Оригинал материала
Тайна рязанского леса
Присяжные начали рассматривать дело о двойном убийстве в отношении фигуранта дела «Сети»* Максима Иванкина
В Рязанском областном суде началось разбирательство над осужденным по делу «Сети» (организация признана террористической и запрещена в РФ) Максимом Иванкиным, которого обвиняют в убийстве своих друзей, Екатерины Левченко и Артема Дорофеева, в лесу под Рязанью. Дело рассматривает коллегия присяжных. На первом заседании, 3 февраля, прокурор огласила обвинительное заключение и допросила родителей Левченко. Сам Иванкин не согласен с обвинением и попросил присяжных во время разбирательства «мыслить максимально критически».
Задержания по делу «Сети» проходили с октября 2017-го до весны 2018-го. В ходе судебных процессов в Пензе и Санкт-Петербурге 10 молодых людей получили сроки от 3,5 года до 18 лет. По версии ФСБ, молодые люди якобы организовали и участвовали в террористической организации анархистского толка для свержения режима. Помимо этого двое фигурантов по пензенскому делу — Максим Иванкин и Михаил Кульков — обвинялись за покушение на сбыт наркотиков в особо крупном размере. В итоге их приговорили к 13 и 10 годам заключения соответственно.
Обвиняемые и свидетели по делу заявляли о пытках, некоторые из них, по утверждению правозащитников и членов Общественных наблюдательных комиссий, имели явные телесные повреждения, которые были зафиксированы. Много вопросов вызывала и доказательная база по делу. Защита фигурантов заявляла о фальсификациях в материалах дела. Это привело к широкой медийной поддержке подсудимых. Апогея кампания в поддержку фигурантов дела «Сети» достигла в феврале 2020 года в Пензе, когда их приговорили к огромным срокам.
Однако эта медийная поддержка резко угасла после публикации издания «Медуза» (внесена Минюстом в реестр «иноагентов» и признана Генпрокуратурой «нежелательной организацией»). Сначала журналисты выпустили материал «Пошли четверо в лес, а вышли только двое» о том, что весной 2017 года без вести пропали Левченко и Дорофеев. По мнению «Медузы», причастными к их исчезновению могли быть фигуранты «Сети».
Потом журналисты опубликовали монолог анархиста Алексея Полтавца, который скрылся от следствия в Украине. Полтавец указал точные координаты в лесу рядом с Рязанью, где был закопан труп Левченко. Ранее случайно оказавшийся в том же лесу охотник обнаружил останки Дорофеева. Как рассказал журналистам Полтавец, убийство он совершил вместе с Иванкиным, а решение об их устранении было принято пензенской «Сетью» коллективно, потому что молодая пара собиралась сдаваться силовикам.
Вместе с тем корреспонденты «Медиазоны» (внесены Минюстом в реестр «иноагентов») и «7×7» опубликовали интервью с бывшей девушкой Полтавца Викторией Фроловой. Она рассказала, что Полтавец поделился с ней другой версией событий, что Дорофеева и Левченко убил он один.
Давление и пытки
До публикации «Медузы» Следственный комитет никак не интересовался исчезновением молодых людей. Причем следователи пензенского УФСБ знали о бесследном исчезновении Левченко и обнаружении трупа Дорофеева, но этим убийством не занимались вовсе — собственно, подследственность по этой статье относится к Следственному комитету.
Уже после общественной огласки было возбуждено дело об убийстве Левченко и Дорофеева, материалы которого в последующем передали в Москву в Главное следственное управление СКР.
В конце октября 2021 года Полтавца объявили в розыск и заочно арестовали. Украина проигнорировала запрос СКР о его выдаче. К тому моменту следователи вовсю занимались допросами фигурантов «Сети». Тогда они уже находились в колониях. И как заявили осужденные по делу, на них следствие оказывало давление и под угрозой очередного преследования требовали дать показания на Иванкина.
В сентябре того же года его супруга Анна Шалункина сообщила, что мужа внезапно вывезли из чувашской ИК-9, где он отбывал срок, в неизвестном направлении.
Спустя две недели она нашла его во владимирской ИК-3. «Новая» публиковала адвокатский опрос, в котором Иванкин рассказал, что в колонии его «подвергли избиениям, унижениям, угрожали изнасилованием и расправой». Также он сообщал, что в больнице при ИК-3 другие осужденные силой заставили его написать явку с повинной. После чего Иванкину предъявили обвинение. Но потом он отказался от признательных показаний. Шалункина требовала провести проверку и завести дело о превышении должностных полномочий против сотрудников ФСИН, ФСБ и СК, которые пытали ее мужа «с целью заставить оговорить себя и подписать признание». Однако все жалобы были отвергнуты.
