"Мы видели Европу через Финляндию". Зачем бывшей учительнице финский театр

В декабре 2022 года 62-летняя Ольга Миловидова из Петербурга уволилась из 204-й школы, в которой она три десятилетия преподавала финский язык. Говорит, что с началом войны работать там становилось все сложнее: "Власть от школы и от меня лично отрезала по кусочку". Теперь Миловидова открывает в Петербурге финский театр, потому что верит: "и иностранные языки, и театры сейчас особенно нужны молодым людям в России".

"Я не пошла на сделку совестью"

Она вспоминает как в марте в школе с углубленным преподаванием иностранных языков созвали первый после войны педагогический совет.

– Я думала так: война всегда остается войной, как ее ни называй. И я была уверена, что так думают все мои коллеги. Потому что в результате нее гибнут в том числе и мирные жители. Мой коллега, молодой педагог, который совсем недавно пришел в школу, удивился моей позиции и сказал: "Как вы можете так думать?" Он даже слово "так" выделил голосом, – рассказывает Ольга Миловидова – А что, есть стандарт, как можно думать, а как нельзя? Свою позицию он начал со слов "есть мнение". А чье это мнение? Есть мое мнение, есть ваше мнение, и мы можем обсудить позиции друг друга. А есть, оказывается, просто чье-то мнение, и оно вдруг стало очень значимым.

Я очень хорошо помню эту риторику в советское время, которое теперь можно смело назвать мирным. И вторая его фраза: "Мы, учителя, государевы дети". Каково?! Учителя, оказывается, дети несмышленые, которым государь дает ориентиры. Меня удивляет эта путаница: понятие "родина" постоянно объединяют с понятием "государство". Государство – это вертикаль власти, которая свое видение навязывает сверху. И ничего общего с родиной у государства нет. То есть если государство заботится о стране и ее людях, как о родных! Родина, род, родители, народ, природа – однокоренные слова.

На тот момент она еще работала в школе, хотя "власть от школы и от меня лично отрезала по кусочку. Уже много отрезали, но если бы это отрезали за один раз, то я бы, наверное, умерла от боли". 21 декабря она все же из школы ушла.

– Почему я уволилась? Итог был вполне закономерный: постепенно разрушилась вся наша выстраданная-выстроенная картина мира. Школа в 2019 году отметила 30 лет преподавания финского языка. Причем мы были единственной школой, которая имела такой высокий статус – школы–побратима города Турку. И я предполагала, что дальше у нас начнется череда юбилеев, связанных с нашими достижениями. Например, 2023 год был бы годом начала нового голландского проекта – наша школа сотрудничала в области информационных технологий с лицеем Монтессори в городе Гаага. В 1993 году мы в 204-й школе впервые получили электронное письмо из лицея Монтессори, – рассказывает она. – Это было время ярких, важных для образования вещей. И когда теперь это все подвергается сомнению, а иностранные языки становятся неуместными, проектная деятельность свернутой, сотрудничество с городами и странами перестает быть частью нашей жизни – это просто смертельное разочарование. Причины моего ухода из школы – идеологические, я занимаюсь преподаванием финского языка, а в педагогические учреждения уже явно не вернусь. Решение уйти из школы, которой я отдала 33 года жизни, было тяжелым, но я не пошла на сделку совестью.

"Здесь еще много несдавшихся"

Многие несогласные с войной из ее региона эмигрировали в Финляндию. Ольга решила остаться в России: "потому что здесь семья и еще много несдавшихся".

Ее "финская история" началась еще в детстве: когда ей было 9 лет, в пионерском лагере "Космос" Всероссийского театрального общества детям предложили поиграть в фестиваль молодежи и студентов в Берлине, отряду, где Оля была председателем, досталась Финляндия.

– Мы все оделись в сине-белое, танцевали летку-енку, – вспоминает Миловидова. – А я попросила мою маму-филолога написать мне русскими буквами приветствие по-фински и прочитала его.

Ольга мечтала поступить после школы на шведское отделение филфака Ленинградского университета (ныне СПбГУ), но набор туда производился раз в два года, поэтому, посоветовавшись с мамой, поступила на финское, шведский язык, который хотела изучать, от Ольги не ушел – она его начала изучать на втором курсе. Финский Ольга невероятно полюбила, называет его "ребусом".

– Я всегда обожала математику, интеллектуальные задачи, так вот этот язык – одна из таких задач. Вот простейший пример. У нас есть с вами русский глагол "падать". Снег падает, нравы падают, яблоко падает на голову Ньютона, человек падает на поле боя. А по-фински это каждый раз будет другое слово, – говорит Ольга.

Потом она открыла для себя финскую поэзию, сама стихи на финском писала. Но с живыми финнами удалось советской студентке познакомиться лишь на третьем курсе, во время Олимпиады-80, с некоторыми из них она дружит до сих пор.

Окончила Ольга университет в 1982 году с красным дипломом, в Финляндии не была к тому времени еще ни разу, но на работу ее пригласили в Дом дружбы и мира с народами зарубежных стран.

– Мы видели Европу через Финляндию, моя работа в Доме дружбы – это были счастливейшие девять лет, впервые меня выпустили в Финляндию в 1984-м, – говорит Миловидова. – Но я с 1986 года стала вынашивать идею школы с углубленным изучением финского языка.

