Оригинал материала
"Кто хочет отдать своих детей? Но надо". Баталхаджинцы идут на войну
Баталхаджинцы – одна из северокавказских мусульманских общин, придерживающихся суфизма, мистического направления ислама. Они были одним из самых богатых, влиятельных и закрытых братств Ингушетии. Двое потомков основателя общины заседали в парламенте республики. В то же время членов братства обвиняли в криминальной деятельности – торговле дальневосточным золотом, угоне автомобилей, хищениях, убийствах.
В последние годы баталхаджинцев стали массово преследовать силовики. По словам членов братства и правозащитников, это сопровождается нарушениями закона, баталхаджинцам подбрасывают оружие, их подвергают пыткам. За защитой баталхаджинцы обратились к главе Чечни Рамзану Кадырову, с которым у них были давние связи. Кадыров вступился за них, записав специальное видео с членом общины Ахмедом Белхороевым, но взамен баталхаджинцы обещали доказать лояльность, отправив через чеченские структуры бойцов на войну в Украине.
Этому посвящен фильм Владимира Севриновского "Баталхаджинцы идут на войну" документального проекта Радио Свобода "Признаки жизни".
Яхья Белхороев, внук основателя братства Батал-Хаджи Белхороева
– После выступления Рамзана Ахматовича [Кадырова] группа ребят записались на подготовку для прохождения службы добровольцами в зоне спецоперации.
– То есть они вынуждены, поскольку их вытеснили из Ингушетии и они оказались под защитой главы Чечни, массово записываться на спецоперацию?
Привязали к стулу и били током. Как он рассказывал, очень неприятная процедура
– Это одна сторона. Другая сторона – молодые люди говорят: мы граждане нашей страны, если наше государство вступило в какой-то конфликт, мы не будем наблюдателями со стороны, можем тоже участвовать, имеем право. Мой дед Батал-хаджи Белхороев был проповедником суфизма, создал вирд (суфийское братство. – Прим.) под собственным именем, Батал-хаджи.
В 2012–13 году начала поступать информация, что [за общину] взялись серьезные органы. В 2015 году начались обыски в домовладениях моих братьев. У меня в домовладении было четыре, кажется, обыска, у [моего] старшего брата Мустафы буквально месяц назад был седьмой обыск. Расчертили какие-то схемы, приделали [общине] крылья боевые, ответвления, каждому придумали преступную какую-то деятельность – или боевик, [или] если связан с предпринимательством, то финансист терроризма.
Мустафу Белхороева, руководителя Счетной палаты Ингушетии, после четвертого обыска забрали в здание ФСБ. Как он сам рассказывал, проводили пытки, издевались, психологическое давление оказывали, сказали, что с детьми расправятся его. Привязали к стулу и били током. Как он рассказывал, очень неприятная процедура. Это все делалось в здании ФСБ Республики Ингушетия. Заставляли подписывать какие-то бумаги, чтобы брат оговорил других людей.
На фоне этого безобразия единственный человек, кто заступился, – глава Чеченской Республики, Герой России, генерал-полковник, защитник верующих Рамзан Ахматович Кадыров.
Ислам Картоев, бывший член братства баталхаджинцев, покинувший общину
Ахмеду плевать, сто человек там умрет, тысяча умрет, для него это стадо баранов
– Моя теща свою дочку домой не пускает из-за того, что мы выдали дочку за ингуша. Увидела свою дочку, которая во двор заходит, она говорит: "Что ты сюда приехала? Тут тебе мы не рады".
Насколько я слышал, договор такой был: в районе ста человек отправить на спецоперацию, из-за этого Кадыров их прикроет. Ахмеду [Белхороеву] плевать, сто человек там умрет, тысяча умрет, для него это стадо баранов.
Бахрум Тачиев, член общины
– Все говорят: они не хотят на войну. Сплетни все. В республике у нас нигде нет справедливости. Я думаю, если я туда [на войну] отправлюсь, все поймут, что мы защищаем родину, Россию, все поймут, кто мы такие. Мы обращались к соседним республикам, Чечне, Рамзану Ахматовичу Кадырову, Герою России. Он помогал нам.
Мать Тачиева
Кто хочет отдать своих детей? Но все равно надо
– Что нам прикажет верхний – на войну, в армию, что скажет верхний, все [так и] хотят делать. Мы приказываем детям, чтобы они слушали начальство, кто бы им ни был. Конечно, тревожно, но что надо – надо делать. Кто хочет отдать своих детей? Но все равно надо. Раньше тоже так было.
Как нас высылали [во время депортации чеченцев и ингушей] – это я помню. Мои два брата работали, нам по норме давали хлеб. Мы покушали, а мама оставила двум братьям, когда они с работы придут. Возле печки повесили хлеб, там стояла койка, а старшая моя сестра, – потом мы узнали, – этот хлеб вытаскивала и забиралась под койку, там кушала. Не было, что кушать.
Моя старшая сестра говорила матери: "Всегда мне барахло надевай, никогда у меня нового платья не будет". Когда она умерла, мать вспоминала и плакала.
Когда мне было 9 лет, я уже в очереди ходила, в полночь вставали, выходили в очередь за хлебом и за мукой, у меня руки мерзли. Там зима очень холодной была, и топить нечем было, даже за коровьим [навозом] ходили женщины, высушивали и топили им.
Старшие две сестры умирали от тифа, в больнице лежали, к ним не пускали даже мать и нас. Сестра кричала маме: "Выключи свет". Врачи не выключали. Она отворачивалась и лежала. Вот так мы жили.
- По разным оценкам, в братство баталхаджинцев входит около 20 тысяч человек. Они считают себя последователями ингушского шейха Батал-Хаджи Белхороева, жившего на рубеже XIX–XX веков. В Ингушетии баталхаджинцы занимают серьезные позиции в политике и бизнесе. Семья Белхороевых известна дружескими связями с руководством Чечни. Нередки случаи, когда желающие разорвать связь с сообществом преследуются.
- 17 ноября один из лидеров братства баталхаджинцев Якуб Белхороев был приговорен к девяти годам тюрьмы: суд признал его виновным в растрате бюджетных денег на посту главы отделения Фонда социального страхования, а также в незаконном хранении оружия. После ареста Якуба Белхороева в 2020 году еще 12 членам братства были предъявлены обвинения в терроризме.
Кавказ.Реалии в Телеграме Читать 
Приложение Кавказ.Реалии для вашего смартфона Установить