«Это не просто наша вера, это наша позиция»
В октябре прошлого года дело поступило в Рязанский областной суд. Иванкин и его адвокат Константин Карташов ходатайствовали, чтобы вердикт вынесли присяжные. Суд удовлетворил их просьбу — дело слушается в составе коллегии из восьми присяжных под председательством судьи Натальи Киановской.
Первой перед присяжными выступила прокурор Оксана Маякова. Свою вступительную речь она начала с того, что напомнила коллегии, что Иванкин, «являясь членом межрегионального террористического сообщества «Сеть», 1 апреля 2017 года был привлечен к ответственности за покушение на сбыт наркотиков. Опасаясь разоблачения, как полагает гособвинитель, он скрылся в Рязани с Алексеем Полтавцом, а также с Артемом Дорофеевым и Екатериной Левченко. Прокурор при выступлении уточнила, что молодая пара также была причастна к «распространению наркотических средств».
Вскоре Дорофеев и Левченко, зная о существовании «Сети», «высказали намерение прекратить скрываться, вернуться в Пензу и обратиться в правоохранительные органы с повинной».
Иванкин и Полтавец, опасаясь, что их могут сдать, задумали убить молодую пару. Находясь в Рязани в квартире по улице Нахимова, 68, подсудимый совместно с Полтавцом, продолжила прокурор, «вступили в преступный сговор» и разработали план, что «под обманным предлогом» поедут с Дорофеевым и Левченко в лесной массив и совершат преступление. Иванкин и Полтавец, распределив между собой роли и договорившись, кто кого убьет, взяли с собой карабин «Сайга-12С» и ножи.
В конце апреля все четверо выехали в лес, они остановились примерно в четырех километрах к востоку от деревни Лопухи Рязанской области, где и заночевали. Утром Иванкин под предлогом сборки хвороста отвел Левченко на расстояние около 70 метров от места ночлега. Как считает обвинение, нанес ей не менее двух ударов ножом в область спины и правой половины шеи, причинив ей «травмы забрюшинной области, брюшной полости, грудной клетки, органов и крупных кровеносных сосудов шеи». Левченко умерла на месте.
После этого Иванкин вернулся к месту ночлега. По версии гособвинения, Полтавец, увидев, что товарищ идет один и руки его испачканы кровью, застрелил Дорофеева из «Сайги» одним выстрелом в область головы, затем нанес ножом не менее одного удара в область шеи. Дорофеев упал на землю и умер.
Сторона потерпевших полностью поддержала позицию обвинения. Адвокат семьи Левченко Алексей Михальчик обратился к присяжным: «Мама Екатерины сказала мне еще на стадии предварительного следствия: «Я должна узнать с помощью профессионалов, тот ли человек находится на скамье подсудимых». Мы знакомы с теми доказательствами, с которыми выступает сторона обвинения. Наша позиция заключается в том, что вина подсудимого доказана. Это не просто наша вера, это наша позиция».
Иванкин выступил очень кратко и пообещал никак не воздействовать на мнение присяжных: «Предъявленное обвинение, естественно, не признаю… Я просто прошу присяжных мыслить максимально критически… там уже будет видно, доказана вина или не доказана, и все прочее».
Адвокат Карташов попросил присяжных внимательно отнестись ко всем доводам сторон.
«Не опасаемся никаких доказательств со стороны обвинения», — добавил защитник. Его тут же прервала судья и попросила не давать никаких оценочных суждений о доказательствах, а присяжным не обращать внимание на комментарий адвоката.
«Нашли пару косточек. Потом нашли еще несколько»
Представление доказательств стороны обвинения началось с допроса родителей убитой Екатерины. Ее мама Татьяна и отец Сергей Левченко рассказали присяжным, что последний раз общались с дочерью в конце марта 2017 года в Пензе. В то время девушка периодически проживала у своего друга Артема. Он снимал двухкомнатную квартиру с Михаилом Кульковым. Тогда же, по словам матери Левченко, в квартире стал появляться Иванкин.
31 марта Татьяна с дочерью договорились сходить на лечебный массаж. Но вместо того чтобы пойти на процедуру, Катя неожиданно решила поехать к Артему. В тот день, по признанию матери, дочь переживала, что Иванкин и Кульков долгое время не отвечали на звонки. 1 апреля Екатерина сама перестала брать телефон. Но позднее она перезвонила матери с телефона Дорофеева и успокоила, что с ней все в порядке и она скоро вернется домой. Но потом связь с дочерью прервалась. Не отвечал на звонки и Артем.
