Вместе весело шагать по просторам!

Эти друзья Путина по кооперативу «Озеро» считаются главными идеологами спецоперации по возвращению «былого величия» и исконных территорий России

(18+) НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ БОРУХОВИЧ (ТУМАКОВОЙ) ИРИНОЙ ГРИГОРЬЕВНОЙ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА БОРУХОВИЧ (ТУМАКОВОЙ) ИРИНЫ ГРИГОРЬЕВНЫ.

Когда речь заходит о «ближнем круге» главы государства, его недруги повторяют один и тот же лейтмотив: стоило Путину занять высшую должность в стране, его друзья начали стремительно богатеть и с тех пор бесконечно ему благодарны. Спешим заметить, что это пустая болтовня, огульная и безосновательная. Среди друзей президента есть те, кому, наоборот, когда-то был многим обязан он сам. Знакомьтесь — братья Ковальчуки: основной владелец банка «Россия» Юрий Валентинович и президент НИЦ «Курчатовский институт» Михаил Валентинович.

Этапы большого пути

С марта 2020 года, с начала пандемии, одним из немногих людей, имевших доступ к Владимиру Путину лично, был его прежний сосед по кооперативу «Озеро» Юрий Ковальчук. Об этом писало издание, на которое мы не можем сослаться, потому что в РФ его называют нежелательным. По данным собеседников этого издания, одной из основных тем, которые обсуждали старые друзья, была славная история России. В этом вопросе президент очень доверял другу, потому что братья Ковальчуки выросли в семье историков. Их папа, Валентин Михайлович, был одним из самых именитых и уважаемых специалистов по блокаде Ленинграда: «Не только историки, но и все читающие люди благодарны Валентину Ковальчуку за рассекреченные и опубликованные документы по масштабам жертв блокады». Для допуска к таким данным в советское время требовалось разрешение КГБ, и у Валентина Ковальчука оно было. Мама, Мирьям Абрамовна, поддерживала связь с органами тоже профессионально: она специализировалась на истории КПСС.

Старший брат — Михаил Ковальчук. Окончив школу, он поступил на физфак ЛГУ, где мама преподавала основы марксизма и историю КПСС. О выборе профессии он сам рассказывал на одной из встреч с молодежью: тогда в моде были фильм «Девять дней одного года» и роман Даниила Гранина «Иду на грозу», и он поступил на физфак.

Ковальчук-старший вообще любит встречаться с молодежью, она его слушает. Раньше-то ему нравилось приезжать с лекциями в институты, поглощенные его «Курчатовским центром». Но потом физики начали шутить. «Сначала мы просто обалдели от того, что нес Ковальчук, — рассказала «Новой» бывшая сотрудница Петербургского института ядерной физики (ПИЯФ) в Гатчине, доктор физматнаук (сейчас на пенсии, но имени просила не называть). —

Хотелось открытым текстом спросить: эй, ты кому это все заливаешь? Потом начали хохотать открыто. И он как-то оставил эту практику».

ПИЯФ — один из институтов, куда даже в брежневские годы Высоцкий, Окуджава, Жванецкий приезжали с неподцензурными концертами.

Михаил Ковальчук окончил ЛГУ в 1970 году и получил распределение в Институт кристаллографии. «Пока он занимался своими кристаллами, он был неплохим ученым, хотя и не выдающимся, — говорит советский и российский физик-теоретик, академик РАН Владимир Захаров. — Но, знаете, бывает, что человек знает все — о чем-то, а бывает, что ничего — обо всем. И вот он, к сожалению, выбрал второе».

Юрий Ковальчук окончил физфак в 1974 году и начал довольно быстро делать карьеру в Ленинградском физико-техническом институте. В 1987 году Физтех возглавил профессор Жорес Алферов (будущий лауреат Нобелевской премии по физике). Он отметил цепкий ум и отличные качества Юрия Ковальчука не столько как ученого, сколько как организатора и назначил его своим замом. Но перестройка уже шла вовсю, развивалось кооперативное движение, Алферов считал, что коммерция на науке — позор, а его зам был уверен, что ученые могут и должны зарабатывать деньги.

По данным СПАРК, вместе братья Коваль­чуки зарегистрировали только одну организацию и только в 2019 году: Фонд поддержки изучения блокады Ленинграда. Михаил Ковальчук в науке остался. Точнее, это он так считает, что занимается наукой. У коллег-физиков на этот счет другое мнение.

