Оригинал материала
«Вышка» лагерного типа
История самого либерального журфака страны глазами его недавнего студента
После начала войны в Украине многие журналисты и независимые СМИ были вынуждены уехать из России из-за цензуры. Под нее подстраиваются и факультеты журналистики. 27 ноября студенты-журналисты НИУ ВШЭ получили приглашение на мастер-классы от военкора ВГТРК Александра Сладкова, а учащиеся старших курсов теперь могут выбирать курс по пропаганде.
Я учился на «журналистике» в ВШЭ и видел, как вуз с либеральной репутацией превратился в учреждение, где учат выбирать слова.
«Это плата за лояльность»
Факультет медиакоммуникаций в Высшей школе экономики появился в 2011 году. Создала его журналистка «Радио Свобода», кандидат филологических наук, в прошлом — заведующая кафедрой телевидения и радиовещания журфака МГУ Анна Качкаева. Тогда на фоне консервативного журфака МГУ «Медиакоммуникации» ВШЭ казались чем-то абсолютно новым. Впервые университет в России вписал существующий образовательный стандарт в общемировой контекст. Создатели программы начали рассматривать журналистику не как отдельную дисциплину, а как часть медиакоммуникаций: студенты разбирались, как устроены аудитория, медиабизнес и технологии для распространения информации. Вышка выпускала универсальных специалистов, которые могли работать как в печатных и интернет-изданиях, так и на телевидении и радио.
— На факультете медиакоммуникаций были некие принципы, заложенные именно Качкаевой, — вспоминает Оксана Силантьева, одна из первых преподавательниц «Медиакоммуникаций». — Например, была базовая идея, что с первого дня студенты должны очень много делать на практике. До Вышки я работала в «Яндексе» и была медиатренером, ориентированным именно на практическое обучение. Наш договор с Анной Григорьевной заключался в том, чтобы я выстроила практическое обучение на факультете. Я занималась центром мультимедийного производства: телестудия, радиостудия, компьютерный класс, мультимедийная редакция были под моим руководством. 1 сентября ребята получили студенческие билеты, а 2-го числа уже выходили на практические задания с диктофонами, камерами.
Студенты первых выпусков вспоминают «Медиакоммуникации» как нечто абсолютно новое и свободное.
— Я поступила в ВШЭ в 2012 году, — рассказала мне Алеся Мароховская, журналистка «Важных историй», выпускница ВШЭ 2016 года. — Идти в МГУ не хотела, на тот момент Вышка уже забрала лучших преподов себе, и подход к обучению там был более практический. Я была счастлива и горда тем, что учусь в Вышке. В свободном и честном вузе. На первых курсах никаких ограничений в выборе тем для домашних заданий или проектов не было.
Примерно в эти годы факультет стал моей мечтой. Я заканчивал пятый класс в школе в Ростове-на-Дону, смотрел интервью с преподавателями, читал их тексты и ждал, что однажды тоже стану студентом Высшей школы экономики. Особенно когда я видел, что выпускники работают в «Новой», как когда-то Алеся, или на «Дожде», как другая студентка Вышки Мария Борзунова.
— Я поступала в Вышку в 2012 году. В МГУ, мне казалось, был очень
формальный такой подход, — вспоминает Борзунова. — На вступительном испытании в Вышке меня спрашивали действительно о новостях, общественно-значимых событиях. О том, как бы я о них рассказала, о том, какие СМИ я читаю, почему я их читаю. И потом, во время учебы, я не сталкивалась с ограничениями по темам: помню, что нам надо было снять документалку — я, например, снимала про «Болотное дело» вместе со своей однокурсницей. И никаких проблем с этим не было.
Студенты первых выпусков рассказали мне, как преподаватели в 2012 году раздавали флаеры-приглашения на Болотную и свободно обсуждали со студентами политические темы.