Ольга сидела в ленинградских библиотеках, архивах. Выяснила, что еще после революции в Ленинграде и огромной тогда Ленинградской области было около 200 школ, где дети учились на своем родном финском языке. Она заручилась поддержкой чиновников Управления народного образования, и в 1989 году школа №204 на Миллионной улице, в самом центре Петербурга, стала школой с углубленным изучением финского языка, а Ольга Миловидова в ней стала заместителем директора. Позже в Петербурге появились еще три таких школы.

"Финская" школа на Миллионной продержалась 10 лет, потом она стала школой с углубленным изучением иностранных языков и номер один в ней стал английский – тогда в Петербурге, как и во всей стране, начался курс на унификацию образования. Ольга же в 2002 году защитила кандидатскую диссертацию на финском языке в университете Ювяскюля на тему межкультурного взаимодействия в области образования, став первой иностранной аспиранткой, защитившейся на финском. Из школы к тому моменту ушла, но связи с ней не порывала. Ее пригласили в РГПУ имени Герцена, хотя диссертацию финскую не признали. И Ольга написала еще одну "Моделирование процесса обучения русскому языку как иностранному в русско-финском сетевом диалоге" в 2007-м – уже на базе отечественного университета, защитилась на русском. К 2014 году Миловидова снова вернулась в 204-ю школу.

– Время было очень интересное, проектное, – вспоминает она. – Постоянные культурные и образовательные обмены, интереснейшие выставки. Мы укрепляли связи с городом Турку – побратимом Петербурга, при Ассоциации международного сотрудничества создали Общество друзей Турку.

Но параллельно шли и другие процессы – поскольку любимая 204-я не была уже специализированной финской, уровень преподавания снизился. Стало меньше детей и в Центральном районе города – петербуржцы уезжали из расселенных коммуналок. К 2017 году часть старинного комплекса школьных зданий, выходящую на Мойку, 13, передали Следственному комитету для организации там кадетского корпуса. Возможно, что 204-я вообще бы перестала существовать, все бы занял кадетский корпус, но родители протестовали, писали письма.

В ноябре 2021 года Ольга Миловидова была удостоена высокой награды правительства Финляндии – Рыцарского ордена Льва Финляндии (Suomen Leijonan ritarikunnan kunniamerkki), но из-за пандемии коронавируса не смогла поехать в Хельсинки – орден вручали в Генеральном консульстве в Петербурге в январе 2022 года.

– Для меня 24 февраля стало гильотиной, – говорит Ольга. – Рухнули все планы, все сотрудничество. Финский Турку больше не побратим Петербурга, финский флаг, который всегда висел в школе, сняли. И страшные военные события продолжаются в Украине.

Еще в 2021 году Ольга в Театральной библиотеке нашла много пьес на финском языке и уже тогда думала над тем, как их можно поставить: у Миловидовой есть и диплом профессиональной актрисы, и опыт работы в театре "Инклюзион".

– Как будто само провидение снова направило меня. Еще до всех этих ужасных событий я начала думать о театре, тем более есть театральные технологии в той же Финляндии, когда актеры разучивают пьесу, не зная языка, обращая внимание зрителя не только на речь, но и на пластику, мимику, жесты. Мало кто помнит, но в Ленинграде до 1937 года существовал Государственный финский театр. Истребление национальных театров в советские 1930-е годы превратилось в общепринятую практику. Сегодня практически никто не изучает фонд финской драматургии – а это 402 текста, хранящиеся в отделе драматической цензуры Театральной библиотеки. Достаточно беглого просмотра, чтобы удивиться тому, каким многообразным и разносторонним был финский национальный театр в Российской империи и как драматично сложилась его судьба в СССР. Трудно поверить, но Финский драматический театр был государственным. Государство породило, государство же и убило. Вот такая печальная история, – рассказывает Ольга Миловидова. – Все театры, все языки должны проявляться и в образовании, и в культуре. Финский театр нужен всегда там, где "все флаги в гости к нам". В Петербурге уже был финский театр, и пусть он снова будет.

У ее проекта появилось имя – "Театральный мост", продюсер – Павел Смирнов, появилась возможность целенаправленно работать в отделе драматической цензуры Театральной библиотеки.

25 января, в Татьянин день, откроется студия-лаборатория Финского театра Петербурга. Уже нашлись актеры и студенты актерских вузов, некоторые знакомы с финским языком, некоторые – нет.

– С каждой минутой я понимаю, что все делаю правильно: 25 января мы открываем Лабораторию, 30 января играем первый спектакль в театре "Особняк" – на финском и русском языках. И это очень интересно и вдохновляющее.

На вопрос – не боятся ли энтузиасты проекта "Театральный мост" причисления к иноагентам – Миловидова ответила:

– Насчет "влияния": у нас три больших этноса: славянский, финно-угорский и тюркский – и все они на нашей земле, ведь Российская Федерация не моноэтническая страна. Я ничего не боюсь! Я уверена, что в финский театр пойдут люди, интересующиеся культурой, историей страны. Сюда пойдут те, кто знает язык как язык своих предков. Ижорская земля – прежде всего финноязычная земля (часть Петербурга и Ленинградской области находится на территории Ижорской земли, на которой в XII–XVIII веках жили ижорцы. – СР). Сюда придет современная петербургская молодежь, которая подумает, наверное, вот о чем: что нельзя сегодня по-русски – ну, давайте попробуем это сделать по-фински.

Власти России заблокировали наш сайт. Чтобы продолжить читать публикации Север.Реалии, установите одобренные нами VPN-сервисы: NThlink, Psiphon, Lantern, Orbot. Если один из них перестает работать, включите другой.