Михаил Ковальчук защитил кандидат­скую, потом докторскую. Как писала «Новая», на последнюю академик Михаил Афанасьев дал резко отрицательный отзыв с прозрачным намеком на некорректные заимствования: «Полученные диссертантом результаты либо ошибочны, либо повторяют в значительной степени результаты других авторов без соответствующей ссылки на эти работы… Никаких результатов, которые, как обещано в начале автореферата, «решали бы комплекс проблем, связанных с изучением тонких эффектов когерентного взаимодействия рентгеновского излучения с кристаллами» или давали бы «качественно новую физическую информацию о процессе дифракционного рассеяния», в диссертации не содержится… Теоретические результаты либо тривиальны и не имеют специфически научного интереса, либо заимствованы из других работ, но переписаны в такой форме, что неспециалисту трудно отождествить их с оригинальными результатами». Это уже было в 1988 году.

Михаилу Ковальчуку удалось избраться в членкоры РАН и вице-президенты академии, но потом дважды его прокатывали на выборах в действительные члены.

«Видите ли, голосовали тогда люди старой формации, — объясняет академик Владимир Захаров. — Нам было все равно, кто чей брат и кто чей друг».

Первый раз неприятность случилась с Ковальчуком в 2008 году, хотя он был к этому времени директором двух крупнейших институтов — Курчатовского центра и НИИ кристаллографии РАН. Второй раз это произошло в мае 2013-го.

А летом неожиданно началась реформа РАН, которая практически уничтожила Академию наук советского образца, лишила академические институты огромных массивов недвижимости, и главное — самих академиков лишила независимости, которая была у них даже в советские годы. Главу РАН, например, теперь утверждает президент Путин. И звание академика больше не пожизненное, его можно и лишить.

Младший брат, как и многие технари, в конце 1980-х ушел из науки в бизнес. Сначала это был бизнес на науке. Вместе с еще одним замом Алферова, Андреем Фурсенко, и начальником иностранного отдела Физтеха — чекистом Владимиром Якуниным они учредили компанию под названием «Центр передовых технологий и разработок», потом на базе ленинградского завода «Светлана» — ЗАО «Полупроводниковые приборы» для производства медтехники. С этого начинался бизнес, но не это, видимо, было его основой.

Сейчас Юрий Ковальчук, основной владелец банка «Россия», занимает 71-е место в российском списке Forbs, его состояние в 2022 году журнал оценивал в 1,3 миллиарда долларов. Он, в отличие от старшего брата, практически не выступает публично, хотя ему есть где. С 2005 года он строил, строил — и, наконец, построил собственную медиаимперию, которая известна как «Национальная Медиа Группа».

Боевые насекомые

10 марта 2022 года, по прошествии двух недель «демилитаризации и денацификации» Украины (тогда президент РФ Владимир Путин так ставил задачи), Министерство обороны РФ раскрыло страшные подробности «проекта UP-4, который реализовывался с участием лабораторий Киева, Харькова и Одессы… под непосредственным руководством специалистов из США». В рамках проекта UP-4 Киев предполагал разработать особое биологическое оружие, а потом с помощью блох, птиц, летучих мышей и рептилий направить его на россиян. С прицелом на то, чтобы те переставали размножаться. Глава МИД России Сергей Лавров тут же подтвердил, что «оружие, создаваемое при поддержке США на Украине, было этнически ориентированным».

Биологи замерли с открытыми ртами, не веря, что кто-то произносит это всерьез. Какое-то время казалось, что идея забыта.

Но пройдет несколько месяцев — и к натасканным украинцами нетопырям и ящерицам добавятся боевые комары, которых тоже нашли в Украине российские военные. Кровососущих, надо так понимать, украинцы тоже надрессировали проверять паспорт у потенциальной жертвы.

Потому что, как утверждают биологи, генетически русские неотличимы от чехов, французов, бельгийцев и даже, как это ни ужасно, англосаксов.

На самом деле не Министерству обороны РФ принадлежала пальма первенства в этом открытии. О генетических экспериментах США, нацеленных против россиян, говорил президент Путин в 2017 году на заседании Совета по правам человека: «Вы знаете, что биологический материал собирается по всей стране, причем по разным этносам и людям, проживающим в разных географических точках Российской Федерации? Вот вопрос: зачем это делают? Делают целенаправленно и профессионально. Ну, мы такой вот объект очень большого интереса».