Однако в 2014 году ситуация начала меняться: Ярослав Кузьминов, на тот момент ректор ВШЭ, убрал Анну Качкаеву с поста декана якобы из-за реформы университета:
в 2015 «Медиакоммуникации» были трансформированы в Факультет коммуникаций, медиа и дизайна. Качкаева осталась в ВШЭ простым преподавателем.
— Анну Качкаеву недолюбливали в Администрации президента, потому что она с «Радио Свобода» и из либерального журналистского крыла. А тут она руководит гигантской академической программой. Я так понимаю, что перед Кузьминовым поставили условие: либо закрываешь факультет, либо снимаешь Качкаеву, — рассказала «Новой газете Европа» одна из преподавательниц факультета.
Теперь департамент медиа возглавил осторожно-либеральный Илья Кирия, а деканом всего факультета был назначен Андрей Быстрицкий — бывший сотрудник ВГТРК. Объясняя новое назначение, ректор Кузьминов рассказал «Газете.Ру», что Быстрицкий из всех профессоров ВШЭ «имеет наибольший опыт координации больших проектов и взаимодействий на политическом уровне».
— Будет некорректно сказать, что факультет тут же превратили в оплот пропаганды и любви к «Первому каналу», — вспоминает бывшая преподавательница вуза. — По сути, «медиаком» при Быстрицком стал «дойной коровой» Вышки: открыли очень много мест для платных студентов, взвинтили цены, практически не учитывая размер зданий и количество преподавателей.
Друг познается в медиа
С пришествием на факультет Быстрицкого туда начали брать в преподаватели журналистов-пенсионеров. Источник «Новой газеты Европа» утверждает, что их приводили ректоры и проректоры вуза для улучшения репутации университета в глазах Администрации президента. При этом прежних преподавателей со свободными взглядами стали потихоньку из вуза вытеснять.
— Я знаю Быстрицкого лет 30, мы познакомились, когда он был страшно либеральным чуваком, — вспоминает журналистка Ольга Романова, бывшая преподавательница ВШЭ. — Но в начале 2000-х он занимался прямыми эфирами с Путиным и постепенно превращался в держиморду. Когда в 2015 году пришел Быстрицкий, меня начали выдавливать из университета. Осенью просто отменили подписанный на год контракт даже после того, как я начала читать лекции. Это была классика: просто отключили электронные пропуска. Я подала в суд, они еще год меня потерпели, и я доработала по этому контракту.
— Для меня переломный момент — это смещение Анны Григорьевны Качкаевой с должности декана. Убрали человека, который всё это строил, и поставили посмешище Быстрицкого, который Валдайские клубы устраивал, — вспоминает Алеся Мароховская о факультете того времени. — Сразу сменилась тональность всего. И та Вышка, в которую я поступала, исчезла. Ее больше не стало. Это очень горько. Но по-другому не могло быть, не могла она оставаться такой же, когда всё вокруг мрачно менялось. Быстрицкий, которому на этот факультет, судя по всему, было плевать, появлялся редко, а когда появлялся — порол какую-то чушь. В общем, уже тогда стало понятно, что давление началось. Когда в 2016 году я поступила в магистратуру на «Журналистику данных», которую тогда возглавляла Мария Пильгун, она делала всё, чтобы оставаться в рамках удобного провластного курса. Там под запретом были некоторые темы и выбор научных руководителей — например, Елены Панфиловой. И всё больше появлялось просьб в духе «сделайте проекты для чудесного Минкульта».
— Мы замечали, что всё идет куда-то не туда, — говорит Мария Борзунова. — Некоторые преподаватели тогда открыто говорили: «Вам очень повезло, что вы выпускаетесь сейчас и не застанете Вышку, в которую ее превращают люди, назначившие Быстрицкого». Ну, было понятно, что будет хуже, — добавила Мария Борзунова.
Одним из новых преподавателей Вышки стал Сергей Корзун, основатель «Эха Москвы» и первый главный редактор радиостанции. Он возглавил программу «Журналистика».
С именем Корзуна связан один из самых громких политических скандалов в истории Вышки.