«Больше я с ней по телефону не общалась. 25 апреля в почтовом ящике нашла записку якобы от Кати с просьбой установить мессенджер Jabber, ввести логин и пароль. Текст был напечатан. Я установила это приложение на телефон и отправила сообщение. Через пару часов мне ответили. Спрашиваю, кто это? В ответ: «Это Артем». Потом написал, что Катя сейчас не может ответить. Потом якобы ответила Катя, что у нее все хорошо, что они собираются уехать, что она ни в чем не виновата. Еще просила узнать, видела ли я полицейских рядом с домом», — рассказала мама Левченко, добавив, что она тогда уже знала, что Иванкина разыскивают за наркотики.
Татьяне показался разговор странным, и она решила проверить, действительно ли с ней общается дочь. Она спросила у собеседника о любимом блюде Кати. «Я знала, что она любит селедку под шубой. Она с ходу так и ответила», — уточнила Татьяна.
Она просила дочь вернуться и ничего не бояться. В ответ Катя попросила передать матери Артема, что он в порядке, и потом перестала отвечать на сообщения Татьяны. Спустя неделю чат из приложения исчез.
8 апреля Татьяна обратилась с заявлением о пропаже дочери в полицию. «Мне хотелось узнать хоть какую-то информацию. Живая или какая… хотя бы похоронить», — не выдержала Татьяна, и слезы не дали ей договорить.
Прокурор попросила детально рассказать, как ее дочь в итоге была найдена. По словам матери, в 2019 году, когда начался процесс по делу «Сети», она ездила к суду поддержать обвиняемых. На тот момент никаких попыток разыскать Катю и Артема правоохранительные органы особо не предпринимали. «Я всячески поддерживала друзей Кати. Думала, они хорошие. Ездила поддерживать на суд Кулькова и Иванкина. Общественность их поддерживала и я тоже», — продолжила потерпевшая.
В день оглашения приговора по делу «Сети», 10 февраля 2020 года, в «ВКонтакте» с ней связался Илья Хесин (знакомый фигурантов дела «Сети». — Ред.). На тот момент было известно, что в конце февраля 2019 года под Рязанью у деревни Лопухи обнаружили останки Дорофеева, Левченко — числилась еще без вести пропавшей.
Хесин и мама Кати договорились о встрече в Москве, на которой она и узнала его версию событий в лесу. «Хесин рассказал, что он друг Юлиана Бояршинова (осужден по питерскому делу «Сети». — Ред.). Он предполагал, что Катю тоже убили. Говорил, что он не мог спокойно смотреть, что я поддерживала ребят из «Сети», а они оказались причастны к убийству. Он имел в виду Максима Иванкина и Полтавца», — дрожащим голосом объяснила Татьяна.
Позже журналисты «Медузы» связались с Полтавцом, который скрывается за пределами России. Собственно, они с Хесиным и стали ключевыми источниками в статье «Медузы», после публикации которой СК начал активно расследовать убийство Левченко и Дорофеева.
«Я продолжала искать Катю. Была уверена, что она жива. Я взяла эту статью и пошла в прокуратуру, чтобы уже возбудили дело. Чтобы хоть что-то нашли. Дело все-таки завели. <…> В марте нашли останки Кати. Там, где в точности сказал Полтавец. Нашли пару косточек. Потом нашли еще несколько. Чтобы хоть что-то можно было похоронить», — вполголоса произнесла Татьяна.
Свои уточняющие вопросы маме Кати задал сам Иванкин. В первую очередь он поинтересовался, считает ли она изложенные факты в статье «Медузы» достоверными. «Я не могу точно знать. Но я считаю, что это похоже на правду», — ответила потерпевшая.
Отец Екатерины Сергей Левченко рассказал присяжным, что изначально подозревал, что исчезновение дочери может быть связано с ее друзьями, которые проходили по делу «Сети». После того, как обнаружили останки Дорофеева и уже было известно об аресте Иванкина, отец Кати обратился к оперативному сотруднику, который занимался розыском дочери, и попросил допросить Иванкина. «Мы настояли на допросе, и через пару недель он нас вызвал. Он сказал, что подтверждается утрата «родственных связей».
Иванкин подтвердил, что они встречались в рязанских лесах, и Катя с Артемом ушли в Краснодарский край. Я этому не поверил», — отметил Сергей Левченко.
После исследования письменных материалов дела присяжных отпустили. На следующем заседании запланирован допрос родителей Дорофеева и свидетелей обвинения. Продолжение процесса 15 февраля.