Когда президент страны, юрист по диплому, успел так здорово разобраться в вопросе? А вот успел. За два года до этого, в 2015-м, его научный советник, глава НИЦ «Курчатовский институт» Михаил Ковальчук, выступая перед Федеральным собранием, рассказал о страшных генетических экспериментах американцев: «Цель: создать принципиально новый подвид Homo sapiens — служебного человека… Свойство популяции служебных людей очень простое: ограниченное самосознание, и когнитивно это регулируется элементарно, мы с вами видим, это уже происходит… Вторая вещь — управление размножением…»

«В научном сообществе повисла недоуменная пауза», — высказалась по поводу доклада главного советника по науке Комиссия по борьбе с лженаукой.

Но идея о генетическом оружии, как станет ясно после начала спецоперации, хорошо пустила корни. Причем особым пунктом стало размножение россиян.

Михаил Ковальчук считается человеком, который серьезно влияет на естественнонаучное мировоззрение российского президента. В том же выступлении 2015 года он еще говорил: «Слом системы базовых моральных принципов фактически да, это ключевой вопрос, и создание альтернативных ценностей, которые не вписываются в настоящую жизнь… Это фактически лозунг к слому суверенного государства, суверенитета государств, который является единственным инструментом защиты общества и ценностей… И еще следующая вещь: фактическое сокращение рождаемости путем внедрения в массовое сознание представлений, противоречащих естественным. Речь идет о ЛГБТ, о семьях без детей и всего остального…» И в разгар «спецоперации» российский парламент вспоминает, что в стране еще не побеждены гомосексуалы и бездетные женщины, мешающие размножению.

На физфаке СПбГУ физику и сейчас преподают хорошо, несмотря даже на то, что Ковальчук с 2012 года — декан физфака. Тем более отлично учили физиков в конце 1960-х. Выпускник физфака не может не понимать, почему «повисла недоуменная пауза» среди его коллег. Опуская эпитеты, которыми наградили Михаила Валентиновича другие физики, выскажу их резюме: нет, он не прикидывается, он так действительно думает.

Правда, тут вопрос — кто начал так «думать» раньше.

В 2007 году президент Путин запретил вывозить биоматериалы россиян за границу для анализов, причиной был доклад ФСБ о том, что враги собирают эти анализы в шпионских целях.

Младший брат, Юрий Ковальчук, считается главным источником знаний о российской истории для президента. Половцы, печенеги, Украина, которую создал Ленин, «коллективный Запад», весь воевавший против СССР с 1941 по 1945 год, — обо всех этих исторических выкладках надо спрашивать, видимо, Юрия Ковальчука. Он тоже — выпускник физфака ЛГУ, начинал карьеру как физик, защитил кандидатскую и докторскую по физике. Но именно входящий в его медиагруппу телеканал рассказывает зрителям о том, что Земля — плоская.

Озеро

Если спросить, с чего начался карьерный взлет «друзей Путина», то у многих в голове всплывет название дачного кооператива на берегу Комсомольского озера в Ленобласти, в полутора часах езды от центра Петербурга. Здесь, рядом с деревней Соловьевка, и сейчас территория огорожена забором, который дачники из соседних садоводств называют «кремлевской стеной». Эта стена отрезает подход к озеру всем. А в самом «Озере» к воде спускаться некому, кроме охраны. Она тут присутствует круглосуточно, охраняет пустующие дома. Их предполагаемых владельцев местные дачники тоже называют «кремлевскими». Правда, неизвестно, кто и когда их тут видел. Сегодня, по данным СПАРК, пайщиками кооператива «Озеро» остаются только трое из тех, кто учреждал его в 1996 году. Это Владимир Якунин, Владимир Смирнов и Николай Шамалов. Владимир Путин, Юрий Ковальчук, Виктор Мячин, Владимир Смирнов и братья Сергей и Андрей Фурсенко из состава дачников вышли.

— Там в каждом доме есть садовник, — говорит сторож соседнего СНТ Михалыч. — Ну, вы же понимаете, какие это «садовники», они все из ФСО. Это было одно из последних экологически чистых мест в области, когда они тут строились, я тогда тоже в Москве работал.

Въезд в «Озеро» перекрыт шлагбаумом, сторожевая будка в безукоризненном состоянии. Чего не скажешь о дорогах. Они покрыты абсолютным льдом, по которому невозможно не то что ехать, но даже пройти пешком несколько шагов.

