Оригинал материала
В годовщину депортации калмыцкого народа в республике не упоминают виновных в репрессиях
В Калмыкии прошли мероприятия, посвященные 79-й годовщине депортации калмыцкого народа. Их участники, а также официальные лица республики, опубликовавшие приуроченные к памятной дате заявления, говорят о перенесенных калмыцким народом страданиях, но избегают упоминания о виновных в репрессиях.
Глава Калмыкии Бату Хасиков в своем телеграм-канале отметил, что депортация "коснулась" каждой калмыцкой семьи, упоминает "годы лишений и боль незаслуженной ссылки".
Председатель Народного хурала Калмыкии Анатолий Козачко в опубликованном на сайте парламента обращении назвал депортацию "бедой", которая "затронула каждый дом, каждую семью, сломала судьбы сотням тысяч людей нашей большой страны", о репрессиях он говорит, что они "были проведены". Также он упоминает "безвинных жертв" "незаслуженного наказания", не уточняя, о чьих жертвах идет речь и кто принимал и исполнял решение об этом наказании.
Председатель регионального правительства Гиляна Босхомджиева в своем обращении делает акцент не на самой депортации, которую она назвала "трагедией" и "печальной страницей в истории", а на стойкости людей, которая помогла им пережить "трудности суровой жизни".
Государственный Музей истории ГУЛАГа в Москве в анонсе вечера памяти в своем телеграм-канале называет нормативные документы, на основании которых проводилась депортация, но не наименования выпустивших их советских органов власти. В тексте анонса упомянуто, что калмыцкий народ "оказался оторван от родной земли", а "следствием депортации стала гибель от трети до половины" калмыков.
Вместе с тем в опубликованной "МК-Калмыкия" заметке названы Президиум Верховного совета СССР, выпустивший указ о депортации, и войска НКВД, проводившие ее.
В Элисте у мемориального комплекса "Исход и возвращение" прошел памятный митинг. В репортаже о нем, опубликованном Бату Хасиковым, виновные в репрессиях также не упомянуты. Выступая на митинге, Хасиков причислил жителей Казахстана, куда высылали депортированных калмыков, к "российскому народу": он отметил, что жертвы депортации смогли выжить, "опираясь на поддержку нашего российского многонационального народа… и в Сибири, и в Казахстане".
Председатель совета ветеранов войны, труда и правоохранительных органов Калмыкии Борис Шевкиев в своем выступлении на митинге процитировал стихотворение советского чеченского поэта Мусы Гешаева, которое начинается строкой "Не дай вам Бог узнать всю правду".
- Депортация калмыков в рамках спецоперации НКВД "Улусы" проводилась по приказу Сталина. 27 декабря 1943 года президиум Верховного совета СССР издал указ "О ликвидации Калмыцкой АССР и образовании Астраханской области в составе РСФСР". 28 декабря вышло постановление за подписью В.М. Молотова о ликвидации Калмыцкой АССР и о выселении калмыков в Сибирь и Центральную Азию. 14 ноября 1989 года Верховный Совет СССР признал депортацию калмыков и других репрессированных народов СССР "варварской акцией сталинского режима". В Законе РСФСР от 26 апреля 1991 г. "О реабилитации репрессированных народов" о репрессированных народах сказано, что они "подверглись геноциду".
- 28-29 декабря 1943 года людей согнали со всех районов Калмыкии к железнодорожным станциям, где грузили их в вагоны. Всего было сформировано 46 эшелонов, которыми вывезли более 93 тысяч человек (26 тысяч семей). Выселяли калмыков в Алтайский и Красноярский края, Омскую и Новосибирскую области. С момента депортации и до апреля 1946 года значились 14 343 умерших калмыцких поселенца. По разным данным, из 97-98 тысяч депортированных калмыков в ссылке с 1943 по 1950 годы умерло более 40 тысяч человек.
- В 2015 году в программе Радио Свобода председатель правления общества "Мемориал" Арсений Рогинский (1946 – 2017) говорил: "Для основной массы населения, которое знает террор и готово чтить жертв террора, вопрос об источнике и смысле этого террора скрыт. Они считают, что это что-то вроде средневековой чумы: жили мы, жили, а потом на нас накатил ужасный террор, и всех поубивали – ох, как плохо… А потом это куда-то делось, и мы опять живем. Когда люди поймут, что это был государственный террор, что террор был неотъемлемой частью всей структуры этого режима, что без террора этот режим не прожил бы и года, – только тогда наступает какое-то начало понимания, и только в этом понимании есть надежда на то, что память о прошлом станет залогом отсутствия чего-то в будущем".
Кавказ.Реалии в Телеграме Читать 
Приложение Кавказ.Реалии для вашего смартфона Установить