Крышка «третьей корзине»

Грядущая ликвидация МХГ – печальный, но закономерный итог отношения к правам человека в РФ

О Московской Хельсинской группе (МХГ) долго рассказывать не надо — все, кто так или иначе был или остается связан с защитой прав человека в России, о ней знают. Это старейшая в стране правозащитная организация, созданная в 1976 году, заявившая о самороспуске в 1982-м после посадки восьмерых ее членов и вынужденной эмиграции еще шестерых, а спустя еще 40 лет ликвидируемая теперь по иску управления Минюста, инициированному Прокуратурой г. Москвы.

1 августа 1975 года в Хельсинки главы 35 государств, включая СССР, подписали заключительный акт Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе, посвященный в основном нерушимости границ, сотрудничеству в области экономики и укреплению доверия в военной сфере. Была там и так называемая третья корзина, в соответствии с содержанием которой страны-подписанты брали на себя обязательства по соблюдению прав и свобод человека, включая право на свободу слова, совести и передвижения.

Понятно, что СССР в области прав человека был впереди планеты всей, третья корзина советским вождям совсем не нравилась, но содержание первых двух для них, уже осведомленных об экономическом отставании от западных стран, было столь важно, что решили: пусть будет, как-нибудь отбрехаемся.

Но коварные советские диссиденты, объединенные идеей прав и свобод человека, уцепились за третью корзину и стали апеллировать к международному сообществу, указывая на политические репрессии и запрет на свободный выезд из самой свободной на свете страны. В частности, МХГ, созданная по инициативе физика Юрия Орлова, собирала такие факты и сообщала о них не только на Запад, но и внутри страны в самиздатской «Хронике текущих событий», которую перепечатывала дома на машинке Людмила Михайловна Алексеева («Эрика» берет четыре копии» — пел об этом Александр Галич).

Людмила Алексеева вернулась в Москву из США, куда была вынуждена эмигрировать и где написала книгу об истории инакомыслия в СССР, в 1993 году и возглавила возрожденную в 1989 году МХГ, куда вошли как бывшие советские диссиденты, так и правозащитники следующих поколений, а в целом самый отборный народ.

Приключений, включая задержание в образе снегурочки 31 декабря 2009 года, а также обвинение в подбрасывании радиокамня к посольству Великобритании, на ее долю выпало еще немало, но в день 90-летия Людмилы Алексеевой 20 июля 2017 года Владимир Путин приехал с букетом цветов в ее арбатскую квартиру — большая, несколько сентиментальная фотография этой встречи висела в кабинете председателя СПЧ в бытность таковым Михаила Федотова. На всех встречах президента с СПЧ она получала слово и говорила самые резкие вещи, а в день похорон Людмилы Михайловны в декабре 2018 года он приехал почтить ее память в Дом журналистов, где проходила траурная церемония.

Но с тех пор времена изменились, Россия вышла из Совета Европы, снова заявив, что именно здесь народу дарованы настоящие права и свободы, а ихние европейские используются исключительно как предлог для нарушения суверенитета РФ.

До поры — до времени память о Людмиле Михайловне гарантировала МХГ как бы известный иммунитет, и она даже не была объявлена «иностранным агентом», хотя в сентябре 2012 года Алексеева подписала совместное с другими правозащитными НКО заявление об отказе выполнять соответствующий закон, назвав его антиправовым, и МХГ вошла в состав заявителей по вопросу о нарушении прав и свобод «иностранных агентов», проигранному Россией в ЕСПЧ, увы, уже только летом текущего года.

Но сколько же можно твердить, что права человека едины во всем мире и выше интересов национальных государств? Снаряды ложились рядом, срок охранной грамоты, видимо, истек, а президент в очередной раз скажет, что суды в России независимы и никто не вправе вмешиваться в их деятельность. Впрочем, некому уже и спросить.

Разбирать юридические претензии к МХГ, возникшие в ходе внеплановой проверки ее деятельности управлением юстиции, бессмысленно: сегодня те, в чьих руках закон, как дубина, могут ликвидировать что угодно и за что угодно. Основные факты, которые вдруг накопала внеплановая проверка, состоят в том, что МХГ, являясь региональной организацией, зарегистрированной в Москве, реализовала свою деятельность, например, направляя своих наблюдателей в суды Подмосковья (по делу Александра Шестуна), проводила конференции в СПб и в Сочи. Юристы МХГ станут доказывать, что участие членов группы (например, адвокатов Каринны Москаленко и Генри Резника) в мероприятиях, организованных на базе других региональных НКО, не тождественно их организации самой МХГ, но мы понимаем, что Мосгорсуд придумает, как обойти этот довод.

«Третья корзина» снова закрыта — на этот раз, кажется, вместе с первыми двумя.