— Дороги все грунтовые, что ты хочешь, — объясняет Михалыч. — У «кремлевских» есть управляющий, у управляющего — трактор. Он должен бы посыпать тут дороги, но не посыпает. Здесь редко кто-то ездит, особенно зимой.

Дачный кооператив «Озеро» был учрежден в 1996 году, и пересказывать подробно эту много раз обмусоленную историю мы не будем.

В том же 1996-м на даче Путина случился пожар, и мифология говорит о том, что дочек будущего президента вынес на руках сам Юрий Ковальчук. И в этом кроется причина особой благодарности к нему со стороны Путина.

Известно, что все пайщики, кроме Путина и Шамалова, были когда-то сотрудниками Физико-технического института, Юрий Ковальчук и Андрей Фурсенко — заместителями Жореса Алферова (директора ФТИ). Братья Фурсенко — сверстники братьев Ковальчуков, с детства дружили. Отец братьев Фурсенко, Александр Александрович, тоже был крупным ученым-историком, академиком, он тоже, как и отец Ковальчуков, служил в Институте истории Академии наук. Как получилось, что в компании этих «академических детей» оказался мальчик из Баскова переулка, выпускник юрфака, делавший после университета карьеру в КГБ, Путин?

Девяностые — это было время, когда силовики, бывшие и действующие, искали любую работу и подработку. Президент Путин о том периоде жизни рассказывал, что ему даже приходилось таксовать, чтобы прокормить семью. Но кто-то находил заработок в криминальных структурах. Одну из таких структур под названием АОЗТ «Знаменская» потом свяжут с «лидером тамбовского ОПС» Владимиром Барсуковым, а в базах РУБОПа замелькает в качестве консультанта некто Владимир Путин.

В 1990 году в Ленинграде в рамках эксперимента по созданию в СССР системы коммерческих банков был основан банк «Россия». Основным учредителем выступил Ленинградский обком КПСС, его партнерами стали Страховое общество «Русь» и компания «Русское видео». Через две последние компании в числе совладельцев оказались люди, которые прославятся позже, когда город получит прозвище «Петербург бандитский». Банк обслуживал счета обкома и управления КГБ.

В 1991 году КПСС умерла, с банком надо было что-то делать. Об этом узнала компания предприимчивых физиков — братья Фурсенко, Юрий Ковальчук. Владимир Якунин, по одной из версий, в конце 1980-х уезжал в США на «дипломатическую работу», но уже вернулся к июню 1991-го, когда Анатолий Собчак был избран мэром Петербурга, а Владимир Путин стал его заместителем и председателем Комитета по внешним связям. И когда бывшим коллегам по физтеху понадобилось найти выходы на банк через мэрию, он-то и познакомил их с давним приятелем по КГБ.

Как рассказал «Новой» еще один бывший депутат питерского парламента (имени он попросил не называть), в банк «Россия» были переведены счета мэрии Петербурга. Быстро и без конкурсов. Ну и деньги ликвидированной КПСС на счетах банка тоже перешли к новым владельцам. Так началась эта крепкая, как мы видим, и взаимовыгодная дружба.

Россия

Депутат ЗакСа рассказывает, что в начале работы в мэрии у Путина были проблемы с жильем. Жил он на одной из бывших дач посольства ГДР в Зеленогорске. Условия там были тяжелые, Людмила Путина носила воду для стирки из колонки на улице. Как-то попробовала там же и прополоскать белье, но сосед сделал замечание.

Потом Путины получили квартиру на Васильевском острове, но дачной жизни им тоже хотелось. Причем лучше комфортной, с водопроводом.

В 1996 году Путин занимался выборами, на которых кровь из носу должен был победить его патрон. Тогда же Юрий Ковальчук начал становиться медиамагнатом: он купил газету «Санкт-Петербургские ведомости». У него вообще дела шли в гору. Это было время, когда не ему требовалась помощь нового друга из мэрии, а, наоборот, тот переживал трудности.

Собчак на выборах проиграл. С легкой руки Игоря Сечина с тех пор ходит рассказ о том, что Путин из верности шефу хлопнул дверью и ушел из мэрии, наотрез отказавшись работать с новым губернатором Яковлевым, потому что самым большим в мире злом считает предательство.

Депутат питерского парламента Борис Вишневский тогда уже работал в Петросовете, и он называет эту историю мифом.