Сергей Корзун был руководителем ток-шоу «В точку! Персона», которое выходило на YouTube: студенты приглашали медийных спикеров и брали у них интервью. Участники шоу вспоминают, что обычно они сами выбирали всех гостей. Всех — кроме одного. В 2018 году гостем передачи стал Дмитрий Песков. Его пригласила администрация вуза.
— Песков довольно сильно опоздал. Все желающие, кто учился на факультете, могли задать свой вопрос. Ну и, в общем, часа полтора-два это все продолжалось, — вспоминает Егор Бульчук, который был ведущим выпуска с Песковым.
Во время ток-шоу пресс-секретарь президента ответил на вопросы о своем отношении к Навальному и об обвинениях сенатора Слуцкого в домогательствах к журналисткам.
Песков отвечал под запись, но под конец программы выяснилось, что гость против публикации своих слов.
В итоге сотрудники университета удалили видеозапись, а Сергей Корзун организовал встречу со студентами, чтобы разобрать ситуацию. На собрании преподаватель заявил, что не знал, с кем конкретно будет встреча, он знал лишь о визите «важного человека». Кроме того, Корзун сказал, что это было закрытое мероприятие — именно поэтому университет не мог выпустить в свет запись.
Позже преподаватели опубликовали письмо с извинениями перед студентами.
А Сергея Корзуна убрали с поста руководителя программы в 2019 году, когда студенческое шоу «В точку! Персона» закрыли за день до участия в нем Любови Соболь.
Кажется, незаметно для самого вуза цензура, немыслимая при создании факультета медиакоммуникаций, пропитала всё его существование. Об одном из симптоматичных прецедентов мне рассказал бывший глава новостного отдела студенческого медиа The Vyshka Олег Ян.
— 11 апреля 2019 года в питерском общежитии ВШЭ произошел пожар. Мы с коллегами опросили свидетелей, и они сказали, что пожарные выходы были закрыты, а сигнализация не работала. Мы опубликовали заметку об этом. На следующий день проректорка Валерия Касамара позвонила главной редакторке Свете Киселевой и попросила ее приехать в вуз. Она наехала на Свету, что мы публикуем информацию, позорящую университет. Материал мы не удалили. Через два-три дня меня и Свету позвал к себе проректор по безопасности Евгений Артемов и еще раз отчитал нас за текст: сказал, что мы не имеем права публиковать такую информацию.
Увольте!
В 2021-м Вышка начала сокращать штат преподавателей из оппозиционных медиа. Самыми яркими стали увольнения шеф-редактора «Новой газеты» Сергея Соколова и главного редактора «Медиазоны» Сергея Смирнова.
— Я раньше преподавал расследовательскую журналистику в нескольких местах, но потом расхотел вообще этим заниматься, — поделился Соколов. — Мне было неинтересно работать со студентами, у которых в глазах одно пиво и никакого другого желания. А в ВШЭ мне было приятно работать, потому что студенты кардинально отличались от других. Я был приглашенным преподавателем расследовательской журналистики. Каждый год мы подписывали новый договор, а два года назад мне просто не позвонили и не продлили контракт. Я помню, меня удивило, что студенты не протестуют из-за исчезновения курсов и увольнения преподавателей.
С Сергеем Смирновым случилась очень похожая история:
— На очередном совещании подразделения академический руководитель программы просто не представил курс Смирнова как утвержденный. Позже нам неформально было сказано, что сотрудничество с Сергеем невозможно из-за того, что он отсидел 15 суток в Сахарово, — рассказал мне один из сотрудников университета.
Действительно, в 2021 году Сергей Смирнов отсидел 15 суток в спецприемнике Сахарово за ретвит, в котором была указана дата митинга в поддержку Алексея Навального. Сам Смирнов рассказал «Новой-Европа», что ничего не знает о мотивах своего увольнения из ВШЭ. По его словам, временный контракт с университетом закончился, поэтому он решил уйти.
