Частная собственность в России — это обман

«Уехавшие негодяи живут безбедно благодаря нашей стране. Находясь за границей, сдают в аренду недвижимость, продолжают получать гонорары за счет российских граждан. При этом позволяют себе публично лить грязь на Россию, оскорбляют наших солдат и офицеров. Чувствуют свою безнаказанность, полагая, что правосудию до них не дотянуться. В этой ситуации правильно будет соответствующие статьи Уголовного кодекса дополнить пунктом о конфискации у негодяев имущества в РФ, которого у них достаточно, чтобы возместить нанесенный ущерб», — такое предложение в конце прошлой недели появилось в телеграм-канале спикера Госдумы Вячеслава Володина.

Вроде и не стоит обращать внимание на обидные слова и всякие инициативы, летящие вдогонку «нацпредателям». Чего только не предлагалось: лишить гражданства (пока что президентские поправки касаются только приобретенного гражданства, но есть желающие распространить это на всех), повысить налоги (тем, кто работает на российские компании, пока повезло, но до фрилансеров, — самозанятых и ИП — похоже, скоро доберутся), запретить уехавшим возвращаться, лишить их брошенных на границе машин и так далее. Но инициатива Володина — особый случай не только потому, что он председатель Госдумы.

Как отобрать

Во-первых, в ней есть некоторая конкретика: оскорбление «России, ее жителей, солдат и офицеров» можно «расценить как призывы к экстремизму, реабилитацию нацизма или дискредитацию Вооруженных сил» и дополнить «соответствующие статьи УК пунктом о конфискации у негодяев имущества в РФ». Они ведь получают с него доход, например сдавая брошенные квартиры в аренду (этот доход, кстати, облагается налогом по ставке, которая достигает 30% спустя полгода после отъезда). Такая извращенная, но логика: преступление — наказание — компенсация ущерба через конфискацию.

Поддержите «Важные истории» Будем и дальше рассказывать об опасных инициативах властейХочу помочь

Во-вторых, идея Володина не выглядит совсем уж нереализуемой. Юристы уже дают советы, как это можно сделать, и развивают идею, предлагая вспомнить нормы советского УК, откуда можно взять «много полезного», например статьи за саботаж и вредительство. Одиозный сенатор Андрей Клишас, глава комитета по конституционному законодательству, уже высказался: просто так ничего отбирать не будем, нужен закон и поправки в УК. За этим, если что, дело не станет.

Зачем отбирать

С экономической точки зрения эта затея сомнительна. Много государству не отобрать. Вовсе не все уехавшие — открытые критики войны и/или власти («негодяи» по Володину). И далеко не все богачи.

С деньгами (у кого есть) большинство разобрались или разбираются, благо переводы за границу практически не ограничены: сейчас можно отправлять на свои зарубежные счета (или близким родственникам) до миллиона долларов в месяц. По данным ЦБ, к ноябрю россияне перевели в иностранные банки примерно 35 миллиардов долларов. Что-то осталось и в России, но те, кто уехал всерьез, большую часть накоплений забирают с собой.

Машины и квартиры есть далеко не у всех «негодяев». Даже если взять 100 тысяч подержанных авто в среднем по миллиону рублей — это 100 миллиардов. Сумма приличная, но в масштабах бюджета (расходы — 31 триллион в прошлом году) — доли процента. Средняя цена квартиры на вторичном рынке в конце III квартала составляла 93 000 рублей за квадратный метр (расчеты на основе реальных сделок), или 5,6 миллиона рублей за 60-метровую квартиру. 100 тысяч квартир дадут 560 миллиардов. Уже серьезней, но эти деньги еще нужно получить.

Что государство будет делать с таким автопарком и жилым фондом? Раздаст «героям войны»? Загрузит приставов распродажей и обвалит цены? Падение цен на вторичном рынке на 15% после мобилизации покажется мелочью. Слишком сильное падение цен переключит покупателей новостроек на вторичный рынок, а это уже ударит по стройкомплексу. Это власти вряд ли допустят: он слишком важен для экономики и слишком мощны его лоббисты (последний пример: несмотря на все возражения ЦБ и Минфина программа льготной ипотеки была продлена).

«Конфисковать имущество-то можно при желании. А дальше что? Этим добром дыры в бюджете затыкать можно недолго. Дыры в бюджете именно стабильно затыкаются стабильными поступлениями от успешной деятельности бизнеса», — пишет профессор НИУ ВШЭ Евгений Коган.

Страшно, что отберут

Главный эффект, конечно, не экономический: люди будут бояться. Ляпнешь лишнего — останешься без квартиры. Один из эмигрантов сейчас консультируется с юристами, на кого из членов семьи лучше переоформить квартиру, где живет его мать, не пожелавшая уехать: она теперь боится «стать бомжом».

Сейчас, очевидно, идет борьба «радикальных» и «умеренных» группировок. Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков призывает решать проблему массового отъезда людей созданием условий для их возвращения. В таком же духе высказывались министр цифрового развития Максут Шадаев и министр финансов Антон Силуанов.

Подпишитесь на рассылку «Важных историй»Узнавайте первыми о последствиях войны

Чем бы ни кончилась эта борьба, люди будут бояться. Можно вспомнить историю с «иноагентами»: сначала власти обещали, что это будет просто внесение в реестр без поражения в правах, а теперь им запрещено занимать должности во власти, участвовать в выборах, преподавать в государственных школах, получать деньги от государства, применять упрощенную систему налогообложения и многое другое.

Отобрать можно то, что твое

У людей есть все основания, чтобы бояться. Инициатива Володина наглядно показывает, что на самом деле собственности у них нет — только имущество, которым они до поры до времени могут распоряжаться.

Началось с олигархов. «Если государство скажет, что мы должны его отдать, мы его отдадим. Я не отделяю себя от государства. У меня нет других интересов», — эти слова Олега Дерипаски о его главном активе, «Русале», в интервью Financial Times в 2007 году наделали много шума. Такое признание, сделанное одним из главных бизнесменов страны, стало первым.

Потом и рядовые бизнесмены осознали, что они хозяева своего бизнеса до тех пор, пока он кому-то не приглянется, или просто до тех пор, пока никому не мешает. Взять, например, «Ночь длинных ковшей», когда в Москве сносили торговые постройки, которые мэрия сочла незаконными, даже если по ним были выиграны все суды (мэр Сергей Собянин тогда назвал это «прикрываться бумажками о собственности»). Хотя Конституция и говорит нам, что никто не может быть лишен права собственности иначе как по решению суда.

Теперь очередь дошла до людей, пусть и не всех, а только тех, кто сбежал от войны. Может, в этот раз и пронесет — до конфискации дело не дойдет, но смысл ясен. Страна на всех парах летит в советское прошлое. А там частной собственности не было, а была государственная, колхозно-кооперативная и личная. А те, кто эмигрировал, оставляли почти все государству. Квартиры уж точно.

Так что инициатива Володина лишь проясняет ситуацию: право собственности в России — такой же симулякр, как выборы, судебная и правоохранительная системы.