— Перед выборами Путин потребовал от членов городского правительства: если шеф проиграет, они уйдут вместе с ним, — рассказывает Вишневский. — Шеф проиграл, но заявления об отставке подали два человека: Виталий Мутко и Дмитрий Козак. Мутко отпустили сразу, а насчет Козака Яковлева убедили, что того надо обязательно уговорить остаться. Козак остался. Путин тоже очень хотел остаться, и как это происходило, я отлично помню. Я приехал в Смольный через два дня после выборов, потому что у нас было соглашение, что представители «Яблока» в случае победы Яковлева получат административные посты. Мы обсуждали это с Яковлевым еще в коридоре Смольного, еще не зайдя в кабинет. И к нему подошел какой-то чиновник: «Владимир Анатольевич, там Путин приехал, ждет, что вы решите насчет него». Владимир Анатольевич стал пунцового цвета и бросил такую фразу, я запомнил ее дословно: «Чтоб духу этого […] здесь не было». Ну какой победивший губернатор оставит на месте руководителя штаба своего конкурента, который прилюдно назвал его Иудой? А Путин думал, что ничего необычного, только бизнес.

В том же 1996 году компания совладельцев банка «Россия» решила получить участок земли и построить дачи. Выбрали берег Комсомольского озера в Приозерском районе. Они позвали в пайщики и Владимира Путина. Земля тогда была недорогая. Но если в пору работы в Смольном он жил на одну зарплату, то вряд ли у него, теперь — безработного, хватало денег даже на скромный домик в 153 квадратных метра (как следовало из налоговых деклараций президента) у озера. Оформлять дачи, как говорят легенды, помогал бывший заместитель Путина в комитете по внешним связям, а еще раньше — председатель Приозерского горсовета Виктор Зубков (потом он станет на некоторое время премьер-министром страны).

С августа 1996 года дела у Путина стали выправляться, а потом пошли, как мы знаем, совсем хорошо. Как и у его друзей из кооператива «Озеро», особенно у Юрия Ковальчука.

В 2005 году губернатор Петербурга Валентина Матвиенко решила, что городу не нужен телеканал, и контрольный пакет акций ОАО «ТРК Петербург» без всякого конкурса перешел в руки Юрия Ковальчука. Потом «Пятый канал — Петербург» фактически без конкурса (конкурентам намекнули, что суетиться не стоит) получил частоты в 73 регионах страны, а с ними статус общероссийского ТВ и государственное финансирование.

— В 2006 году, когда началась война между Израилем и Ливаном, прихожу я как-то на работу — и коллеги передают мне новые вводные, — рассказывает бывший журналист «Пятого канала» на условиях анонимности. — С сегодняшнего дня, говорят, надо Израиль называть агрессором.

На «Пятом канале» получил время для собственных программ Михаил Ковальчук. Он там вел научно-популярную программу «Истории из будущего». А потом получил время и на канале «Культура». Цитировать его передачи мы не будем, желающие могут найти их в Сети и насладиться. Но сотрудник телеканала рассказывает, что сначала его коллеги просто пытались понять, не шутит ли «этот дяденька», а потом, наоборот, старались не услышать его даже нечаянно.

Через год так же легко Ковальчук-младший присоединил к своей пока еще маленькой медиаимперии канал РЕН ТВ. Дальше он заполучал медиаактивы — как морковки выдергивал из грядки.

В медиаимперию вошла многострадальная газета «Известия». Ковальчук получил контроль над телеканалами СТС, «Домашний» и НТВ и газетой «Комсомольская правда». Ей же, медиаимперии, принадлежит блокирующий пакет акций «Первого канала». Словом, собрал весь «цвет» российской журналистики. В 2008-м решено было объединить этот цвет в холдинг, и тот назвали ни много ни мало «Национальной Медиа Группой». Чего мелочиться? Возглавила национальный холдинг бывшая гимнастка Алина Кабаева. И уже в качестве крупного медиаменеджера она ездила по стране со «Школой молодого журналиста», обучая новичков в профессии. Интересно, кто-то из наших коллег гастролирует по стране со «Школой молодого гимнаста»?

Таким образом, уже в вегетарианском 2008 году в руках лучшего друга Путина оказалось не просто мощное орудие пропаганды, а вообще она почти вся, за исключением государственного холдинга «Россия сегодня», как его назовут в 2014-м. Но до самого 2014-го в империи Ковальчука сохранялись рудименты свободы. Последней фрондерствующей программой была «Неделя» с Марианной Максимовской. Ее закрыли в августе 2014-го. РЕН ТВ наполнился рассказами о плоской Земле и других важных новостях науки, в том числе исторической. Канал считается «любимой игрушкой» Ковальчука.