Эти закрытия курсов и увольнения преподавателей меня пугали и расстраивали. До моего поступления оставался год, а людей, у которых я мечтал учиться, становилось всё меньше. Но выпускники Вышки работали в лучших независимых медиа страны, поэтому я закрывал глаза на многие странные вещи, творящиеся на факультете.
Ошибки менеджера
В 2021-м, когда я, наконец, поступил на факультет, я понял, что всё хуже, чем казалось извне. Причем дело было не в цензуре — фактически ее не было на факультете, все свободно выбирали темы для проектов. Дело было в студентах, которые либо хотели поскорее выпуститься и уйти из журналистики, либо работать на «Первом» или «объективном РБК», как они его называли. Это были совсем не те сокурсники, которых я ожидал встретить в Вышке.
— Они готовят пропагандистов, а не журналистов, — подтвердила мои сомнения Ольга Романова. — Это было видно на вступительных испытаниях. Если раньше шли школьники, которые хотели в худшем случае стать Андреем Колесниковым из «Коммерсанта», то с года 2014 было не из чего выбирать.
В сентябре мы писали первые тексты и учились брать интервью. Тогда я сдал преподавателю по текстам Владимиру Гурьянову небольшой материал о работе «Новой газеты». Он сказал, что текст неплохой, а я похож на будущего «типичного оппозиционного журналиста». Тогда я счел это за комплимент.
Но всё же на факультете были и преподаватели, которые по-настоящему хвалили меня и мое стремление попасть в независимое издание. Одна доцентка пригласила меня работать ассистентом и помогать с исследованиями. Я продолжал закрывать глаза на «минусы»: одногруппники особо не стремились стать журналистами, а все навыки, которым нас учили в университете, можно было получить в любой редакции за пару месяцев.
За год обучения на факультете я понял, что в Вышке сложилась традиция: попадаешь в медийный скандал — теряешь должность.
В декабре 2021 года студентка ВШЭ и экс-редакторка студенческого журнала DOXA Татьяна Колобакина опубликовала на своей странице в фейсбуке пост:
«ВШЭ запретила проходить практику в ИП и — бинго! — «иноагентах»».
7 декабря уже и «Новая газета» со ссылкой на студентов вуза опубликовала выдержку из внутреннего университетского письма, в котором говорилось, что в таких организациях Вышка практику «не может оформлять».
Накануне нового 2022 года в должности руководителя департамента медиа был утвержден тогдашний советник ректора вуза Олег Солодухин, который сменил на этой позиции Илью Кирию. На сайте вуза указано, что Солодухин также работает вице-президентом ЗАО «КРОС» по реализации государственных контрактов. В числе проектов, прошедших под его началом, — кампании по пропаганде Всероссийской переписи населения, добровольного донорства, реализации федеральной целевой программы «Развитие массовой физической культуры и спорта», повышения явки на выборах, пенсионной реформы.
Солодухин известен тем, что в 2019 году, будучи советником ректора, отказал студенческому журналу DOXA в участии в Дне Вышки из-за скандала с письмами политзаключенным. День Вышки — ежегодное мероприятие, на котором представлены все образовательные программы и студенческие организации университета. DOXA опубликовала новость о том, что на мероприятии будет собирать письма политзаключенным. Тогда Солодухин позвонил Армену Арамяну, редактору журнала, и в грубой форме потребовал отменить сбор писем. Накануне мероприятия Солодухин сообщил редакции, что журнал не будет представлен на Дне Вышки. Тогда несколько студенческих организаций поддержали DOXA, а студенческое приложение HSE App поставило в хайлайты #МыТожеDOXA.
Позже Солодухин стал одним из участников заседания о лишении журнала DOXA статуса студенческой организации, на котором заявил, что это необходимо было сделать «ради спасения репутации Вышки».
Бывший сотрудник аппарата ректора Иван Чернявский рассказал, что именно Олег Солодухин стал инициатором закрытия студенческих медиа.
