвали на срочную службу в 138-ю бригаду военной части 02511 в поселке Каменка в Ленобласти.

– Он хотел после армии пойти в войска. Мечтал попасть в "ЧВК Вагнер". Именно туда. Там другое обучение, служба совершенно другая. Там делают мужчин из ребят. В нашей армии мой сын ни дня подготовки не прошел. Полевой выезд был один раз, – говорит мать Кемала.

Анастасия – лаборант на одном из предприятий в Ленобласти. Она активно участвовала в общественной жизни и несколько раз читала лекции в войсковой части о мужском предназначении.

– Он полгода отслужил, и не знаю, подписал контракт или нет. Я этого документа не видела. Их отправили на учения, мы часто перезванивались. Говорит, не волнуйся, нас никуда не отправляют, мы просто на границе, "на усиление границы стоим". Но я знаю, что он с первых дней там (в Украине. – СР). Вечером 7 марта позвонил с чужого номера, рассказал, что они "выезжали". Я плакала, просила разорвать контракт, если уж подписал. Он мельком упоминал, что они под обстрел попадали, у них машина сгорела, он в одних трусах остался. И он мне сказал такую фразу: "Я не брошу ребят, которые мне прикрыли спину", – вспоминает Юдина.

Кемал Бостанов числился водителем минометного взвода. Вместе с сослуживцами он попал под обстрел в селе Малая Рогань вблизи Харькова в середине марта. Связь с ним тогда прервалась.

– Я начала искать, в воинскую часть звонила, по военкоматам. В Министерстве обороны отвечали, что в списках никаких не значится, не переживайте, ждите. А 5 апреля в 6:38 утра мне позвонили и сказали, что мой сын в плену. Я тогда написала Хасану, чтобы он помог, если у него есть связи. Он ничего не ответил. В течение двух месяцев я долго искала, в Москву ездила. Каждый раз мне говорили новую информацию: в плену, в строю, либо без вести пропал. У меня взяли тест ДНК 20 апреля, и 5 июня оно совпало. За два дня до этого украинцы прислали фотографию: там лица не видно, только кусочек носа и усы. Я сразу поняла, что это он, – рассказывает Анастасия, как нашла тело Кемала.

Гроб на сцене

Прощание с Кемалом местные власти устроили в дворце культуры в Горбунках – трехэтажном кирпичном здании на пустыре между панельными пятиэтажками, коттеджами и коробками магазинов, утепленных сайдингом. Кураторы ДК помогают районным властям с проводами мобилизованных в армию и собирают гуманитарную помощь российским солдатам в Украине. На сцене гроб, обитый красной тканью, четыре бойца с автоматами и родственники Кемала в траурных нарядах. В зрительном зале местные жители. В приглушенном свете областные чиновники приносили соболезнования зрительному залу.

Кемала похоронили в соседней деревне Верхняя Колония, его отца на похоронах не было.

– Я его приглашала. Ни разу на мое приглашение в социальных сетях он мне не ответил. На похороны так и не приехал. А потом мне позвонили из воинской части и сказали, что Хасан подал документы на выплату. Я подала в суд. И стыдно, и унизительно за эти деньги бороться. У меня погибший сын, и через 20 лет появился папа, который очень хочет получить денег за него. Сказал, "я потом их тебе назад отправлю". Вы бы поверили? Я не очень. Журналистам рассказывал, что все деньги на Украину отправит. Старческий маразм уже. Он еще хочет получить 1/5 дома, которые принадлежат Кемалу, – сетует Анастасия.

Как отмечает мать погибшего, в последний раз отец и сын общались по телефону в 2015 году. Разговор зашел о религии и продлился недолго.

– Кемал рассказывал о себе, потом Хасан начал склонять его к мусульманской вере, чтобы он молился. Я забрала трубку и сказала: "Ты где был 15 лет? Ребенок крещеный!" Он обиделся и больше не общался, – вспоминает Анастасия.

Мать погибшего утверждает, что сын не интересовался карачаевскими корнями, в секциях по боксу представлялся Кириллом Юдиным, такое же имя обозначил на своей страничке "ВКонтакте". Согласно характеристике Кемала Бостанова из военной части 02511 (есть в распоряжении Север.Реалии), перед началом военной операции в Украине командование пыталось выйти на связь с отцом рядового, но ничего не вышло. Хасан Бостанов не ответил Север.Реалии на просьбу об интервью. В разговоре с "Фонтанкой" отец погибшего рассказал, что "они исчезли, [когда Кемалу было полгода], я не знал, где они. Потом вышли [на связь]. То надо, это надо. Аппетит у неё большой начался. Конечно, много я не давал". Свою часть выплат Хасан Бостанов собирается отправить в фонд помощи Донбассу. "Есть закон. У кого я чего прошу? Она свою долю получит, чего еще хочет? Зачем мне отказываться от своего сына? Я не о деньгах думаю, человек только в землю попал", – пояснил отец.

Суды за "гробовые"

– Когда зашла речь о контракте, командир позвонил мне и спросил про мое отношение к контракту. Все командование тогда знало, куда они едут, только мы, родители, не знали. Сейчас у меня двоякое отношение: с одной стороны, да, ребята пошли освобождать. С другой – я не понимаю, почему пошли дети 20-летние, которые не прошли обучение, почему все капитаны живы остались? – спрашивает Анастасия.

В России в разных регионах родственники погибших в Украине военнослужащих судятся между собой из-за "гробовых" выплат. В Забайкалье жительница Олеся Бадртдинова судится с бывшим мужем, который после смерти 21-летнего сына-военного в Украине решил получить часть многомиллионной компенсации. За деньги судятся в Хакасии бывшие супруги и родители 26-летнего Богдана Фотина. В Волгограде тетя погибшего военного Валерия Коваленко сняла с карточки 10 миллионов компенсации, хотя деньги предназначались для деда Коваленко. Родственники обратились в суд. В Саратове суд лишил финансовой соцподдержки отца Шамиля Билянова из-за того, что мужчина не участвовал в воспитании Билянова, пока он был ребенком.

В декабре 2019 года судебная коллегия Верховного суда РФ определила, кто из родителей может претендовать на выплаты в случае гибели военнослужащего. Если ушедший из семьи родитель не занимался воспитанием ребенка и не содержал его материально, он не может претендовать на компенсацию. Однако в решении речь идет о разделении компенсации погибшего военного-срочника в период до введения Россией войск в Украину. "К сожалению, законодатель не поставил в качестве прямого условия получения с 2022 года страховых и иных выплат родителями погибших военнослужащих, соблюдения ими своих обязанностей, а именно содержания и воспитания ребенка. Займут ли суды в этом вопросе формальную позицию, выражающуюся в том, что недостойного родителя надо было вовремя лишать родительских прав, или нет — покажет только практика", — прокомментировала Север.Реалии Вероника Марченко, председатель правления фонда "Право Матери", который занимается помощью семьям погибших военнослужащих.

Власти России заблокировали наш сайт. Чтобы продолжить читать публикации Север.Реалии, подпишитесь на наш телеграм-канал. Установите приложение Радио Свобода в App Store или в Google Play – в нём доступны все материалы наших сайтов, туда уже встроен VPN. Оставайтесь с нами!