2014-й год показал, что вместе с государственным «Россия сегодня» — эта пропаганда почти тотальна. Об этом не очень много писали, но я наблюдала это в Донецке своими глазами: жители благополучного, очень европейского и цветущего города, где все вывески были на русском, где трудно было услышать украинскую речь, поняли, как они плохо живут только после того, как неизвестные люди, говорившие по-русски без акцента, захватили телецентр. В Донбассе разом вырубились украинские каналы и начали вещать только российские. Тогда Донецк понял, как страшно жилось ему без баррикад у здания обладминистрации и без георгиевских ленточек. 2022-й год показал, что пропаганда может уже быть абсолютной.

Горнолыжники

Параллельно с медиа под контроль банка «Россия» и его основного владельца попадали и другие активы. Как уже писала «Новая», Ковальчук скупал банки, в том числе и пострадавшие от кризиса 2008-го («КИТ-финанс», Собибанк, Газэнергопромбанк), его сын стал членом совета директоров энергетической компании «Интер РАО ЕЭС», у «Газпрома» была выкуплена страховая компания «СОГАЗ». Злые языки говорят, что банку «Россия» и Юрию Ковальчуку многое из этого принадлежит примерно так же, как дворец в Геленджике — еще одному «другу Путина» — Аркадию Ротенбергу.

Кстати, о дворцах. Правильно говорят, что первая любовь не ржавеет. Такой любовью для Юрия Ковальчука и дорогих ему людей, видимо, остался Приозерский район. В 2013 году недалеко от «замороженного», но тщательно охраняемого кооператива «Озеро» банк «Россия» начал новое строительство. Сначала предполагалось, что это будет коттеджный городок для сотрудников медиахолдинга. Чтобы повысить их лояльность.

— Когда нам предложили купить там участок и построить дом по довольно привлекательной цене, мы обрадовались, потому что думали, что это будет именно городок коллег, — рассказывает один из сотрудников холдинга. — Но потом выяснилось, что тут такие корпоративные правила, что мы можем этот дом не потянуть: строить только из клееного бруса, ворота непременно такие-то, содержать это безумно дорого. На какой-нибудь «Мерседес» А-класса тут охранники уже смотрят с подозрением.

В корпоративном поселке «Игора» поселились бывший глава пивоваренного завода «Балтика» Теймураз Боллоев, бывший полпред президента в СЗФО Илья Клебанов, отдельно — семьи его родственников, заместитель полпреда в СЗФО Любовь Совершаева и другие близкие владельцам банка «Россия» люди.

Когда едешь по шоссе из Питера к «Игоре», кажется, что тут банку «Россия» принадлежит все, включая шоссе, гололед на нем и снег, падающий сверху. И это в общем-то правда. Здесь Ковальчук-младший построил горнолыжный курорт «Игора», ледовый дворец, усадьбу «Загородная среда», которая, как тут говорят, охраняется почему-то сотрудниками ФСО. Все это тоже много раз описано, причем с прозрачными намеками на то, что «Игора» — тоже в собственности у Ковальчука (или его сотрудников) только формально, а подлинный владелец — тот, кто у нас больше всех любит кататься на горных лыжах. Кооператив «Озеро» за тридцать без малого лет сильно подрос.

В 2014 году Юрий Ковальчук продемонстрировал Путину подлинную преданность, фактически подставившись под санкции. Ни один другой банк не решился прийти работать в «новый регион» («Сбер» заговорил об этом только в 2022-м). Расплатой стали замороженные властями США американские счета «России» на 572 миллиона долларов. Но приобрел он в Крыму куда больше, став владельцем практически всей финансовой системы полуострова, легендарных винзаводов, гигантского поместья на черноморском побережье и даже нового аэропорта Симферополя. В конце концов — крупнейшим лендлордом Крыма, сконцентрировавшим в своих руках более 13 тысяч гектаров «золотой» крымской земли.

Но отвлечемся на время от младшего брата. Михаил Ковальчук формально не был членом кооператива «Озера», но братья достаточно дружны, чтобы заботиться друг о друге.