— С 2020 года в Вышке официально нет студенческих медиа, Олег стал тем человеком, кто взял на себя роль проводника решения убрать студенческие медиа из положения о студорганизациях. Это де-юре только лишало их поддержки университета, де-факто — маргинализировало и выводило за скобки университетской жизни, частью которой они до этого являлись, — рассказал Чернявский.
Преподаватели и сотрудники факультета рассказали «Новой газете Европа», что Солодухин был технической фигурой, его задачей было придержать кресло главы департамента до конца учебного года, когда ожидалось назначение Эрнеста Мацкявичюса.
За «пока» бьют бока
После вторжения России в Украину на факультете повисла тишина. Даже на занятиях, на которых мы обсуждали новости, сводки Минобороны никто не вспоминал: мы обсуждали другие темы. Об этом не было запрещено говорить, и коллектив преподавателей даже хотел написать студентам-журналистам почтовую рассылку о войне, но, видимо, преподы так и не договорились, что именно в нее нужно включить и безопасно ли это. Проекты студентов моего курса были на отвлеченные темы, и войну никто не пытался затрагивать. Отличилась только преподавательница Наталья Стельмак, шеф-редактор «Первого канала».
На одном из занятий она заявила, что убийство мирных граждан в Буче — неоднозначное событие.
Стельмак рассказала студентам, что трупы на видео из покинутого российскими войсками города движутся. Затем она сравнила убийства с новостью о посадке самолета в поле в 2019 году: по мнению Стельмак, это очень странно, что фермеры сумели записать этот момент на видео, а из оккупированной Бучи подобных кадров не было.
В конце прошлого учебного года на должность руководителя департамента медиа действительно назначили Эрнеста Мацкявичюса, ведущего «Вестей» на канале «Россия». В этот же день Светлана Сорокина, теле- и радиоведущая, режиссер, бывший член Совета по правам человека при Президенте РФ, объявила о своем уходе с факультета: «Мацкявичюс теперь будет руководить департаментом медиа! Вспомнился старый анекдот, который заканчивается словами: да, не таким представлял себе Карабас-Барабас свой театр… Впрочем, это представление я уже посмотрю со стороны», — написала Сорокина в своем фейсбуке.
Я понял, что если сейчас ничего не предпринять, то факультету, на который я поступал, — конец. На следующий день перед началом пары я прошелся по корпусу департамента и расклеил объявления о сборе подписей за отставку Мацкявичюса. Когда пара закончилась, бумажек на стенах уже не было. Я понимал, что примерно так и будет, и заранее сфотографировал каждое объявление. Тогда я быстро разослал фотографии своим знакомым из разных медиа.
И вот в день сбора подписей я приехал на факультет, зашел внутрь, поздоровался с охранником и пошел в сторону столовой. Но тут охранник прошептал в трубку: «Он здесь».
Ко мне подошел сотрудник вуза, имя которого до сих пор остается неизвестным, и попросил выйти из университета.
«Нельзя заниматься политической деятельностью в университете», — сказал мне мужчина. «Я просто спрашиваю мнение студентов», — попытался возразить я. В итоге он пригрозил вызвать ЧОП и остановить занятия на факультете, и я вышел из здания. Но далеко не ушел. Я встретил своих подруг и вместе с ними собирал подписи на лавочке возле университета. К нам подошел только что смещенный с должности Олег Солодухин, который сообщил нам, что «ничего не получится». «Давид, вы же делаете это, чтобы вас заметили европейские вузы. Почему студенты должны выбирать руководителя? Вы же подставляете подписавшихся», — эти и другие его фразы я старался игнорировать. За шесть часов мы собрали 170 подписей, причем большая часть из них принадлежала выпускникам. А всего на департаменте учится около 2000 человек.
По правилам Вышки, на любое обращение студента университет должен ответить в течение месяца. Спустя 30 дней мне пришло письмо, в котором говорилось, что «работники университета строят свою деятельность исходя из интересов российского общества и государства» и именно поэтому руководитель департамента медиа «назначен в соответствии с компетенцией, предоставленной НИУ ВШЭ законодательством РФ в интересах университета и его обучающихся». Дочитав письмо, я увидел подпись Олега Солодухина, теперь уже советника ректора. Я забрал документы на следующий день и позже отправил заявление на отчисление. Однако на мое письмо учебный офис ответил, что меня уже отчислили за «нарушение порядка приема в НИУ ВШЭ, повлекшего по вине обучающегося его незаконное зачисление». До этого о моем отчислении меня не информировали.
В четырех голых стенах
Анна Качкаева, все эти годы остававшаяся преподавательницей на созданном ею же факультете, на своей странице в фейсбуке написала, что с 31 марта больше не работает в университете «по соглашению сторон». «Других комментариев не будет», — добавила она. Однако преподаватели сообщили «Новой газете Европа», что Качкаеву пригласило руководство факультета и попросило уйти.
Оксана Силантьева, которая когда-то принесла на факультет практические занятия, вернулась в Вышку в 2021 году. Однако после прихода Мацкявичуса и она не захотела продолжать работу в университете.
— Большинство людей, с кем мы это всё строили, постепенно уходили, уходили и уходили. Мой посыл не в том, чтобы работать конкретно в ВШЭ. Я точно так же сейчас читаю курс в ИТМО, УрФУ, СПбГУ. То есть я работаю с людьми, а не с названиями университетов. Если есть здравые люди, с кем я готова партнериться, — я делаю это с удовольствием. А если таких людей не остается — неважно, какая вывеска висит на здании, — мне там делать нечего, — объяснила Оксана.
Недавно департамент снова поменял название: теперь это Институт медиа. Олег Солодухин теперь ведет курс «Пропаганда: теория, история, методы, практики», на котором учит четверокурсников «технологии строительства собственных пропагандистских схем и структур».
27 ноября учебный офис разослал студентам приглашение на мастер-класс от военкора ВГТРК Александра Сладкова. В рассылке от Вышки говорится, что журналист «Награжден двумя орденами Мужества, орденом Почета, орденом Дружбы и другими государственными наградами».
Кроме главы, на факультете появились и другие популярные пропагандисты. Например, ведущий RT Константин Придыбайло. Он обучает будущих журналистов технике речи. По словам студентов, на одном из первых занятий Придыбайло объяснял правила артикуляции на примере орального секса. Студентам такое не понравилось, они написали жалобу в учебный офис. Работая над этим материалом, я написал Константину, и он коротко прокомментировал ситуацию: «Иногда проблема не в шутке, а в восприятии. А еще иногда банан — это просто банан».
И всё же тогда Придыбайло решил «помириться» с учащимися: он организовал им экскурсию на RT, а некоторым предложил стажировки.
Два сотрудника департамента медиа рассказали «Новой газете Европа», что с 2022 года отдел кадров, который теперь в шутку называют «первым отделом», проверяет социальные сети и позицию потенциальных преподавателей, чтобы не допустить неблагонадежных журналистов на работу.
Здание Института медиа c 2014 года украшали газеты «Коммерсант» с известными заголовками: например, «Россия выходит из себя». Однако в сентябре 2022 стены факультета опустели. Татьяна Тихомирова, академический руководитель программы «Журналистика», на встрече со студентами рассказала, что плакаты исчезли, потому что договор аренды закончился, и их нужно было вернуть в Издательский дом. «Новая газета Европа» связалась с несколькими сотрудниками «Коммерсанта», они эту информацию не подтвердили.
— Изначально это была выставка первых полос на журфаке МГУ, достаточно давно — то ли в 2013, то ли в 2014 году. Потом она закончилась, и Вышка попросила их себе. ИД был не против, их забрали. Никаких формальных бумажных договоров, кажется, не было: просто устная договоренность. С тех пор эти первые полосы там висели. Сейчас нам Вышка сказала, что полосы сняли, потому что нужно делать ремонт. Каких-то других объяснений, насколько мне известно, не было, — рассказал источник в Издательском доме.