Академики

После того как действительные члены Российской академии наук дважды не захотели видеть в своих рядах Михаила Ковальчука, в стране, повторим, началась научная реформа. Но еще до ее начала Ковальчук-старший начал собирать научные институты в свой «холдинг» — под крышей НИЦ «Курчатовский институт». Сейчас в него входят десять НИИ. Один из них, повторим, ПИЯФ в Гатчине под Петербургом. Собственно, с него и началось это «собирательство».

ПИЯФ был известен помимо прочего самым длинным научным долгостроем.

В 1976 году здесь начали создавать самый мощный в мире исследовательский ядерный реактор. Уже тогда считалось, что хотя бы номинально он самым мощным останется надолго, он рассчитан на 100 мегаватт, это вдвое больше, чем второй по величине в Гренобле.

Мощность реактора, если объяснять просто, это количество нейтронов, которые он способен продуцировать для научных экспериментов. Количество нейтронов — это скорость проведения экспериментов. Сто мегаватт — это очень круто. К тому же считается, что французский реактор лет через десять должен выработать ресурс и остановиться. Есть агрегат посвежее — в Мюнхене, но там мощность всего 20 мегаватт. А гатчинский еще долго будет «свежаком». Вопрос только — как долго? Потому что до сих пор

это чудо технической мысли толком не начинало работать. Хотя президент Путин, уже, кажется, дважды проводивший «физический пуск», может этого и не знать.

Реактор в 1970-е назвали ПИК. Один из вариантов расшифровки — Пучковый исследовательский комплекс. Но в институте ходит легенда, что ПИК означает «Петров и Коноплев». По именам двух авторов идеи — физика-теоретика Юрия Петрова и экспериментатора Кира Коноплева. Заложенные ими принципы были таковы, что морально ПИК не устарел до сих пор. После катастрофы в Чернобыле стройку остановили, чтобы модернизировать систему безопасности реактора. Потом была перестройка в стране, потом кончились деньги. Михаил Ковальчук предложил передать ПИЯФ под крышу «Курчатника» именно под флагом того, что ПИК будет достроен.

— Когда нас только передали «Курчатнику», мы были против, — рассказывает бывшая сотрудница ПИЯФа, пенсионерка. — Институт всегда возглавляли ученые с мировым именем, интереснейшие и блестяще образованные люди. А тут нам поставили директором «пожарного»! То есть человека из НИИ МЧС. Потом директора стали меняться так, что мы того пожарного вспоминали уже с благодарностью. Самым ужасным стала немыслимая бюрократия, такой в институте не было даже в советское время. Но чего не отнять у Ковальчука — платить поначалу стали больше, чем было во времена РАН. И молодежь после университета пошла к нам работать. Нет, сказать, что Ковальчук пришел и уничтожил у нас науку, я не могу, это было бы несправедливо.

Под крышей «Курчатника» проект строительства реактора был реанимирован. И его даже как бы достроили. Как бы. Первый «торжественный пуск ПИКа» осуществили в 2011 году. Но что-то пошло не так. Чтобы шло так, а главное — быстрее, в 2015 году Ковальчук распорядился закрыть действовавший на тот момент реактор ВВРМ, то есть эксперименты, для которых требуются пучки нейтронов, в ПИЯФе прекратились. В 2018-м ПИК запустили еще раз — на мощности комнатной лампочки в 100 ватт. Система охлаждения не работала, правда, и охлаждать при такой мощности было нечего. Строительство продолжалось, и «программой-минимум» был пуск хотя бы на одной десятой проектной мощности. Произошло это только в феврале 2020 года.

Событие приурочили ко Дню науки 8 февраля.

Михаил Ковальчук держал пальцы на кнопке, президент Путин давал разрешение на запуск, все это торжественно транслировалось в прямом эфире, как полет Гагарина. Но «полет» тут же практически закончился.

Реактор не может просто выгонять нейтроны «вхолостую», для экспериментов (то есть для того, ради чего ПИК и построен за бешеные деньги) требуются установки. Изначально планировалось, что их будет хотя бы 50 штук (в Гренобле при вдвое меньшей мощности работают сорок). Закупать установки предполагалось в Германии. Успели купить пять. На этом этапе президент, получавший историко-политические и научные сведения от своих ученых друзей, начал спецоперацию. Европейские коллеги объявили, что прекращают любое сотрудничество с ПИЯФом и вообще с российскими институтами.

ПИК — это просто пример. Все наполеоновские планы Ковальчука-старшего строились на сотрудничестве с западной наукой. Оно прекратилось 24 февраля 2022 года.

— Это не так, — возражает бывшая сотрудница института. — Просто теперь все усложнилось. Установки институт купит, но, видимо, покупать их придется не в Европе, а в Китае.

А ведь оба брата могли быть готовы к такому. «Генеральную репетицию» они прочувствовали еще в 2014-м. Правда, тогда им удалось с лихвой компенсировать убытки. Вероятно, рассчитывали, что так будет и в 2022-м.

Испить до дна

В июне 2015-го, всего через год после «возвращения» Крыма «в родную гавань», рядовому российскому телезрителю показали непривычный для того времени сюжет: в передаче «Момент истины» Андрей Караулов рассказал о рейдерском захвате знаменитого ялтинского винзавода «Массандра». Гости программы говорили о вторгшихся на завод вооруженных людях, об угрозе уничтожения виноградников ради застройки морского побережья и о трехкратном снижении объемов производства вина.

Картина получалась неприглядной и чуждой образу Крыма как новой витрины «русского мира»: Крымский мост и трассу «Таврида» еще даже не начали строить, зато рейдерские захваты — уже стартовали?

В передаче много говорили о том, что «Массандру» при Украине удалось сохранить в государственной собственности и тем самым избежать распродажи виноградников. И апеллировали к Владимиру Путину, призывая его вмешаться в ситуацию. Но президент почему-то вмешиваться не стал. Оба завода выкупили структуры Юрия Ковальчука по вызывавшим удивление ценам.

В сентябре 2015 года Путин как ни в чем не бывало прибыл в «Массандру» вместе с итальянским другом, бывшим премьер-министром Сильвио Берлускони. И они распили самое старое вино из коллекции «Массандры», драгоценный херес урожая 1775 года. Бутылка этого вина в 2001 году была продана на Sotheby’s за 43,5 тысячи долларов. Выпитый друзьями херес завод списал по цене портвейна «Три семерки» — 44 рубля 12 копеек.

Другой завод, «Новый свет», ушел с молотка за 1,55 млрд рублей. Покупателем стала компания «Южный проект», «дочка» банка «Россия». Конкуренцию на торгах ей составило ООО «Boom-box инвест», зарегистрированное в комнате на окраине Москвы вместе с еще 55 организациями и имеющее уставной капитал 10 000 рублей.

За полтора миллиарда Юрий Ковальчук получил довольно скромные по площади виноградники — 9,5 гектара. Своей земли у «Нового света» действительно мало. Но главная ценность предприятия — в производственном комплексе: на привозном винограде оно выпускает от 1,4 до 1,6 миллиона бутылок игристого в год. Кроме того, в погребах завода к моменту приобретения его Ковальчуком лежало три миллиона бутылок. Выручка «Нового света» за 2015 год составила 403,84 млн рублей, а продано в том году было полтора миллиона бутылок, то есть в среднем по 268 рублей. Таким образом, стоимость коллекции, хранившейся на заводе к моменту приобретения Ковальчуком, составляла около 803,4 млн рублей. Более того, предприятие ежегодно приносило хорошую чистую прибыль: 130–140 млн рублей. То есть Ковальчук получил за полтора миллиарда винзавод, который сам способен окупить сделку за 10–12 лет и плюс на складах у него продукции на половину от суммы сделки.

«Массандру» миллиардер получил почти даром. Одна коллекция вин стоила в 66 раз больше, чем было заплачено за весь завод. А «Массандра» — это еще и производственный комплекс площадью более миллиона квадратных метров. Это 11 тысяч гектаров земли на южном побережье Крыма. Получается, Юрий Ковальчук выкупил завод по цене как минимум в 94 раза ниже рыночной.

Мы не рассказали вам о братьях Ковальчуках и четверти того, что могли бы. Напоследок вспомните, как в самом начале мы цитировали страхи ученого Михаила Ковальчука по поводу вредных и опасных ГМО-продуктов.

В 2020 году, как раз когда Юрий Ковальчук заполучил «Массандру», его старший брат добился финансирования для лаборатории генетических технологий виноградарства и виноделия. Генная инженерия — его конек. В «виноградной» лаборатории, как говорил заместитель завлаба Дмитрий Федосов, изучают гены винограда, чтобы «отодвинуть цикл созревания», а также для «борьбы с вирусами». Собственно, для этого (в частности) генная инженерия и существует. Ну и еще немного — для того, чтобы с экрана телевизора рассказать, как с ее помощью Запад хочет нас уничтожить.